Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

ЧЕПУХА. Вероятно, от слова цепь, по старинному чепъ, то есть сцепление, сплетение нелепостей, небылиц, вздоров.

ЧУТЬ. Слово нередко причитают к ветвям от глагола чую, но это несправедливо. Слово чуть, по коренным буквам чудь, происходит от имени чудо, как то все выражения, в коих оно находится, показывают. Каким образом к речам, например, чуть не упал или чуть не проговорился, приложить понятие о чуянии, то есть чувствовании, которое с ними нимало не клеится? Напротив того, чудо что не упал, чудо что не проговорился ясно показывают, что чуть ставится вместо чудо.

Богемцы говорят: on mne prosil, diw mi ruce ne libal, т. е. он меня просил, диво мне рук не лобызал. Слова диво и чудо значат одно и то же. Отсюда, если в выражении диво мне рук не лобызал вместо диво поставить чудо или чуть или едва, смысл выражения не переменится. Следовательно, чуть и едва, как употребляющиеся в одинаковом значении, должны непременно и происходить от слов, одинаковое понятие изъявляющих. Не ясно ли: слово едва есть сложное, сокращенное из слов есть диво. Сокращение тем удобнее могло сделаться, что простой народ и поныне глагол есть сокращает в одну гласную е. Так из е диво произошло едва.

ШЕРОХОВАТОСТЬ, от шароховатый, т. е. не гладкий, имеющий на своей поверхности какие-либо горбы или шишки. Происходит от слова шар.

ШЕРШАВЫЙ. Происходит от шерсть: ибо, говоря о человеческих волосах, под именем шершавые разумеем короткие, всклокоченные, подобно шерсти животных.

ШЛЕМ. Шелом. Вероятно, происходит от холм, имея по возвышенности своей некоторое с ним подобие. Буква х легко могла измениться в ш. По-немецки согласно с нами шлем называется Не1 т, а холм (или остров) Но1 т.

ЩЕГЛЕНОК. (Птичка). От глагола щеголять, так как имеет разноцветные красивые перья.

ЩУРИТЬ, щурю. Происходит от чур, т. е. рубеж, предел или черту (слово от сего же корня произведенное). Отсюда вместо: не ходи далее за предел или черту, говорим мы сокращенным образом: чур далее не ходить, чур не играть. Слово щурить произошло от сочурятъ (сзаменой букв на щ), то есть сводить зеницы очей к проходящему по средине глаза пределу, черте или чуру.

Азбучный и словопроизводный словари

Каким образом сохранится словопроизводство, или иначе сказать, родословие, когда одно и то же поколение разделится на множество других? Может ли одна и та же река течь из десяти источников? Азбучный и словопроизводный словари совершенно между собой противны. Азбучный разрывает всякую между словами связь; словопроизводный, напротив, отыскивает ее со строгим исследованием.

Азбучному нет никакой надобности до начала и происхождения слов; он показывает только ветвенное их значение, не заботясь, из какой мысли оно породилось. Словопроизводный, напротив, открывает в ветвенном значении коренное, и таким образом восходит к самому началу созидавших язык мыслей человеческих. Первый нужен для случайных справок о словах, второй для познания языка во всем его пространстве.

Отче, отец, отечество

ОТЕЦ. Ат, ата, отец (или отец), атер, фатер, патер, падре, пер. Французское слово pere (отец), сократясь из латинског pater, хотя и потеряло коренной слог аt, но в произведенных от него ветвях рatrie (отечество), рaternel (отеческий) опять к нему возвращается. Отсюда можно видеть, что как ни различны французское слово рatrie, или латинское patria, со славенским отечество, но они составляют две отрасли, от одного и того же корня произросшие; ибо корень их есть слог ат (аt), от коего произошли и отец, и рater.

От начала первых времен, когда отца называли ата, между сим словом и словом отечество прошло несколько веков. Из многих доказательств явствует, что все нынешние народы называют отца тем же самым словом, каким Адама называли дети его, внучата и правнучата. Слово Адам есть соединение слогов ад и ам, из коих каждое означало, как и ныне во многих языках, отца.

Одни народы под тем же названием разумеют Бога, под каким другие — небо; третьи — отца; но имена сии часто сливаем мы в одно понятие: в восклицании, например, о небо! Или в молитве Отче наш иже еси на небеси, под словами небо и отче разумеем Бога.

СВЯТЫЙ, святость. Относя понятия о светлости к Божеству, из имени свет произвели мы слово свят, святый.

Один корень, разные смыслы: у нас мужество, у них гуманизм.

МУЖ. Во многих языках муж и человек приемлются одно за другое. Мы, например, говорим знаменитый муж вместо знаменитый человек. Малороссияне вместо муж: говорят чоловик. Слоги или корни муж:, ман, мар, при всех изменениях своих во всех языках изъявляют одинаковое понятие, то есть означают почтенного летами или женатого человека (как-то в славенском муж, в немецком тапп) или только женатого (как-то, во французском таri, в итальянском тarito), или просто человека.

Сие согласие между многими языками показывает, что слоги муж, ман, мар суть не особые и различные корни, но один и тот же. Славенскоежуж, изменяясь постепенно в муус, оммоуц, менш, ман, произвело имена: гомо, омм, гоман. (Буква г или иностранная h не во всяком языке выговаривается: француз произносит отте, а пишет Нотте). Очевидно, что латинское homo, французское hoтте, хотя чрез сокращение и потеряли коренной слог муж, удержали из него только букву т. Впрочем, в других их ветвях этот корень снова примечаем: в производных от homo именах humanitas, humanite (человечество). Здесь опять видим коренной слог тап. Имена мужа и человека в иностранных языках, коренными слогами своими тап, таг не показывают, какою заключающейся в них мыслью подали они повод к составлению этих имен. Следственно, коренные слоги не суть их собственные, но вошедшие к ним из другого языка.

Напротив, славенское муж совмещает в себе коренное значение; ибо происходит, имеет начало свое от глагола могу, мочь, пустившего от себя ветви мощь, могущество. Название муж, происходя от сей мысли, свойственно человеку мужеского пола, поскольку он отличается от женского телесною мощью (то есть крепостью, силой), и, одаренный словом и разумом, господствует над всеми животными. Слово мускулы (по-нашему мышцы) вошло в язык с латинского тusculus или французского тusсlеs; но они ведь тоже происходят от нашего слова муж, поскольку означают те составы в нашем теле, посредством напряжения которых рождается в нас сила. Ломоносов, олицетворяя подземный огонь, сказал о нем:

Напрягся мышцами и рамена подвигнул,
И тяготу земли превыше облак вскинул.

Во всех наречиях следы славенского языка

Каким образом, видя повсюду следы славенского языка, усомнимся, что не он есть самый древнейший? Другие языки должны прибегать к нему для отыскивания в нем первых своих начал. Возьмем немецкое словоуойг (год). Немец, испытуя один свой язык, не найдет первоначальной в сем слове мысли. Когда же прибегнем к славенскому языку, то увидим, что корень яр означает свойство огня или солнечную теплоту; ибо многие произведенные от сего корня ветви, как-то: жар, вар, пар, ярость, это показывают. На многих славенских наречиях весну называют яро, по причине теплоты воздуха, откуда и мы произвели свое яровое, ярка, ярко.

32
{"b":"240948","o":1}