Литмир - Электронная Библиотека

— Его невозможно запомнить. В мозгу срабатывает защита.

— Как грустно.

— Нет. Грустно то, что мы больше никогда не встретимся.

— Не верю!

— Я увидел это, когда ты сняла с меня очки.

— Значит, ты ошибся.

— Я никогда не ошибаюсь. Хотел бы, но не могу.

— Давай проверим!

— Как?

— Договоримся встретиться завтра в восемь на этом самом месте.

— Завтра вечером тебя уже не будет на Луне. Ты будешь возвращаться на Землю на мега-крейсере.

— А вот и нет! Мы улетаем с Луны в воскресенье утром. И полетим не на Землю, а к Сатурну. Завтра я еще буду здесь. Приходи, увидишь.

— Мы не встретимся. Случится нечто совсем неожиданное, и вам с родителями придется вернуться на Землю.

— Не может такого быть! Ты все неправильно предвидишь.

— Тут не предвидение, а просто факт. Цвет, который я вижу, существует вне линейного потока времени. Я вижу как бы тень будущих событий. Их уже нельзя изменить…

— Обещай, что встретишься здесь со мной завтра вечером!

— Я не могу обещать то, чего совершенно точно не будет.

— Все равно! Обещай, потому что мы поцеловались!

— Обещаю: я приду завтра в восемь.

Сидя в постели, она закрыла лицо руками. Почти все, что он тогда говорил, сбылось. После ужасного скандала родителей с полицией туристическая поездка развеялась как дым. Ее просто отменили. Иеронимус оказался прав: их возвращают на Землю. Если бы только она не оскорбила того следователя с потным пластмассовым лицом, ей, может, разрешили бы остаться с родителями. А теперь она здесь — в комнате со стальными стенами и кучей каких-то механизмов. Она не назовет его имя. Никогда! Чудесное, необыкновенное имя. Они поняли, что она видела глаза стопроцентно лунного, это у нее на лице написано так же ясно, как тоска погибельной влюбленности. Они здесь в своем мире, и они все поняли, но имени от нее не добьются. Она — женщина с Земли-матушки, и тайну его имени, словно любимое дитя, ни за что на свете не отдаст жалким обитателям спутника с искусственным климатом, а особенно тому странному, слегка невменяемому типу с искусственной кожей и тревожными глазами, из которых один — ненастоящий. А вот на Землю возвратиться придется, раз выгоняют.

Она зажмурилась и постаралась напрячь память.

Первичный, основной цвет. Как красный. Как синий. Как желтый. Только без названия.

Воспоминание ушло безвозвратно.

Цвет не вспомнить, зато память сохранила поцелуй. А теперь и это воспоминание отравили.

Перед поездкой на Луну подруга прислала ей нашумевшую статью. Автор, журналист Уоррен Глэдпони, славился своим пламенным красноречием…

НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ СМОТРИТЕ ИМ В ГЛАЗА!

У вас в мозгу произойдет короткое замыкание. Все палочки и колбочки в сетчатке вашего глаза сойдут с ума, пытаясь воспринять цвет, стоящий вне обычного спектра, образованного красным, желтым и синим оттенками. У вас наступит временное помешательство, начнутся галлюцинации. Вы будете беспомощны, как только что родившийся младенец. Это случится с каждым, кто попробует взглянуть на четвертый основной цвет. Насколько известно науке, цвет этот встречается исключительно в глазах у небольшой части лунного населения. Таких людей — если их вообще можно считать людьми — по сложившейся традиции называют «стопроцентно лунными». Сложный вопрос — какое место эти существа занимают по отношению к человечеству. Мало того, что в их глазах таится отвратительный цвет, который калечит при одном лишь взгляде на него; эти демоны, эти исчадия ада обладают способностью различать четвертый основной цвет в окружающем нас пространстве. От вас это скрывают. Земное и лунное правительства не хотят, чтобы об этом стало известно. Утверждают, что четвертый основной цвет — вымысел, что его не бывает в действительности. В то же время лунные власти установили закон, обязывающий нечеловеческую часть населения Луны постоянно носить защитные очки, фильтрующие цвет, которого якобы не существует. По крайней мере, очки служат предупреждением. Если вам, на ваше несчастье, придется побывать на Луне, всеми средствами уклоняйтесь от общения с теми, кто их носит. Этим людям нужно бы запретить появляться в общественных местах. Всего один мимолетный взгляд на их противоестественные глаза приведет к психическому и физическому расстройству. Ваш мозг отключится. На какое-то время вас охватит безумие.

