— Девочка, — генерал не хотел выглядеть растроганным, напускал на себя излишнюю суровость, но скрыть ту искреннюю симпатию, которую он питал к Кире, было бы сложно. — Как же ты выросла! Наслышан, наслышан…
У Киры все похолодело внутри при слове 'наслышан', но тон генерала был вполне одобрительный.
— Садись. Рассказывай, как тебе командуется кораблем. Мальчишки не обижают? — он подмигнул ей так, как будто и сам сбросил десятки лет на это мгновение. — Можешь не отвечать. Знаю, не обижают. Как и ты их. А вот всякий сброд тебя недолюбливает.
— Мягко сказано, — тихо заметила Кира.
— Похоже, тебе это нравится? — он улыбнулся и откинулся в кресле, любуясь ею и смутно припоминая, что вроде светлой косы у Киры никогда не было, ни на выпускном экзамене, ни в тех оперативных фото, которые присутствовали в коротких сводках с места событий.
— Нравится, — честно ответила Кира, глядя ему в глаза.
И эти глаза смотрели на нее очень тепло, с отцовской заботой. Он, кажется, и не собирался ее ругать, а тем более арестовывать.
— Раз ты так любишь свою работу, капитан Кира, то давай буду знакомить с новым заданием. Задачу тебе, так сказать, ставить. Да ты не стесняйся, подсаживайся ближе. Тут не на три минуты разговор.
Генерал выводил на просмотровый экран одно за другим изоражение, карты, схемы… Иногда он искоса поглядывал на свою собеседницу: в глазах Киры не было ни намека на усталость или ослабшее внимание. Девушка была сосредоточенна, а ее вопросы показывали, что она уже в голове выстраивает варианты действий.
Генерал вздохнул. Он не не решил для себя, стоит ли говорить девушке, что в шесть утра был поднят визитом ставшего ему приятелем в последнее время таллирийского посланника. Он уважал в Сталии деловую хватку, ум, воинскую отвагу и внутреннюю порядочность, а некоторую самоуверенность таллирийца снисходительно списывал на возраст.
— Надеюсь, ты понимаешь, о чем просишь? — выслушав просьбу друга, генерал был изумлен до крайности.
— Да. Потому и прошу. Потому и поднял тебя так рано, пока ее корабль еще стоит на планете, — Сталий одним махом выпил чашку крепчайшего кофе и потянулся за второй, вкратце пересказав некоторые основные детали своего знакомства с Кирой, умышленно опустив то, что счел обсуждать с кем бы то ни было некорректным.
То, что Кира была ранена в бою, а ему, оказавшемуся неподалеку по своим делам, удалось ее вытащить, он поведал совершенно спокойно. А вот что происходило те три дня, что Кира оставалась его гостьей, Сталий описал одним выражением: 'Она восстанавливалась'.
— И благодаря твоей заботе простреленная очередью девочка восстановилась так хорошо, что угнала штурмовой истребитель? — расхохотался генерал, а сам подумал: 'Узнаю Киру. Выросла девочка! Не зря за нее рубился с комиссией тупорылой!'
Сталий смутился, но все же уточнил, пропустив иронию мимо ушей:
— Так реально мне получить ее как телохранителя?
— Она профессионал. И если речь идет именно о деле, то ей я бы и свою внучку бы доверил. А вот что касается тебя… Понимаешь ли, друг… Силой ее не удержишь. Раз сбежала, сбежит снова. Рано или поздно тебе надоест и ты застрелишь ее при побеге.
Сталий изумленно поднял бровь, впуская в свой мозг эту страшную картину, а генерал, довольный произведенным эффектом, продолжал:
— Таких, как Кира, ты вряд ли встречал.
— Однозначно не встречал, — признался Сталий.
Они немного помолчали, наслаждаясь великолепным кофе и погрузившись каждый в свои мысли.
— Знаешь. Ничего неестественного ты не просишь, посланник, — прервал паузу генерал и дальше продолжил официальным тоном. — Вы сочли, что Вам необходима охрана в крайние сутки пребывания на планете. И обратились в управление СБГ по данной планете. Логично и разумно. Охрана Вам будет предоставлена. И с учетом Ваших пожеланий.
