– Не хочешь рассказать все?

– Чего-то они ждут, – сказал он. – Чего-то опасного для себя, а я для них вроде приманки. Потому и выпустили. Но, может, они ошибаются? В том смысле, что не такой я пустячок.

– Да уж, такой пустячок рухнет на темечко… Лучше б, конечно, на другое место.

– А как ты? – полюбопытствовал Вадим. – Уже связалась с любимым начальством и получила нагоняй по мягким частям… или поощрение, или инструкции?

– Всего понемногу. Во всяком случае, тобой заинтересовались, а базу Шершней, как понимаешь, взяли под наблюдение.

– Много они разглядят – снаружи! – фыркнул он. – А внутрь вас не пустят. При крайности подорвут лабиринт и станут пользоваться запасными ходами. Там ведь такой муравейник!..

– Откуда знаешь? – с подозрением спросила Кира. – Судя по вашим россказням, вы не заглядывали дальше прихожей.

– Не хочешь – не верь, – отрезал Вадим. – А за свои слова я отвечаю! – Спохватившись, виновато улыбнулся: – Что-то строг я сегодня. У ведьмодавов, что ли, набрался?

– Ты был привязан к Алисе, да?

Он пожал плечами:

– Мы ведь знакомы много лет. Это как близкие родичи, перед которыми не надо из себя никого строить, – они примут тебя, какой есть, и не станут любить меньше. Знаешь, каково потерять сестру?

– Знаю, – подтвердила Кира, – и сочувствую.

Вадим молча кивнул, принимая.

– Что собираешься делать дальше? – спросила девушка.

– Не знаю. – Он устало растер ладонями лицо. – Столько злопыхателей вокруг – обложили, точно медведя в берлоге!.. Или тебе симпатичней образ крысы, загнанной в угол?

– Разве я не звала присоединиться к нам?

– Тоже мне, “бойцы невидимого фронта”! – хмыкнул Вадим. – И долго вы сможете соперничать с нынешними монстрами – даже при таком прикрытии? Еще неизвестно, кого раньше прихлопнут: меня или вас. Или вашего работодателя.

– Ну, ты хватил!..

– Историю надо знать, – наставительно сказал он. – Вот Бондарь бы тебе много поведал… Правда у него к прошлому интерес специфический – скажем, профессиональный.

– Но ты же хочешь найти убийцу?

– Безусловно. Кем бы он ни оказался.

– А кстати, что ты думаешь о серках?

– Кстати к Алисе или вообще? Думаю, в убийстве они не замешаны – это попросту не их стиль, как я уже толковал тут одной прелестнице. А в общем, мне кажется, серки – промежуточный продукт некоего глобального процесса, который еще шандарахнет по всем нам, если мы и дальше собираемся спать. Исчерпывающе?

– Не слишком.

– Не хочешь – не верь, – повторил Вадим мягче. – Доказать пока не могу, но интуиция меня редко подводит… Слушай, – внезапно спросил он, – а куда мы направляемся – не на вашу ли конспиративную квартиру?

В самом деле, приплюснутый колесник уже набрал приличную скорость и теперь привольно катил по безлюдным в эти часы улицам, явно устремившись к некоей цели.

– В точку попал, – подтвердила Кира. – Надо же где-то перекантоваться. Не беспокойся, засады там нет. Не веришь?

– Почему? Я верю всем – до первого обмана.

– А если первый окажется последним? – рассмеялась Кира. – Рискуешь!

– К тому ж вам нет резона меня захватывать. Ничего нового я не расскажу – пока опять во что-то не вляпаюсь.

– Приятно уметь дело с умными людьми, – заметила она. – Дураки всегда боятся впрок, недоверяют с запасом – и все равно пролетают.

– Думаешь, я не попадался? Сколько раз!

– Но ведь не бросился в другую крайность? А почему?

– Противно, – пожал Вадим плечами. – Все-таки здесь лучше “пере”, чем “недо”, – не так стыдно потом.

– Эстет, – девушка наморщила симпатичный носик. – Вдобавок и моралист! Какой ты после этого профи?

– Разве я претендую – ты вспомни. Сама напридумывала, а теперь с претензиями!

Перед перекрестком Кира резко притормозила, пропуская по перпендикулярной улице с десяток бронированных двуколесников, кативших в плотном строю, словно банда свирепых байкеров, давно канувших в лету.

– Еще новость! – удивился Вадим. – Эти-то откуда?

