Литмир - Электронная Библиотека
A
A

- В "Геологе" видеосалон открыли, прикинь! Брюса Ли показывают.

- Зыко! - отозвался тот.

Вдоль рядов быстрым шагом прошли учителя. Директор Илья Борисович - молодой, подтянутый, с короткой бородой - встал в торце, ближе к левой шеренге, по-наполеоновски заведя руки за спину. Учителя выстроились в неровную линию за ним. Маргарита, плотно сомкнув губы, ревнивым оком следила за своим классом.

Пространство между учителями и правой шеренгой заняли несколько старшеклассников - совет дружины. Председатель совета - кучерявый парень в блестящих ботинках - солидностью вида не уступал директору. Дождавшись, пока наступит полная тишина, он выступил вперёд, повернулся направо и по-солдатски подступил к директору.

- Товарищ директор! Дружина имени Василия Ивановича Чапаева на торжественную линейку в честь шестьдесят пятой годовщины со дня смерти Владимира Ильича Ленина построена. - Затем развернулся лицом к ученикам и объявил: - Дружина! Под знамя пионерской дружины имени Василия Ивановича Чапаева - смирно! Равнение на знамя!

Все вскинули руки в пионерском салюте. Чеканя шаг, через холл прошествовали знаменосец дружины и две салютовавшие старшеклассницы. При каждом шаге ударами бича разносилось короткое звонкое эхо.

Рука, застывшая в пионерском приветствии, быстро затекла. На лицах учителей застыло выражение значимости момента. Маргарита смотрела в одну точку, пуча глаза, как ведьма.

Наконец, знаменосцы заняли свои места. Ученики опустили руки, и директор заговорил трагическим голосом:

- Ребята, сегодня мы вспоминаем вождя мирового пролетариата, основоположника Советского государства Владимира Ильича Ленина. Всю свою жизнь он посвятил борьбе за счастье трудового народа, за освобождение его от капиталистической эксплуатации. И тем, что у нас сейчас нет безработицы, нет угнетения и борьбы за существование, мы обязаны ему, нашему великому соотечественнику...

Вещал он минут пять: что-то там про гонку вооружений и американскую агрессию в разных странах, о восстановлении ленинских норм и о перестройке с гласностью.

Когда директор замолчал, вперёд опять выступил старшеклассник в блестящих ботинках.

- Пионеры! В борьбе за дело Коммунистической партии Советского Союза будь готов!

- Всегда готов! - хором откликнулись ряды.

- На этом торжественную линейку объявляю закрытой. Командирам отрядов - отвести отряды по классам!

Через холл опять пронесли знамя, и шеренга зашевелилась, начав всасываться в проём входа. Четвёртый "В" держал строй ровно до того момента, когда настала его очередь двигаться. Все замаршировали за Малганиной, но быстро сбились в кучу и табуном ламанулись в класс.

После линейки в расписании стояла история, которую вела сама Маргарита. К уроку каждый должен был подготовить рассказ о каком-нибудь герое Гражданской войны. Пахомов выбрал Олеко Дундича, потому что о нём говорилось в книжке про Будённого, которую ему когда-то купил отец.

К доске его вызвали третьим. До него уже отчитались: Беляков - о Щорсе, и Светка Глушан - о матросе Железняке. Пахомов вышел и бойко доложил о жизни и боях сербского революционера. Маргарита, сидевшая за учительским столом, не шевелилась, будто гипнотизировала класс.

Когда Пахомов умолк, она перевела на него взор и спросила со вздохом:

- Ну и кто твой любимый герой Гражданской войны?

- Ну... Олеко Дундич, - пробормотал Пахомов, сбитый с толку внезапным вопросом.

- Ну ладно, садись.

Пахомов гордо прошествовал на своё место.

- А к доске пойдёт... - начала Маргарита, водя пальцем по раскрытому журналу.

Вдруг распахнулась дверь, и в класс широким шагом вошёл трудовик Антипов. Ученики встали.

- Садитесь, садитесь, - нетерпеливо махнул он рукой и что-то произнёс на ухо Маргарите. У той вытянулось лицо. Не поднимаясь из-за стола, она что-то спросила у Антипова, тот закивал. Потом развернулся и вышел. Маргарита захлопнула журнал.

