– Модо будет в ярости.

Декан пригляделся.

– Эм-м… ну да, тем более, кажется, это его нога торчит из-под кучи…

Куча качнулась в сторону волшебников и издала звук «глоп-глоп».

А затем двинулась.

– Ну, ладно, друзья, – Чудакулли нетерпеливо потёр руки, – у кого из вас есть наготове заклинание?

Волшебники принялись смущённо хлопать себя по карманам.

– Раз так, придётся мне отвлечь её внимание, а казначей и декан тем временем вытащат Модо, – сказал Чудакулли.

– Ну, ладно, – проблеял декан.

– А как отвлечь внимание кучи компоста? – спросил главный философ. – Не уверен, что у неё вообще есть внимание.

Чудакулли снял шляпу и робко шагнул вперёд.

– Эй, куча мусора! – рявкнул он.

Главный философ со стоном закрыл ладонью лицо.

Чудакулли помахал шляпой перед кучей.

– Биоразлагаемый хлам!

– Жалкое зелёное мессиво? – подсказал преподаватель современного руносложения.

– Вот вам задачка, – проворчал аркканцлер. – Как разозлить этого засранца.

(За спиной Чудакулли в воздухе появилась ещё какая-то невиданная тварь и с жужжанием улетела.)

Куча рванулась в сторону шляпы.

– Компост! – выпалил Чудакулли.

– Ну, вы и скажете, – простонал преподаватель современного руносложения.

Тем временем декан и казначей подкрались, схватили каждый по ноге садовника и со всех сил потянули. Модо выскользнул из-под кучи.

– Оно проело его одежду! – ужаснулся декан.

– А сам-то он в порядке?

– Пока дышит, – заметил казначей.

– Ему повезло, если он потерял обоняние, – добавил декан.

Куча набросилась на шляпу Чудакулли. Издала «глоп». Верхушка шляпы исчезла.

– Эй, там ещё почти полбутылки оставалось! – взревел Чудакулли. Главный философ схватил его за руку.

– Не надо, аркканцлер!

Куча повернулась и дёрнулась к казначею.

Волшебники отшатнулись.

– Она же не может быть разумной, верно? – уточнил казначей.

– Она только и делает, что медленно ползает и жрёт всё подряд, – сказал декан.

– Ага, надень на неё шляпу – и выйдет типичный сотрудник Университета, – признал аркканцлер.

Куча двинулась на них.

– А вот это уже, прямо скажем, было не медленно, – испугался декан. Все с нетерпением поглядели на аркканцлера.

– Бежим!

При всей своей дородности волшебники задали изрядного стрекача назад к кельям, распихали друг друга в дверях, захлопнули их за собой и прислонились спинами. Очень скоро с другой стороны вязко и глухо постучали.

– Мы оторвались от этой штуки! – сказал казначей.

Декан поглядел под дверь.

– Боюсь, оно вот-вот пройдёт сквозь дверь, аркканцлер, – пролепетал он.

– Не неси ерунды, старина, мы её спинами подпираем.

– Я имею в виду, не в дверной проём, а именно… насквозь…

Аркканцлер принюхался.

– Что горит?

– Ваши башмаки, аркканцлер, – заметил декан.

Чудакулли опустил глаза. Из-под двери вытекала зеленовато-жёлтая лужа. Древесина обугливалась, плитка на полу шипела, а кожаные подошвы его башмаков явно попали в беду. Он буквально ощущал, как с каждым мигом становится ниже.

Он спешно расшнуровал башмаки и прямо с места перепрыгнул на ещё сухую плитку.

– Казначей!

– Что, аркканцлер?

– Отдай-ка мне свои ботинки!

– Что?

– Чёрт побери, ты глухой? Я велел отдать мне грёбаные ботинки!

На сей раз над головой Чудакулли возникло длинное создание с четырьмя парами крылышек, по две на каждом конце, и тремя глазами. Оно упало ему на шляпу.

– Но…

– Я тут аркканцлер!

– Да, но…

– Кажется, петли всё, – вмешался преподаватель современного руносложения.

Чудакулли загнанно огляделся.

– Мы отходим на перегруппировку в Главный зал, – сказал он. – Это… стратегическое отступление на подготовленные позиции.

– Подготовленные? – удивился декан.

– Ну, мы их подготовим, когда доберёмся, – процедил аркканцлер сквозь зубы. – Казначей! Гони башмаки! Давай!

