В ответ на призыв рожка, из высокой башни вышел высокий, барского вида человек в сверкающей кольчуге и шлеме.
– Открывай свои ворота пошире, Хеймдалл! – нетерпеливо заорал Тор. – Мы должны ждать здесь, пока не сгнием?
– Помягче, Тор, – сказал Фрей Хаммереру. – Помни, что Хеймдалл своим острым глазом увидел Фрейю с йотанами и предупредил нас.
Хеймдалл оказался начальником караульного помещения. Он рукой помахал нам. Лебедки застонали, и закрытые ворота качнулись внутрь. Мы поскакали вперед. Я был рад оставить этот мост над пропастью. Мы проехали прямо через арочный туннель, который пронзал караульное помещение, и копыта коней загрохотали по выложенной камнем площади.
Асгард лежал передо мной.
Непреднамеренно я ослабил уздечку и смотрел на большие серые замки, которые были построены в кольце вокруг отвесного края высокого острова. Непосредственно все двадцать были высечены из серого камня скал острова, и все они были из плиток с тонкими каменными сланцами. Каждый состоял из большого, прямоугольного зала и двух легендарных залов, с двумя охватывающими переходами с более низкими парапетами, и двумя сторожевыми башнями. Они стояли на дальних, более монументальных нагромождениях, которые возвышалась в центре острова.
Самый большой замок имел четыре сторожевых башни, и его обширная, каменно-плиточная крыша вырисовывалась над остальной частью Асгарда, подобно искусственной горе. Между этим большим замком и кольцом меньших замков лежали небольшие строения области и мощёные улицы каменных зданий и мастерских.
Сотни людей, населявших Асгард столпились на улицах и окрестностях. Все как на подбор были светловолосые, синеглазые и высокие. Многие из людей носили шлемы и кольчуги, были вооружены мечом, топором или луком. Другие носили металлические кольца вокруг шей, и они шли по своим делам достаточно бодро. Женщины носили синие или белые длинные платья с капюшонами. Также имелись дети.
– Здесь должна быть невероятно низкая рождаемость, – пробормотал я, – которая могла случиться из-за тяжелого лучевого эффекта.
Слабый, естественный зеленый жар проникал на этот подобно материку, остров. Это было, конечно, волнующее излучение. Оно восстанавливало мою энергию с удивительной скоростью. Но если бы это было фактически гамма- или тому подобная жёсткая радиация, как я подозревал, то она была бы связана с причинами частичного бесплодия среди людей, непрерывно подвергающихся её воздействию.
Мы подъехали к центральному замку, остановив наших лошадей на каменной площади, охраняемой шеренгой солдат.
– Это – Валгалла, замок нашего короля, – объяснила мне Фрейя, пока мы спешивались. – Храбрись, ярл Кейт. Один все вам объяснит.
Прикосновение её тонких белых пальцев, казалось, успокоило меня. Валгалла, легендарный зал сбора богов, ошеломил меня. Я слабо усмехнулся и последовал за Тором, который бренча шпорами, прошел через арочный вход, и зашагал вниз каменного коридора в обширный зал.
Передо мною открылась грандиозная зала в две сотни футов в ширину и шесть сотен футов в длину! На девяносто футов в высоту над нами были большие лучи, которые поддерживали огромную остроконечную крышу. Узкие, подобные прорезям, окна пропускали немного света, только чтобы рассеять тени, но я мог видеть, что на стенах висели блестящие гобелены. На каменном полу стояли массивные столы и скамьи.
В центре располагался большой погасший очаг, где всё ещё тлели несколько догоравших углей. Перед ним, на каменном возвышении напротив южной стены, сидел Один, король асиров. Он был облачён в сине-серую мантию, и носил сверкающий орлиный шлем. Тор провёл нашу небольшую группу поперек темного зала и поднял свой молот в приветствии.
– Приветствую, король и отец! Йотаны посмели напасть на леди Фрейю. Фрей и я убили их, а также привели этого человека. Он напоминает мне йотана, но утверждает, что он чужестранец.
Фрейя выступила вперёд – тонкая фигура, в сверкающей военной белой кольчуге, ее красивое лицо было белым от гнева.
– Тор глуп как всегда, лорд Один! Любой может заметить, что этот человек – чужак извне Ниффлехейма.
– Позвольте человеку говорить за себя, – сказал Один тяжелым, рокочущим голосом.
Король асиров казался мощным, энергичным человеком приблизительно пятидесятилетнего возраста. Его короткая борода была серой. Его левый глаз отсутствовал, уничтоженный несчастным случаем или в сражении, также на его лице имелся белый шрам. Но он излучал такую глубокую, строгую власть и мудрость, что я походил на ребенка перед ним.
– Вы говорите, что прибыли извне Ниффлехейма? – спросил он.