- Так, все сложили принадлежности в портфели, организованно вышли и оделись. Собираемся возле школы. Никто никуда не бежит. Малганина, отвечаешь за порядок. - Она поднялась. - Урок закончен.

Ученики, ничего не понимая, повскакивали с мест, начали собирать учебники и тетради. В коридоре послышался шум голосов и топот, затем грянула сирена.

- Никто не выбегает, - повысила голос Маргарита, когда сирена умолкла. - Организованно выходим и ждём у крыльца.

Когда четвёртый "В" в общем потоке вытек на крыльцо, к школе подкатил милицейский УАЗ.

- Ни фига себе! - поразился Пахомов, глядя, как из УАЗа выбираются двое милиционеров с собакой.

- Говорят, мину нашли, - сказал какой-то старшеклассник.

- Фашистскую, что ли? - усмехнулся другой.

Милиционеры прошли в здание.

- Может, ртуть кто разлил? - предположил Беляков.

- А собака зачем? - спросил Пахомов.

Мёрзнуть у крыльца им пришлось минут пятнадцать. Вскоре по толпе пронеслась весть, что кто-то предупредил директора по телефону, будто в школе заложена бомба.

- Нормально! - обрадовался Пахомов. - Теперь уроки отменят.

- Да фиг ли отменят! - возразил Беляков. - Перенесут на вторую смену только.

Однако, не перенесли. Спустя четверть часа Маргарита вышла к ученикам и объявила, что они могут идти по домам. С превеликим трудом школьники сдержали торжествующее "Ура!" и начали расходиться.

- Пошли ко мне, - предложил Беляков. - Послушаем "Модерн Токинг". Знаешь таких? Ещё "Битлз" есть.

- "Битлз" - это же стиль, а не группа, - засмеялся Володька, удивлённый невежеством товарища.

- Правда? А на нашей пластинке какие-то четыре чувака сфотаны.

Володька пристыжённо умолк. В музыке он не разбирался, и вообще, из пластинок дома были только всякие юмористы и сказки, типа "Золотого ключика". Причём, "Золотой ключик" заканчивался тем, что Буратино открывал дверь в чудесную страну под названием СССР. Володьку поначалу это удивляло, ведь в книге не говорилось ни о каком СССР, потом он перестал обращать на это внимание.

- Ну ладно, пошли, - буркнул Пахомов, уязвлённый тем, что сел в лужу перед товарищем.

Но ушли они недалеко. Вырулив на Северную улицу, Володька вдруг заметил вдали серую цигейковую шубу матери и, мгновенно забыв про товарища, бросился к ней. Мать быстро шла мимо рынка с каким-то мужиком.

- Мама! Мама!

Мать обернулась. Мужик тоже обернулся. Это был Карасёв.

- Нас с уроков отпустили, - восторженно завопил Володька, подлетая к ней.

- Вот как? - изумилась мать.

- Да! Там бомбу кто-то подложил... вернее, сказали, что подложили... Милиция приехала! С собакой. А нас отпустили.

- И вы сегодня не учитесь, - сказала мать, косясь на Карасёва.

- Ага! Я с Беляковым пошёл пластинки послушать. А потом тебя увидел...

- Ты не голодный? В холодильнике гречка стоит в кастрюле. И сосиски.

- Не, не голодный. А ты на работу?

- Да, - кивнула мать. - Ты только папе не говори, что меня видел. А то он ругаться будет. Хорошо?

- Ладно. - Пахомов бросил взгляд на Карасёва. - А Мишка с Ромкой, наверно, тоже домой пошли.

- Вероятно, - усмехнулся Карасёв.

- Ну, я пойду?

- Беги. Но папе - ни слова, - велела мать. - Я тебе "За рулём" куплю.

- Купишь? - восхитился Пахомов. - А когда?

- Скоро.

Мать нагнулась, поцеловала его, и Володька поскакал обратно к Белякову.

Глава пятая

"Дело государственной важности, - громко зачитала Маргарита ученикам после уроков. - В настоящее время сложилось тревожное положение с обеспечением промышленности макулатурой. Страна может недополучить сотни тысяч тонн картона, бумаги, на миллионы рублей строительных материалов, товаров народного потребления. В целях увеличения сбора макулатуры предлагаю вам обратиться к пионерам и школьникам".

7
{"b":"553015","o":1}