– Отряд Боевых Псов, – пояснила Кира то ли с гордостью, то ли с насмешкой. – “Наш ответ Чемберлену”! Надо ж как-то бороться с ночной угрозой? И крутари последнее время разнуздались – что им прежние патрули!

– Черт меня раздери, – пробормотал он, – вот и овчарки подоспели!

– Что?

– Складывается картинка-то, – сказал Вадим. – Дивное полотно! Пастыри и овечки уже имелись, сейчас добавляются псы. “Пся крэв”, как говаривал Тим, – и теперь я понимаю, что это значит! А волки – конечно, крутари. Или коршуны – как?

– Что тебе до этих кубоголовых? – откликнулась девушка. – Разве тебя там оценят?

– Уже, – хмыкнул он. – Вообще, у меня столько “порочащих связей”! Думаешь, ты все про меня знаешь?

– И все равно ты нам нужен.

– Уж эти мне стаи! – вздохнул Вадим. – Сказала бы лучше: “мне”. Или у тебя личное на втором плане? Как говорится, “тебя я люблю, но бизнес есть бизнес”.

– Откуда это?

– Из одного голливудского фильма – как раз про таких деловых.

– Звучит подходяще.

– Еще бы – чем не кредо этих самых “профи”! Долг выше любви, выше совести, верно? А честь – и есть долг… для вас. Эх, Кирочка, тебя бы в самураи!

– Это комплимент?

– Как поглядеть. Меня бы он не порадовал.

– Разве ты не человек чести?

– Пока она не расходится с совестью. А дальше нам не по пути, извини. Как говорят те же профи своим жертвам: “Тут ничего личного”.

– Но сейчас мы попутчики?

– Естественно, раз едем в одной машине.

Впрочем, они уже заворачивали в укромный дворик, густо заросший кустами сирени. Раздвинув ветки, колесник скользнул к обшарпанной кирпичной стене, затем и дальше – в нежданно открывшийся проем. Не успела Кира затормозить, как ворота позади них встали на место, погрузив гараж в сумрак, рассеиваемый только парой настенных фонарей. Однако даже их хилого света хватило Вадиму, чтоб оценить строгий уют и безукоризненную чистоту этого места, вполне подходившие к нынешнему облику Киры. Приоткрыв дверцу, девушка грациозно выпорхнула наружу, сияющим пальчиком поманила Вадима за собой. И что ему оставалось?

Вдыхая дразнящие ароматы, он следом за Кирой поднялся по узкой винтовой лесенке, через низенькую дверь вступил в затененную комнату и сразу уткнулся взглядом в сухощавого невзрачного человека, угнездившегося в глубоком кресле. Укоризненно покачал головой, хотя почуял того еще со двора.

– Это не засада, – быстро возразила Кира. – Я же обещала!

– Насколько я разбираюсь в шефах, – предположил Вадим, – это один из них. Наверно, твой самый любимый, непосредственный? – Он вздохнул: – Все же решили меня дожать? Ну, бог в помощь.

Оглядевшись, опустился на диван, столь же комфортный, как прочая здешняя мебель, разбросал руки по спинке и вытянул ноги. “Везет мне сегодня на начальство! – отметил с легкой усмешкой. – Правда, после Бондаря это, пожалуй, шажок вниз”.

– Итак, – бесцветным голосом заговорил шеф, видимо, продолжая играть в невидимку, и вдруг улыбнулся с внезапным обаянием: – Итак, вы и есть тот самый Вадим, “одним махом семерых побивахом”?

– Вам видней, – сдержанно откликнулся “тот самый”. – Затем у вас и подчиненные, чтобы докладывать.

С любопытством, но не впрямую он разглядывал хозяина, заодно просвечивая, словно рентгеном, своим мысле -облаком . Помимо прочего под одеждой обнаружилась пара компактных огнестрелов, неприметных снаружи. И тело у гардейца оказалось редкой тренированности, хотя снаружи не скажешь. Похоже, боец он классный.

– А меня можете звать Алексом, – разрешил шеф.

Усмехнувшись, Вадим пробормотал:

– А где же тогда ваш Юстас?

– Простите? – не расслышал тот. Или сделал вид, что не расслышал, поскольку чуткость имел редкостную, почти запредельную – тоже из доморощенных экстрасенсов.

– Так, пустяки, – сказал Вадим. – И что желаете, Алекс? Рассказать сказочку про доброго государя, окруженного злыми боярами?