– Да, лорд Один, – ответил я неуверенно. – Я путешествовал по той ледяной пустоши на летающем судне. Шторм поймал меня и бросил далеко на север, к этой странной земле, которую я даже не мог видеть, пока меня не зашвырнуло в нее.
– Так что, отдаленные народы узнали науку? – спросил Один с глубоким смыслом. – Это должно быть так, если они научились строить летающие суда.
– Да, и я – один из ученых моего народа, – произнес я. – И все же я не могу понять эту странную землю. Она не может быть увидена снаружи. Она теплая по сравнению с полярным холодом извне, и, кажется, заполненной какой-то таинственной силой.
– Если Вы не можете понимать подобных вещей, – прогрохотал Оден, – тогда наука ваших народов не может быть древнее, чем наша.
Я был ошеломлен более чем когда-либо. Асиры казались крайне отсталыми, без современных научных инструментов, оружия и приспособлений, и все же их правитель спокойно обсуждал науку современного мира.
– Я не могу понять вас, лорд Один! – вспыхнул я. – Асгард, все асиры и йотаны считались у нас легендой в течение многих столетий. И все же в этой скрытой земле я нахожу, что вы носите имена старых богов, назвали ваш город Асгардом. больше всего я не понимаю, почему вы так говорите относительно нашей науки. Я в этой земле вообще не видел никаких свидетельств научного знания!
– Чужестранец, называющий себя, ярл Кейт, – ответил Один, – мы, асиры – люди, не боги. Но мы в течение многих столетий жили в Асгарде, и много легенд, возможно, распространилось относительно нас во внешнем мире.
– Вы жили здесь в течение столетий? – перевел дыхание я недоверчиво. – Вы подразумеваете, что вы бессмертны?
– Нет, мы не бессмертны. Мы можем быть убиты во время войны, несчастного случая или голода. Но мы не стареем, и при этом мы не умираем от болезней. Мы обладаем древней наукой, глубокой и отличной от вашей чужеземной науки. Но потому, что когда-то это принесло нам бедствие, мы предпочитаем не поощрять её исследования, и не использовать её в нашей повседневной жизни. Мы, асиры, были первой цивилизованной расой Земли. Поэтому мы вырастили цивилизацию в месте, где жизнь непосредственно сначала развилась под земной корой планеты.
– Внутри Земли? – воскликнул я недоверчиво. – Но… ни один из наших биологов не согласился бы с этим!
– И все же это – так, – сказал задумчиво Оден. – внизу земной коры планеты имеются обширные пустоты, сформированные ее неровным охлаждением. Именно в одном из таких мест, внизу этой северной части земного шара вначале и появилась жизнь, потому что в этих пустотах имелись большие массы вкраплённых радиоактивных элементов. Эта радиация, мощно промачивала некоторые составы углерода, водорода, фосфора, серы и других элементов, перемешивая, и их несло вниз, в подземные пустоты, преобразовывая в непостоянные составы и в новые, сложные химические элементы. Они никогда не могли бы сформироваться на поверхности. Те органические составы, наконец, сформировались в клетки, способные к ассимиляции и воспроизводству. Имело место быстрое развитие тех первых, подземно живущих клеток в более сложные существа. Это происходило быстро, потому что проникающая радиация в том подземном месте воздействовала на гены всех живых существ, распространяя быстрое увеличение мутантов, постоянное наводнение новых форм. Таким образом, первые живые существа, первые растения, насекомые и животные, были рождены под земной корой Земли. Оттуда, они распространялись по поверхности Земли, и скоро значительно увеличились. Но развитие в подземных местах шло более быстро. Поскольку там была воздействующая на гены радиация, там развилось большое количество мутантов. Там же развились и первые млекопитающие и первые люди. Многие из тех людей нашли путь на поверхность. Они в процессе своих блужданий распространились по Земле как дикари, полу-животные, которые медленно развивались через поколения. Но люди, которые остались в защищенном подземном мире, развивались гораздо более стремительно. Те люди стали интеллектуальными, когда люди на поверхности были всё ещё животными. Люди в подземном мире развили развитую цивилизацию и освоили глубокое знание науки. Это был мой народ, асиры. Наши поколения жили и умирали в большом, полом подземном мире, который мы называли Маспельхеймом. Но затем наш научный прогресс принёс нам катастрофу. Один из наших ученых, игнорируя мои предупреждения, предположил, что сможет позволить человеческому организму жить неограниченно, без того, чтобы стареть. Его теория была такая, что при ускорении естественного распада радиоактивных веществ в нашем подземном мире, те испустят потрясающие волны радиации, которые уничтожили бы все бактерии болезней, и сохранили бы человеческие тела от болезней. Они также постоянно возобновляли бы клетки в наших телах, стимулируя их непрерывную регенерацию.