Она вновь замолчала и уставилась куда-то вдаль.
- Трудно это сформулировать, однако попробую… - Я не уверена, что вы понимаете - что кто-нибудь из нас понимает - какое воздействие это окажет на мантикорцев. В особенности на либералов. А на Мантикоре множество членов Либеральной партии, Танди. Я говорю не о Новом Киеве и её шайке, а о рядовом, среднем избирателе. Который начинает склоняться к…
Руфь драматически наставила палец на Берри.
- Её матери. Чёрт подери, Танди, только задумайтесь над этим! При Новом Киеве либералы годами топтались в трясине. А теперь - внезапно - происходит нечто блестящее, волнующее и незапятнанное. Повод. Такой повод, который может заставить подняться любого либерала - и массу других людей тоже. - Руфь уже почти что кудахтала. - Я не слишком удивлюсь при виде того, как на Конго хлынут добровольцы. Вы же знаете, прежде в истории такое случалось уже множество раз. И некоторые из добровольцев будут иметь армейский опыт. Не говоря уже о том, что политика Высокого Хребта выкинула на половинное жалование массу офицеров - причём хороших. Кое-кто из них тоже приедет, хотя бы только для того, чтобы развеять скуку.
- Это если перемирие между Мантикорой и Хевеном не будет нарушено. Если война разгорится снова, можете забыть об этом источнике.
- Да? В таком случае желание обеих сторон влиять на Конго только усилится. В любом случае, Танди, у вас будет такое множество потенциальных возможностей, что вы обязательно сможете реализовать одну из них.
Она покачала головой.
- Однако всё это мелочи, поскольку основная причина желания Берри видеть вас во главе её вооружённых сил не имеет ничего общего с международными отношениями. Ей нужен человек, которому она сможет доверять. А что бы вы там могли или не могли сделать, Берри не придётся волноваться насчёт того, не устроите ли вы военный переворот.
Танди хмыкнула.
- С чего это вы взяли? - Она посмотрела на Берри так сурово, как только могла. Что, после взгляда в открытые, светлые юные глаза было… не легко. - Я честолюбива, девочки. Именно поэтому я сбежала с Ндебеле - расплачиваясь своим телом, если приходилось. Именно поэтому я ухватилась за возможность попасть в команду Розака, даже несмотря на то… Ну, скажем так, что не всякое задание, которое давал мне капитан, было мне по душе. Но я всё равно это терплю. И буду терпеть.
Однако, даже ещё не закончив говорить, она ощутила, как резкость исчезает из её голоса. Пока, в конце концов, не осталось ничего, кроме…
Очень скверного привкуса. Не осадка, оставленного чем-то сделанным ею прежде, а просто горького, резкого привкуса голого честолюбия. Танди Палэйн внезапно поняла, что на самом деле недолюбливает честолюбие. Что она держалась за него просто как за средство забыть о своём прошлом - и, впоследствии, потому что понятия не имела к чему ещё стремиться в жизни.
Она продолжала смотреть Берри в глаза. Слёзы в них уже высохли. Остался только чистый внимательный взгляд, по которому, как поняла Танди - столь же внезапно - она будет отчаянно тосковать.
- Однажды меня одолело любопытство, - тихо произнесла Берри, - и я немного покопалась в книгах. Я обнаружила, что имена на Ндебеле обычно что-то означают. Скажем, твоё. "Танди" означает "я люблю эту девочку".
Танди сглотнула, вспоминая отца - которого до его смерти знала недолго - почти всё время пьяного, но никогда не бывшего с нею суровым. И всегда, когда только мог, старающегося подарить ей что-нибудь на день рождения. И мать… усталую, измождённую, в конечном итоге буквально истаявшую.
- Просто мгновение романтики, - прохрипела она, - длилось оно недолго, уверяю вас.
- Танди, ты же сама не веришь в то, что сказала. Было время надежды. Не просто мгновение. То, что оно было недолгим, не основание отказаться от самой надежды. Так делают только трусы, а ты совсем не трусиха.
Танди попыталась отвести глаза, но не смогла. Спокойный взгляд Берри, казалось, приковал к себе. Ещё прежде чем девушка заговорила снова, Танди знала, что именно она скажет - и что эти слова пришпилят её как бабочку.
- Я люблю эту женщину. И хочу чтобы именно она - и никто другой - была моими мечом и щитом и моей лучшей подругой.
Глаза самой Танди наполнились слезами.
- Мне надо это обдумать.
- Разумеется, - произнесла Берри, улыбаясь как херувим.
