Литмир - Электронная Библиотека

– Зато это факт. Ты крадешь Моне, а потом из кожи вон лезешь, чтобы не попасть в кутузку. Теперь же, когда твоя жизнь вошла в более спокойное русло, ты невольно ждешь беды.

– Ненавижу, когда меня анализируют.

– Я всего лишь хочу помочь.

– Немедленно прекрати. Я справлюсь со всем, что меня грызет, и для этого мне не понадобится хватать Пикассо и смываться. Так что не волнуйся.

– Я всегда волнуюсь, но не по этому поводу.

После этого ей показалось наилучшим выходом держать свои мысли при себе и поскорее покончить с ужином. Рик, очевидно, понял, что еще одно слово – и трехдюймовый каблук вонзится ему в голень, поэтому предпочел замолчать, Да, возможно, ее чересчур нервирует окружение, а это не слишком хороший признак. Может, следовало бы все забыть, но, учитывая, что за пять месяцев знакомства с Риком ее едва не взорвали, проломили голову, устроили две автокатастрофы, после чего она даже подружилась с полицейским детективом Палм-Бич, стоит, пожалуй, держать ухо востро. Вполне адекватная реакция!

– Десерт или галерея? – спросил наконец Рик, коснувшись губ салфеткой знакомым чувственным жестом.

– Галерея, – решила она, стоически игнорируя гору соблазнительных десертов, проплывающих мимо на сервировочном столике.

Рик встал, обошел вокруг стола, отодвинул ее стул и помог встать.

– В таком случае пора в дорогу!

– Аминь.

Глава 3

Вторник, 20.21

– Полагаю, тебя стоит благодарить за это? – пробормотал Ричард, забирая ключи и часы с дальнего конца детектора металла.

– Возможно, – так же тихо ответила она, беря его под руку. – Контроль с каждым годом становится все строже. Для меня это что-то вроде игры – пытаться угадать, что новенького они выдумают на сей раз и как это новенькое обойти.

Последний аукцион «Сотбис», на котором побывал Ричард, проходил два года назад в Лондоне, и охрана всячески старалась угодить клиентам. Здесь же, в Нью-Йорке, следующим шагом, вероятно, будет обыск с раздеванием догола и заглядыванием в каждую дырку.

– Абсолютно уверена, что никто не узнает тебя после этих забавных маленьких встреч?

Она прижалась к его боку, и его сердце глухо забилось.

– Они, возможно, узнают меня по журнальным снимкам, где я в компании с тобой. Но никто не докажет, что я воровала здесь картины.

Господи, до чего же она уверена… но из того, что он слышал и узнал о Саманте, у нее есть на это полное право.

– Поверю тебе на слово, но при этом приму все меры предосторожности.

Саманта послала ему быструю, как ртуть, улыбку.

– Должна признать, было бы интересно видеть, как ты помогаешь мне сбежать от охраны.

– Только помни, что ты никуда не двинешься без меня!

Они миновали большую толпу охранников в униформах и без, хотя если бы Саманта Элизабет Джеллико действительно вышла на охоту, сомнительно, что весь персонал «Сотбис» сумел бы предотвратить готовящееся преступление.

Любой посторонний посчитал бы, что Саманта абсолютно спокойна, держит себя в руках и наслаждается вечером. Но Рик видел ее пристальный взгляд, манеру подмечать каждую камеру, каждый запасной выход и тех, кто стоял между ней и улицей.

Держа в уме, что иногда, правда, крайне редко, самоуверенность Саманты переходит все границы, он нашел места в глубине комнаты, прямо на центральном проходе. Самое главное – чтобы она была в безопасности. И хотя эта задача могла отвлечь его от важных деловых интересов, все же ничего более волнующего, даже возбуждающего, чем эта женщина, в его жизни не случилось. Это много говорило о человеке его опыта и происхождения.

– Леди и джентльмены, я Йен Смайт, – объявил тощий мужчина в черном костюме, поднимаясь на подиум. – Сегодня я ваш аукционист. Обратите внимание, что, кроме наших клиентов, сидящих в зале, у нас имеется двадцать телефонных линий и пять интернет-счетов для заинтересованных лиц, не сумевших сегодня лично посетить аукцион.

Саманта нагнулась к уху Ричарда, обдавая его теплым, пьянящим дыханием.

– Или тех, кто не желает открывать свои имена налоговому управлению или тем взломщикам, которые могут присутствовать в публике, – добавила она.

