Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Зашумел ветер, грянул беззвучный гром, сотрясший каждого их хралов. Даже посланец народа хралов в Фофаре понял, что его народ принес кому-то вассальную клятву, и срочно засобирался домой. Йаарха также пронзила вспышка уже знакомого ему холода и Предел вырвался из него. Каждого их воинов, стоящих на площади, казалось, пронзило возникшим из ниоткуда копьем серого света. Через несколько мгновений все стихло, и он спрятал меч обратно в свое тело. Потом повернулся к князю и прошипел:

– Народ я простил. Но тебе, Фархат, я такого способа просить прощения не забуду никогда…

Старик непонимающе хлопал глазами. Владыка простил народ, люди спасены, он принял Подношение, но почему-то разгневался лично на него… Ну что ж, его старая жизнь за жизнь народа – невелика цена…

– Черт бы вас всех подрал! – продолжал шипеть Хранитель. – Бедные девочки… Лучше бы вон тем лбам отрезали!

И он кивнул в сторону охраняющих помост четырех рослых воинов. Старый князь обрадовался, что хоть чем-нибудь может ублажить разгневанного Владыку, и тут же махнул рукой девушкам, стоящим на коленях возле стола. Они не спеша встали и, вытащив из-за поясов кинжалы, молча поковыляли к воинам. Те так же молча спустили штаны, и каждая из девушек охватила рукой половой орган своего. А потом блеснули кинжалы, и полилась кровь. У Хранителя перехватило дыхание, а перед ним уже выкладывали в ряд четыре окровавленных мужских члена. На помост тут же взбежало четверо совсем молоденьких девушек с пластинами раскаленного металла и тут же прижгли четыре кровоточащие раны. Сами воины все это время стояли с непроницаемыми лицами, и ни один мускул не дернулся ни у одного из них…

«Я же предупреждал тебя! – ядовито обозвался Меч. – Каждое твое слово, каждое твое движение отныне может изменить судьбу человека или многих людей. Думай, прежде чем что-либо ляпнуть! А в гневе лучше молчи. Особенно в гневе!»

Йаарх не ответил ему, лишь с ужасом созерцая кровавые результаты своих неосторожных слов. Только теперь он начал окончательно понимать, что Меч был прав. Что он говорит одно, а здесь понимают нечто совсем иное. Но он же не хотел такой власти! Зачем она ему?! А потом, вдруг, непонятно откуда, понял, что ему нужно сделать.

«Нет!!! – вскрикнул Меч. – Ты этого еще не знаешь, не смей!»

Хранитель не обратил никакого внимания на его слова. Просто встал, подошел к одной из искалеченных девушек и приказал:

– Дай мне кинжал.

Она покорно отдала. Йаарх встал лицом к толпе и одним движением вспорол себе руку от локтя до запястья. Потом положил ее, мгновенно залившуюся кровью, прямо на жуткие обрубки на столе. А затем вышел из-за него, стал на колени возле лужи крови на том месте, где стояли на коленях молодые женщины, и приложил свою руку к ней. После этого он встал и обратился ко всем:

– Эти восемь пожертвовали очень многим во имя своего народа и для меня. Отныне они, все восемь, мои братья и сестры! – И произнес неизвестно откуда возникшее на языке заклятье.

Вновь грянул беззвучный гром, мир на секунду стал красным. Тела всех восьмерых окутались зеленоватым свечением, какая-то сила вздернула их в воздух. И все закончилось. Все они снова стояли на земле друг возле друга, не в силах понять, что же с ними произошло, и осматривали один другого с удивлением. Боли больше не было! Не было ран, как не было и того, что было раньше… Было просто здоровое гладкое тело, как будто на месте ран и прежде никогда ничего не было…

«Мы вылечили их? – мрачно спросил Хранитель у Меча»

«Только заживили раны, – ответил тот. – Теперь они абсолютны здоровы, но так же абсолютно бесполы…»

«А девчонки? – поразился Йаарх. – Им же нужно, ну… это… в туалет…»

«Не беспокойся, – проворчал Меч, – использованное тобой заклинание производит все необходимые физиологические изменения… Но тебе лучше обратить внимание на то, что творится вокруг!»

Хранитель оглянулся – вокруг действительно творилось нечто невообразимое. Толпа бесновалась и носила на руках всех, сияющих, как новая копейка, свежеиспеченных родственников Владыки. А старый князь являл собой живое воплощение недоумения. Ведь ни в одной из книг не говорилось о подобном, еще никому из хралов никогда не оказывалась подобная честь…

Но Хранителю, после всего происшедшего, весело, отнюдь, не было. Он повернулся к князю и приказал:

– Хватит!

Фархат махнул рукой, и веселье немедленно прекратилось. Восьмерку братьев и сестер Повелителя опустили на землю.

– Я хотел бы хотя бы знать, как вас всех зовут, – хмуро глядя на сияющие лица своих кровных братьев и сестер, спросил Йаарх. – Меня, как вы все уже знаете, зовут Йаарх, и вы все восемь с этого момента имеете право звать меня по имени.

Сперва выступили девушки, они весело улыбались, забыв, видно, о недавно перенесенной боли. Первой поклонилась рыжая:

– Меня зовут Икенах, старший брат!

– Меня зовут Хиенах, старший брат! – поклонилась ему шатенка.

– Мое имя – Тарнах! – гордо вздернула голову брюнетка.

– А мое – Лонхиль, – мягко улыбнулась блондинка.

Потом вперед выступили двое огромных воинов, не менее двух метров роста каждый и явно близнецы. Правый указал на левого и сказал:

– Меня зовут Махр, а его Кват, старший брат.

– Мое имя Шохур, – выступил вперед улыбчивый беловолосый юноша.

– А меня всегда звали Сорам, старший брат! – поклонился Хранителю мрачный воин лет тридцати пяти с черной косой до пояса.

Йаарх молча осмотрел их всех, и ему было больно смотреть на их улыбающиеся лица. Они пока еще не понимали… Потом сказал:

– Вы все потеряли многое… И я пока не могу восстановить потерянное… Но я обещаю, вы все слышите, я даю слово! Я даю слово перед моим народом, что все пострадавшие сегодня ради меня и из-за меня будут исцелены полностью, но, к моему глубочайшему сожалению, лишь тогда, когда я обрету свою полную силу!.. – гремел над площадью его голос, и хралы восторженно внимали ему.

– Не беспокойся за нас, Владыка! – выступил от имени всех мрачный Сорам. – Мы и так сможем выполнить свою задачу – умереть первыми, если тебе будет угрожать опасность.

49
{"b":"35876","o":1}