Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Ага, мы все вчетвером в ней состоим. Пойдем. — Коннор за руку тянет меня вперед. — Познакомишься с Эшем.

Моему мозгу хватает времени, чтобы осознать сказанное, сердцу — уйти в пятки, а ногам — заплестись, прежде чем мы заходим в уединенную комнату. Уверена, на моем лице отражается идеальная смесь шока, ужаса и стыда. И здесь, растянулся в огромном кресле с пивом в одной руке и пультом в другой высокий, долговязый мужчина с темно-карими глазами и взъерошенными волосами. Тот, которого я поклялась вышвырнуть из своей жизни.

Эштон «Жалею О Случившемся» Хенли.

— Это Эштон, капитан нашей команды, хотя я никак не могу понять с какой радости он им стал, — шутливым тоном говорит Коннор, который, судя по виду, понятия не имеет, что я прекрасно знаю, кто такой Эштон, и нахожусь на грани срыва.

Я смотрю на это лицо и не могу вымолвить ни слова. Просто наблюдаю, как его взгляд перемещается с меня на Коннора, а потом на руку Коннора, которой он держит мою. Одновременно с этим он делает глоток пива.

— Айриш, — наконец, лишенным эмоций голосом произносит он.

Я замечаю его стиснутые челюсти. Скорее всего, ему также неудобно, как и мне. Ночь, о которой он пожалел, девушка, которую он хочет забыть, стоит перед ним в его доме.

— Постой-ка…

Ладонь Коннора выскальзывает из моей. «О-о…вот и приехали…» Коннор показывает на меня пальцем, склонив набок голову. Он с расширившимися глазами пристально смотрит на своего соседа.

— Она — та девушка, с которой ты поспорил и сделал татуху?

Я закрываю глаза и делаю несколько глубоких вздохов, про себя прощаясь со всеми шансами, которые, возможно, и были у меня с Коннором. Открыв глаза, я обнаруживаю, что эти двое на меня уставились.

— Вот это да! — Коннор кладет руку мне на плечи и прижимает к себе. — А ты здесь знаменитость!

Я чувствую, что кровь отливает от лица.

— Знаменитость? — умудряюсь я выдавить.

И чем я знаменита? Как девственница-алкоголичка, танцующая, как робот, и обсасывающая лица? Я оборачиваюсь и вижу позади нас прокравшихся в комнату Гранта и Рейган. За такую засаду я взглядом бросаю в Рейган несколько экстраострых кинжалов. Она быстро прячется за Гранта, губами прижавшись к своему напитку.

Я поворачиваюсь обратно, чтобы посмотреть в глаза парню, которого хочу впечатлить, и парню, которого хочу забыть. Про себя я задаюсь вопросом, может ли сегодняшний день стать еще хуже.

— Эштон. Малыш…нам надо ехать, если я собираюсь вовремя попасть в аэропорт.

Сначала я слышу голос, а потом через другой проход в комнату входит блондинка с сумкой и пальто в руках. Она перегибается через спинку кресла и припадает к губам Эштона в долгом поцелуе.

Находящийся в блаженном неведении Коннор склоняется ко мне.

— Это Дана — девушка Эштона.

Глава 8

Бабник

К этому моменту я бросаю попытки заговорить. Все равно знаю: что бы не произнесла, прозвучит это как идиотский лепет — так я начинаю говорить, когда нервничаю, сильно удивляюсь или расстраиваюсь. Сейчас же, когда я стою здесь и смотрю, как Эштон целуется со своей девушкой, во мне собирается буря из всех трех чувств вместе взятых.

Дана отрывается от Эштона, услышав свое имя.

— Привет, Рейган! Привет.

— Это Ливи, — говорит Коннор.

Она тепло улыбается мне.

— Привет, Ливи. Приятно познакомиться.

Я пытаюсь улыбнуться в ответ. Думаю, что справилась с этим, хотя и не уверена. Улыбка могла больше походить на усмешку бешенного животного, потому что я слишком занята, урезонивая мысленный крик в голове.

Эта сволочь ей изменила. Со мной!

Мой взгляд быстро перемещается к его лицу, и я вижу, что Эштон смотрит на меня со странным выражением лица. В нем нет его обычной наглости. Как и осознания своей вины, которая обязана появиться. Нет, я точно знаю, что значит это выражение. Отчаяние. Он умоляет меня ничего не говорить. Не хочет, чтобы его девушка узнала. Теперь все обрело смысл. Вот почему он хочет сохранить в тайне произошедшее между нами. Но тогда…почему бы я стала «знаменитой»?

