Литмир - Электронная Библиотека

Ох-ох-ох, если я срочно не вмешаюсь, князя при пробуждении ждет крайне неприятный сюрприз. А возможно, и не один – разрушение ауры вполне может привести к появлению побочных личностей, и Танатар-нор неожиданно обнаружит, что он в своем теле больше не один, и их даже не двое, а пара десятков. То еще счастье, скажу я вам.

Стоило бы надеть мантию, включить свет или хотя бы просто закатать рукава халата, но у меня эти мелочи как-то вылетели из головы. Закусив губу, я принялась за тяжелую работу. Конвульсии мужчины сильно мешали, поэтому я выкроила момент и активировала встроенное в стол обездвиживающее заклинание.

Стало чуточку легче, но задача передо мной по-прежнему стояла почти невыполнимая:вовремя «подклеивать» те участки ауры, которые вот-вот должны оформиться в самостоятельную личность, и надеяться, что этих пары минут окажется достаточно, чтобы кусок ауры прижился обратно к личности князя.

Возможно, все было бы куда проще, не вмешивайся бы в процесс восстановления контракт с демоном. Через него демон поглощает ментальные силы своего контрактора даже на расстоянии.Сейчас, когда от каждого ментального усилия человека зависит его личность, контракт, жадно впитывающий эти самые усилия и передающий по связи демону, только мешал. А так я своими заплатками одновременно не давала личности князя развалиться и отвлекала демоническую магию, метавшуюся между необходимостью отправлять силу лорду-демону и избавляться от чужеродного воздействия. Давно я не занималась настолько неблагодарной и изматывающей работой.

Не знаю, сколько часов продолжались мои игры на опережение с демонической магией, счет времени я потеряла уже после первых десяти минут. Трудно сосредоточиться на таких абстрактных понятиях, как время и пространство, когда внимания едва хватает на то, чтобы уследить за расходящимися краями ауры.В какой-то момент я поняла, что долго не продержусь. Еще полчаса, от силы минут сорок, и я просто свалюсь от изнеможения. Мои магические резервы были на нуле, да и бессонная ночь внесла свою лепту.

И, словно почувствовав мое состояние, аура Т’рорского князя перестала крошиться, вернув хрупкую стабильность. Не успела я вздохнуть с облегчением, как князь распахнул глаза и пристально уставился на меня. Стоило его зрачкам сфокусироваться на моей скромной персоне, Танатар-нор, с легкостью преодолев обездвиживающее заклятие, резко поднялся и вцепился горячими пальцами в мои плечи.

– Аша… – выдохнул он, крепко прижав меня к груди.

Тепло его объятий и это короткое, полное боли и надежды слово вызвали во мне бурю эмоций. Словно что-то знакомое, но давно забытое шевельнулось в груди, но прежде, чем я успела понять, что это за чувство, меня утянуло в темноту и холод странного видения.

– Наверное, мне давно стоило исправить это недоразумение, как думаешь? – высокомерно произнесла я, глядя на красивую женщину с черными провалами вместо глаз.

Моя левая рука держала тонкий меч из черного материала. Не камень, не металл, не кость и не дерево – на глазя так и не смогла определить, из чего сделан клинок.

– Ты… ты не посмеешь! – срывающимся голосом, звучащим одновременно отовсюду, прошипела женщина, и от безумного выражения ее лица у меня мороз по коже пошел.

Вместо ответа я наклонилась к сидящему ко мне спиной рыжеволосому князю, избитому, закованному в искрящиеся лунным светом цепи. Он напряженно ждал своей участи. Вдох, и я с самодовольной ухмылкой пронзила черным мечом сердце князя.

– Не-ет!.. – раздался пронзительный, нечеловеческий крик, и тело Танатара-нор грузно упало у моих ног.

Я вынырнула из видения как из холодной проруби, широко раскрыв глаза и жадно глотая воздух. Первой моей реакцией на наплывающую реальность был удар под дых князю, причем удар такой силы, что объятия разжались, и мужчина рухнул обратно на стол без чувств. Что ж, оно и к лучшему, не стоит травмировать и без того неустойчивую сейчас психику пострадавшего общением с ненормальной мной.