Они добрались до двойных дверей Главного зала, как раз когда дверь позади них полуобвалилась-полурастворилась. Двери Главного зала были куда прочней. Они заперли все засовы и задвижки.

– Освободите-ка столы и придвиньте их к двери, – скомандовал Чудакулли.

– Но древесину-то оно разъедает! – напомнил декан.

Тельце Модо, водружённое на кресло, издало стон и открыло глаза.

– Так, быстро! – бросился к нему Чудакулли. – Как убить кучу компоста?

– Эм-м… сомневаюсь, что это возможно, господин Чудакулли, сэр, – простонал садовник.

– Может, огнём? Я мог бы наколдовать небольшой огненный шар, – предложил декан.

– Не выйдет. Слишком сырая, – отрезал Чудакулли.

– Оно прямо за порогом! Оно проедает дверь! Оно проедает дверь! – возопил преподаватель современного руносложения.

Волшебники попятились как можно дальше от двери вглубь зала.

– Надеюсь, оно не переест древесины, – пробормотал ошеломлённый Модо с искренней заботой в голосе. – Просто жуть что начинается, ежели в них много углерода. Он слишком разогревает.

– Знаешь, это просто идеальный момент для лекции по производству компоста, Модо, – проворчал декан.

Но гному незнакомо было понятие «ирония».

– А, ну, если так… Кхе-кхе… Значит, важны правильные пропорции содержимого, правильное расположение слоями согласно…

– Двери каюк, – объявил преподаватель современного руносложения, подойдя к ним на трясущихся ногах.

Груда мебели начала раздвигаться.

Аркканцлер в отчаянии оглядел зал, надеясь на чудо. Его взгляд привлекла знакомая тяжёлая бутылка на одной полке.

– Углерод, значит, – сказал он. – А это сойдёт за углерод?

– Откуда мне знать? Я не алхимик, – фыркнул декан.

Куча компоста вынырнула из обломков, испуская клубы пара.

Аркканцлер с любовью поглядел на бутылочку соуса Ухты-Ухты. Вынул пробку. Понюхал.

– Эх, не умеют местные повара готовить его как надо, – сказал он. – А из дома мне новый ждать несколько недель…

С этими словами он бросил бутылку в надвигавшуюся кучу. Она канула в сырой гуще.

– Жгучая крапива всегда полезна, – продолжал позади него Модо. – Добавляет железа. А ещё окопник, ну, его вообще много не бывает. Даёт, знаете ли, минералы. Ну а по личному опыту могу сказать, что если добавить чуточку дикого тысячелистника…

Волшебники высунулись из-за перевёрнутого стола.

Куча остановилась.

– Мне кажется или она становится больше? – спросил главный философ.

– И выглядит какой-то… довольной, – добавил декан.

– А пахнет мерзко, – добавил казначей.

– А чего вы хотели. Там была почти полная бутылочка соуса, – вздохнул аркканцлер. – Я её только-только на днях открыл.

– Природа творит чудеса, если подумать, – завёл своё главный философ. – И не надо так на меня коситься. Просто хотел это отметить.

– Бывают моменты, когда… – начал было Чудакулли, и тут куча взорвалась.

Ну, если это так назвать. Не было ни «баха», ни «бума». Вышел самый сырой и густой «плюх» в истории разрушительного газоиспускания. Багряное пламя, чёрное на излёте, ударило в потолок. Ошмётки кучи шрапнелью разлетелись по залу и влажно шмякнулись в стены.

Волшебники высунулись из-за своей баррикады, теперь густо покрытой чайными листьями.

Декану на голову мягко упала кочерыжка.

Он оглядел лужицу, вяло кипящую на плитках пола. И его лицо медленно пересекла улыбка.

– Ух ты! – сказал он.

Прочие волшебники тоже приходили в себя. Отходняк после адреналина сработал как чары. Они все заухмылялись и принялись игриво пихать друг друга в плечо.

– Пожри остренького! – ревел аркканцлер.

– К стенке тебя, мусор перебродивший!

– Вот тебе по мордасам! Можем повторить! – весело бурлил декан.

– Повторить-то как раз не можем. И не уверен, что у кучи компоста вообще есть… – начал было главный философ, но волна восторга охватила и его.

– Да уж, эта куча больше не посмеет задирать волшебников! – Декана несло. – Мы чёткие, мы дерзкие и как…