— А сопровождение дипломатической миссии? — включился в игру Сталий, сообразив, что с этой минуты их разговор фиксируется, перейдя в ранг служебного.
— Мы проработаем этот вопрос. Возможно, экипаж одного из наших звездолетов, по счастливой случайности находящийся сейчас здесь, и будет направлен сопровождать Вас на Вашу планету.
— Буду благодарен, — поднялся с кресла Сталий. — И буду ждать результатов рассмотрения моей просьбы. Когда охрана приступит к своим обязанностям?
— Когда в этом есть необходимость?
— На приеме.
Сталий вышел на улицу, и на губах его играла плохо скрытая улыбка: 'Кира будет со мной!'. Он поморщился слегка от боли в незажившем толком плече — некогда было вылеживаться в регенераторе. Как только завершилась самая минимальная программа, он принял душ, оделся и помчался к единственному человеку. Которому мог доверять в этом чужом ему мире. День только начинался, а надо было сделать столько дел! 'Не кровит, и ладно', — подумал Сталий и зашагал просыпающимся городом.
А генерал в это время приказал вызвать к нему немедленно Киру.
* * *
Кира и ее ребята не так часто занимались личной охраной, но опыт и знания имели. К тому же они не имели привычки расслабляться во время долгих и относительно спокойных перелетов или стоянок. И при посещении различных планет каждую возможность они использовали для приобретения навыков работы в новых условиях: зашкаливающего холода, разреженной атмосферы или наоборот, повышенной силы тяжести. Обеспечить личную безопасность они тоже могли, причем далеко не всегда тем, кто внешне напоминал привычный образ человека.
— Кира, по внешнему виду особые будут указания?
— Да. Мы не должны бросаться в глаза. Это торжественный прием, и довольно высокого уровня. Поэтому передовая группа и группа сопровождения однозначно должны быть просто гостями. Спокойными, не лезущими на передний план. Но и не демонстрирующими всем своим видом, что посланника охраняют.
— В некоторых случаях полезнее даже просто создать вид, показать всеми способами, что охрана есть. Это заранее охладит пыл некоторых личностей, — высказал свое мнение один из ребят.
— Согласна, — кивнула Кира свой уже безупречно уложенной головкой, но еще не надевшая платье, и контраст идеальной вечерней прически с высоко поднятыми надо лбом волосами и струящимися по плечам и спине локонами был необыкновенным и будоражащим воображение ребят на фоне ее обычного строгого комбинезона. — Но сейчас не такой случай. Если рискнут устранить посланника в его крайние часы пребывания на планете, значит, пойдут очень подготовленные люди. и в большом количестве. По всем правилам. Поэтому я попрошу именно тебя, Резкий, возглавить группу отражения.
Резкий кивнул, но как‑то странно задержал на ней свой взгляд и промедлил, садясь на свое место.
— Что с тобой? — от цепкого взгляда Киры это не прошло незамеченным, и она встревожилась, потому что нет смысла давать ответственную задачу сотруднику, если ему нездоровится или он устал.
— Все в порядке, — уже своим обычным голосом ответил Резкий.
— И все же? Ты знаешь правила. Лучше скажи сейчас. Умная голова нужна и на информационном обеспечении, да и корабль оставить на тебя одного можно.
Резкий неожиданно рассмеялся:
— Прости, командир. Но тебе следовало бы проводить сейчас этот инструктаж полностью в том виде, в котором будешь работать.
— Что так? Боишься не узнать ее в платье? — подкусил друга Михалыч.
— Боюсь, что не только гости, а и все мы останемся в позах загипнотизированных кроликов, если только от ее прически и подведенных глаз оторваться невозможно.
— Саш, — укоризненно взглянула на него Кира, вкладывая в свой тон просьбу не превращать все в балаган.
— Все, замолкаю, — и Резкий прикрыл глаза ладонью.
Инструктаж продолжался, и вдумчивая в таких делах Кира тщательно обговорила с каждой группой их задачи и возможные варианты.
— Слушайте, вы все соотнесли его габариты? — прищурился на изображение посланника, выведенное в натуральную величину на трехмерный экран.
Все послущно стали вглядываться в фигуру Сталия, за исключением Киры, которая все совещание сидела спиной к экрану и лицом к ребятам.