Созерцание этого цвета настолько травматично, что в вашем сознании произойдет перезагрузка, в ходе которой будут стерты все воспоминания об ужасном опыте. Разум отвергает их, иначе он не сможет снова нормально функционировать.

И это еще не все! Документально зафиксированный факт: опасные твари, воспринимающие четвертый основной цвет, видят проекцию будущего. Измерение, в котором существует новый цвет, не подчиняется обычному ходу времени. Эти демоны видят остаточный след четвертого основного цвета, как бы тень любого движения, совершающегося как в прошлом, так и в будущем.

Избегайте их! Бездействие правительства просто возмутительно. Этих мерзких выродков следовало бы отлавливать и истреблять. Уничтожить их всех поголовно, пока они не уничтожили нас.

Она не стала дочитывать статью. Все равно там не было ничего, кроме отвратительной истеричной демагогии. Результат получился как раз обратный: статья еще больше разожгла ее любопытство. Ходят ведь и другие слухи: будто бы только стопроцентно лунные могут быть пилотами мега-крейсеров.

* * *

Иеронимус снова вылез из постели. Дико болела голова. Комната у него была не очень большая: кровать, письменный стол, четыре стены, окно. Иеронимус взглянул на высотные башни за окном, и тут на него упала тень. Очередной мега-крейсер с Земли. Иеронимус подумал было, не на этом ли крейсере она улетает, и тут же сообразил, что этот, скорее всего, идет на посадку.

Небо отливало красным. Терраформирование Луны проводилось не больше тысячи лет назад, но кто-то ухитрился при этом здорово напортачить с искусственной атмосферой. Говорят, на Земле можно определить время суток просто по оттенку неба — то светлее, то темнее, то середка на половинку. А здесь небо всегда одинаковое: тускло-красное, точно в преисподней. И под красным небом исчерченный неоновыми огнями пейзаж. Все здания на этой стороне Луны сплошь покрыты неоновыми светящимися трубками, в том числе и высотка, где живет семья Иеронимуса. Непонятно, почему именно неон, — такую эстетику выбрали сотни лет назад. Никто уже не помнит, как принималось решение. Причина затерялась в веках.

Колибри тучами кружились вдалеке. На Луне водится только один вид птиц: колибри. Прочие не выживают в искусственной среде, а этим хоть бы что. Они огромные — взрослая птица размером с хорошую собаку. Громадные стаи летают над городами и над незаселенными территориями, они живут повсюду и даже в норах под поверхностью. И все до единой белые, как высушенная кость. Лунно-белые. Бесцветные, парящие в воздухе птицы, точно сновидение. Колибри не брезгуют падалью, а их длинные клювы прекрасно приспособлены выискивать съедобные кусочки на помойках. Случается, они бесшумно влетают в дома и воруют еду прямо со стола, стоит только отвернуться.

С большого расстояния летящая стая колибри напоминает белого дракона размером с мега-крейсер, кружащего в небе, постоянно меняющего форму — то рассыпающегося, то возникающего вновь.

На обратной стороне Луны тоже есть колибри.

А еще там есть тюрьма. Специальное, секретное место заключения для стопроцентно лунных мальчиков и девочек, мужчин и женщин, которые нарушили закон — и не просто какой-нибудь закон, а ровно один, запрещающий преднамеренно показывать обычному человеку свои глаза.

Никому не хочется на обратную сторону Луны. Там практически пустыня — ни домов, ни городов, ни поездов. Ничего нет. Горстка исследовательских станций, где трудятся немногочисленные ученые. Одно-единственное шоссе под номером ноль. Пастбища диких животных. Странные фермы, обслуживаемые роботами, потому что люди там жить не могут. Луна состоит из контрастов: на той стороне, что обращена к Земле, перенаселенность, урбанизация и неоновый блеск, на другой — темно, пусто, царство теней и страха. И еще тюрьма.

3
{"b":"262115","o":1}