Вот только что это была за чертовщина? Отголоски его сна? Чужие воспоминания? Или же предсказание? Видение было чересчур настоящим и конкретным, чтобы списать его на случайное предвидение будущего. Но если это прошлое, то чье? Явно не мое, я бы запомнила эту жуткую женщину. Тогда меня накрыло воспоминаниями Танатора-нор? И почему князь жив, если в моем видении его убили?

Я схватилась за голову, разболевшуюся от многочисленных вопросов. Но если вопрос о том, чем было видение, я могла худо-бедно игнорировать, то воспоминание о жуткой женщине с черными глазами вызывало у меня тошноту. Уж на что у меня крепкие нервы, но эта дамочка напугала меня до полной потери самоконтроля. Надеюсь, что это все-таки не предсказание и мне не придется знакомиться с этой леди-нир лично.

Пошатываясь, я поднялась и практически на ощупь добралась до шкафа. Открыв дверцу, я уверенно потянулась к самой большой бутыли. Никаких зелий, никаких эликсиров, только чистейший галантийский ром, который я спрятала от Диса – на всякий случай. Который наконец-то произошел.

Крепко прижимая бутылку к груди, я вернулась к стулу. Опустилась на него и подозрительно посмотрела на дрыхнущего князя. Не увидев признаков подозрительной активности как со стороны демонической магии, так и со стороны больного, я откупорила бутыль и, не отрываясь, осушила ее на треть. Обычно я выпиваю совсем чуть-чуть, но сейчас мне хотелось отрубиться и забыть об этом пугающем видении. Последствия в виде головной боли, похмелья или неприятного запаха изо рта меня не пугали. Все, что мне сейчас нужно, – это здоровый крепкий сон на пару суток.

2 глава. Танатар-нор, князь Т’рорский

Я б вас послал, да вижу – вы и так оттуда.

Фраза из анекдота

Кирин Танатар открыл глаза и тупо уставился на высокий потолок. Прислушавшись к своим ощущениям, он понял, что жив и даже, кажется, относительно здоров, если не считать чувства опустошенности и безразличия.

«Попал же я в переделку», – подумал князь, продолжая пялиться в потолок.

Последнее, что он помнил, это как на него накинулись те мелкие негодники, а Надай, мнительный дурачина, вместо помощи принялся усиленно молиться. И ладно бы кому дельному молился, нет же, Лирею помянул.

Танатар при воспоминании о Богине Смерти невольно скрипнул зубами. Мертва давно Лирея, и все Старые Боги. Вот только для таких диких да набожных крестьян, как Надай, это значения не имеет. Кому привык с детства молиться, того и помянул.

Князь прикрыл глаза, пытаясь понять, когда и как он отключился. Неужели даже силы, дарованной контрактом с демоном, оказалось недостаточно, чтобы не терять сознания от пустяковых ран? Все-таки навьи зубки не идут ни в какое сравнение с тварями вроде церберов или василисков. И как долго он пробыл в отключке?

Положив руку на лоб, Танатар с некоторым удивлением констатировал отсутствие жара. Он был уверен, что у него горячка, лихорадка, или как там лекари называют то состояние, когда человек мечется в бреду и видит всякие невероятные вещи. То, что он находится именно в таком состоянии, Кирин не сомневался, ведь ему привиделась Аша, измученная, осунувшаяся, но все-таки Аша. А ведь она уже тринадцать лет как считается погибшей…

Князь снова открыл глаза и опустил руку, задев огромную бутыль, стоявшую незакупоренной у его бока. Та с утробным грохотом упала на пол и покатилась, щедро расплескивая по полу янтарную жидкость. Танатара окутал густой запах дорогого рома, да такого крепкого, что князь, убежденный трезвенник, невольно закашлялся.

Закашлялся и вдруг осознал, что на его животе кто-то лежит. До этого ощущение небольшой тяжести под солнечным сплетением казалось естественным, как если бы там лежал кот или книга, но теперь, при кашле, чужеродность этого объекта ощущалась особенно остро.

4
{"b":"270605","o":1}