- Мне надо будет поговорить кое с кем, - добавила Танди. - С Виктором. И… с капитаном тоже. Я ему многим обязана. Сегодня он должен вернуться с Курящей Лягушки. И с Джереми. И с профессором Дю Гавелом.
- Разумеется, - эхом откликнулась Руфь, улыбаясь как Макиавелли.
***
Разговор с Виктором оказался недолгим. Он выслушал её и очень тихо ответил:
- Танди, тебе придётся решать самой. Честно скажу, на твоём месте я бы не доверял моему совету. Почему, объяснять наверное не требуется.
Танди сглотнула и кивнула. Ей тоже это было ясно. Виктор Каша, как бы он не менялся в прочих отношениях, всегда останется патриотом и борцом за благо своего народа. Хевенитом до мозга костей. Если Танди присягнёт рождающейся сейчас новой звёздной нации… подчёркнуто нейтральной нации, за исключением войны с Мезой…
"Как бы то ни было, мы с Виктором никогда не окажемся по разные стороны фронта. И - я могу продолжать встречаться с ним!"
Она попыталась скрыть ту чистую радость, которую подарили ей эти мысли. В конце концов, жизнь научила её сохранять хладнокровие. Пусть даже они была утомлена этим ничуть не меньше, чем честолюбием.
"И всё же…"
- Ты будешь прилетать встречаться со мной?
- Каждый раз, как только смогу, - хрипло произнёс он. - Я тоже люблю эту женщину.
***
Разговор с Джереми Эксом и Вебом Дю Гавелом был продолжительнее, однако не намного. И также прошёл в её каюте. На сей раз на кровати уселась Танди, Дю Гавел сидел в кресле, в котором прежде сидела она, а Джереми прислонился к двери.
- Я буду настаивать на включении амазонок в новую армию, - заявила она сразу после того, как с предварительными разъяснениями было покончено. Заявила твёрдо, чуть ли не резко. - А также любого другого бывшего кощея - или кого угодно ещё - кто иммигрирует и выразит желание вступить в армию. Причём не в виде каких-то отдельных подразделений. Или так, или разговор окончен. Условие не подлежит обсуждению. Если предположить, что я соглашусь.
Джереми пожал плечами.
- Не вопрос.
- Я тоже не против, - произнёс Дю Гавел. - Вообще-то, я даже за. Конечно, это причинит нам массу неприятных проблем, как всегда получается с интеграцией. - Он окинул взглядом сидящую напротив него крупную, импозантную женщину и улыбнулся. - С другой стороны, я рискну предположить, что вы сможете справиться с сопутствующими дисциплинарными проблемами.
- Вам потребуется ещё человек, отвечающий за флот. Я этого не умею. Даже не знаю, с чего начать.
- Я переговорю с Антоном Зилвицким, - сказал Джереми, - Я знаю, что он готовил как минимум троих членов Баллрум. Кто-нибудь из них, наверное, должен справиться - во всяком случае в том масштабе, о котором мы говорим. - Он на мгновение сделал паузу, нахмурился, затем пожал плечами. - Я могу и ошибаться. Но если никто из наших по его мнению ещё не готов, у них с Кэти несомненно есть связи, позволяющие найти человека, который справится. И которому мы сможем доверять. Всё равно вряд ли наш свежеиспечённый "флот" будет особенно велик, так что у нас должно быть время, чтобы воспитать офицерский корпус самим. Каперы, только что под другим названием - и это не скоро изменится. Военные корабли - настоящие - чертовски дороги, а мы начнём так, как обычно и начинают освободившиеся рабы. Без гроша в кармане.
- Это может измениться быстрее, чем ты думаешь, - возразил Дю Гавел. - Я изучал данные по Конго, какие только смог раздобыть. Их не так-то и много - и это само по себе важно, поскольку означает, что Конго является для Мезы золотой жилой, которую она скрывает от посторонних глаз. Джереми, эта планета потенциально богата. Рынок для фармацевтической продукции никуда не денется. И я ни на мгновение не верю, что бесчеловечные мезанские методы разработки этих богатств так уж необходимы. Они пользуются людьми как расходным материалом только потому, что это для них проще всего, это их способ вести дела. Дайте нам несколько лет - меньше, чем вы думаете - и мы сможем начать получать при помощи цивилизованных методов доходы большие, чем Мезе когда-либо удавалось выколотить при помощи кнутов и цепей. Мы сможем позволить себе военные корабли, будьте уверены. Во всяком случае, в достаточном количестве, чтобы можно было потягаться с Мезой.