Я кошусь на Коннора и вижу, что он мне улыбается. Его улыбка излучает тепло, в ней нет насмешливости парня, которому известно, что я крутила шашни с его соседом по комнате, а теперь меня познакомили с ничего не подозревающей девушкой этого самого соседа. Либо он не считает, что в произошедшем есть что-то неправильное (отчего становится полнейшим гадом и совсем не тем хорошим парнем, каким я его представляла), либо он ничего не знает.

Ничего не понимаю. Но все смотрят на меня, ожидая моего ответа Дане. Я сглатываю, а потом прикладываю все усилия, чтобы выдавить вежливое:

— Привет, Дана. Мне тоже приятно.

Наверное, слова прозвучали сносно, потому что она улыбается и кивает, а потом хватает Эштона за предплечье и тянет.

— Так, правда, Эш. Поднимай свою красивую задницу и мы уходим, а то я опоздаю.

Он подчиняется, с легкостью поднимаясь из кресла. Эштон возвышается над Даной, поэтому она запрокидывает голову назад, чтобы посмотреть на него, и ее небрежные локоны рассыпаются по спине. По блеску в ее глазах, такому же, какой появляется у Кейси при виде Трента, я понимаю, что Дана по уши влюблена в Эштона.

Мне хочется быть где угодно, только не в этой комнате. Не рядом с милой, ничего не подозревающей девушкой и ее распутным бойфрендом.

— Коннор, где у вас тут уборная? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Выйдешь туда и заверни за угол, — говорит он, кивнув влево. — Первая дверь справа.

— Ой, нет, я бы часок подождал, прежде чем туда заходить, — предупреждает стоящий за нами Грант. — Там был Тай, так что девушкам туда нельзя. Как и большинству людей.

— Все из-за чили твоей мамы! — вопит Тай с кухни.

Качая головой, Коннор говорит:

— Третья дверь справа, наверху. Показать?

— Нет, сама найду. Спасибо. — Я хлопаю его по руке и разворачиваюсь, чтобы сбежать из комнаты.

— Было приятно с тобой познакомиться, Ливи, — восклицает Дана.

— Мне тоже, — с улыбкой бросаю я и несусь к лестнице.

Надеюсь, это прозвучало не слишком грубо, но я ничего не могу поделать. Она — супермилая, и от этого мне хочется кричать.

Я слышу, как Эштон говорит позади меня:

— Встретимся у машины через пять минут. Я переоденусь и возьму бумажник.

Он идет за мной.

Кровь приливает к ушам. Перепрыгивая через две ступени за раз, я бегу еще быстрее с намерением оказаться за запертой дверью раньше, чем мне придется столкнуться с ним лицом к лицу. И я бы смогла, если бы большим пальцем не зацепилась за верхнюю ступеньку и не полетела бы лицом вперед на пол.

У меня горят щеки, когда я ползу на коленках и руках, все еще стремясь спрятаться. Позади меня раздается тихий смешок, а потом две руки подхватывают меня за талию и без усилий поднимают на ноги.

— Господи, Айриш, — бормочет Эштон. Ладонью он касается моей поясницы, и меня это злит.

— Отсюда я сама, — свирепо бормочу я, выворачиваюсь от него и торопливо иду в ванную.

Он идет за мной по пятам, подстраиваясь под мою скорость.

— Сомневаюсь, — говорит он, но не смеется.

Когда я подхожу к третьей двери справа, Эштон хватает меня за бедра и практически заталкивает в пустое помещение. Я разворачиваюсь, чтобы закрыть дверь, но опаздываю. Он уже зашел внутрь и закрыл ее за собой. И запер.

— Что ты… — резко начинаю я, но он прижимает ладонь к моему рту.

— Замолкни.

Он оттесняет меня назад, пока копчиком я не ударяюсь о край гранитной тумбы. Все это время он держит ладонь у меня на губах. Я мимолетно задумываюсь, не укусить ли его, но сдерживаюсь. Скорее всего, я прокушу ему руку до крови, настолько я зла. Кусака-Ливи. Бог знает, эта история только добавилась бы к тем, которые уже переходят из уст в уста.

Эштон смотрит на меня сверху вниз. Взгляд его насыщенно карих глаз напряжен и задумчив. Я улавливаю легкий аромат его мускусного одеколона, и он мгновенно провоцирует воспоминания о прошлой субботе. Воспоминания, которые никак не оставят меня в покое.

19
{"b":"263618","o":1}