Да, она определенно развлекалась!

– Ш-ш-ш!

– И еще одно объявление, – продолжал Йен. – Я счастлив отметить, что когда наши эксперты оценивали картину Хогарта, обозначенную в каталоге продаж под номером 32501, под ней обнаружилось еще одно полотно этого автора, натянутое на ту же раму. Мы проконсультировались с владельцами, и, к нашей радости, они согласились выставить картину на продажу. В перерыве она будет показана нашим потенциальным покупателям и обозначена как лот номер 32501-А.

Судя по внезапному оживлению и возбужденному шепотку толпы, Ричард оказался не единственным, кто был удивлен новостями. Саманта схватила каталог продаж с колен Ричарда и отыскала нужную страницу.

– «Рыбачья флотилия», – прочла она, глядя на фото. – Знаменитая работа. Не знаешь, кто владелец?

Ричард покачал головой:

– Очевидно, она давно не переходила из рук в руки, иначе кто-нибудь догадался бы о втором холсте, спрятанном под первым. Сам сюжет достаточно необычен: Уильям Хогарт известен своими сатирическими зарисовками современного ему общества. А эта просто… прелестна.

– Поразительное спокойствие, – выдохнула она, отдавая ему каталог. – Когда я работала в музее Нортона и занималась реставрацией…

– Твоя законная работа, – перебил он с медленной улыбкой.

– Да, одна из немногих. Так или иначе, мы обнаружили второй холст за картиной Магритта, но там была какая-то неподписанная мазня, как будто его ребенок баловался с красками, а сам художник поленился вынимать полотно из рамы, прежде чем вставить новое.

– Так случается. Но редко. Если я скрою покупку Хогарта, пока не откроется наша галерея в Роули-Хаус, широкая и бесплатная реклама нам обеспечена. В конце концов, он английский художник!

Саманта вскинула брови.

– Что-то ты опережаешь события. Неизвестно, сумеешь ли ты ее купить.

Ричард взял ее руку и поцеловал костяшки пальцев.

– Если мне она понравится, значит, будет моей.

– Угу.

Она не слишком мягко отняла руку.

– Не хвастайся, брит! Я здесь по причине взаимного безумия. Ты пока еще не мой хозяин.

Черт возьми! Когда же он запомнит, что на нее вовсе ни к чему производить впечатление властью и богатством! Более того, частое упоминание этих тем может отпугнуть ее.

– Прости, Саманта, – пробормотал он. – Я всего лишь хотел сказать, что ты не должна сомневаться в моей решимости.

– О, я и не сомневаюсь! – фыркнула она. – Ты тот тип, что исполнен решимости. Торгуйся. Я здесь, просто чтобы посмотреть.

К счастью, в эту минуту Йен Смайт как раз стукнул молотком и открыл аукцион, прежде чем Рик успел запротестовать, что никогда не пытался влиять на нее своими деньгами. Саманта уселась поудобнее и глубоко вздохнула. Рик умел делать жизнь легкой, безопасной и удобной, и ей ужасно хотелось упасть на перину из гусиного пуха и натянуть на голову атласные простыни.

Хорошо еще, что часть ее души, та самая, что умела считать до семи (срок давности, после которого дело о преступлении, не связанном с убийством, закрывается), знала, что пройдет еще шесть лет, прежде чем можно по-настоящему расслабиться, И эта самая часть также смертельно боялась, что слово «удобный» является синонимом скуки. Во всяком случае, именно это она испытывала, беседуя сегодня с Бойденом Локом. И не только сегодня, а последние два месяца, когда консультировала добрую дюжину клиентов. И пусть она получала за это неплохие деньги, но в сравнении с тем способом, которым привыкла зарабатывать на жизнь, все казалось слишком… легким.

Правда, прежняя, волнующая жизнь имела свои недостатки. Вот и сейчас она поймала несколько подозрительных взглядов со стороны старших охранников «Сотбис». Но общество Рика Аддисона было надежнее любых доспехов. Прижавшись к его боку чуть теснее, она отдалась возбуждающему ритму ставок, кивков, взрывов аплодисментов и комментариев. Странно, когда она последний раз это делала, сердце билось со скоростью миллион миль в час, пока она ждала выигрышной ставки на особенно ценного Дега. Тогда сотрудники возвращались в подвал, к тому месту, где хранилась картина. А она приступала к работе.

7
{"b":"27","o":1}