Она осторожно, кончиками пальцев подцепила украшение, подходя к зеркалу. Подняла руки, аккуратно застегивая ожерелье, несмело улыбнулась своему отражению. Она хороша – нет, правда, хороша. И этот подарок… казалось – прощальный, последний подарок её выдуманного возлюбленного… шёл как нельзя лучше к её сиреневой шали, к её серебристым волосам, белому платью…
Двери приоткрылись, впуская одну из приближенных дам.
– Вас желает видеть его высочество принц Андоим, – негромко сказала она, и Таира поспешила покинуть опочивальню.
С радостным возбуждением спешила она в кабинет, где, по обыкновению, дожидался её жених. Нынче должны были они отправиться на конную прогулку вдоль парка, но мать задержала её, и Андоиму придется подождать ещё немного, пока она не сменит платья.
– Ваше высочество, – нежно позвала Таира, останавливаясь в дверях.
Крон-принц, дожидавшийся её в кресле, поднял голову и застыл. Его лицо отразило нечто непонятное – ничего похожего на те чувства, которые она ожидала и к которым была готова – ни восхищение, ни радость, даже не вежливую улыбку – самый настоящий откровенный шок. Он даже подниматься не стал – просто смотрел, как завороженный, на блиставшее на её шее свадебное ожерелье.
Приближенная дама поклонилась и вышла, плотно закрыв створки дверей. Андоим переводил ошарашенный взгляд с украшения на прекрасное лицо принцессы, не в силах вымолвить ни слова.
– Ваше высочество, – повторила Таира, смущённая такой реакцией. – Вы удивлены? Я решила примерить ваш подарок. Это так восхитительно, правда, ваше высочество. Я подумала… вам понравится, если я надену его. И ещё я хотела поблагодарить вас. За все эти дни, наполненные сказкой, за эти красные розы, и за это прекрасное украшение, как венец нашей любви… Вы и вправду… настоящий романтик…
Андоим опомнился, рывком поднялся, приближаясь к невесте.
– Я подумал, вам надоели цветы, – с трудом выдавил он, включившись в игру. – Вам и правда нравится?
– О! О, конечно, – облегчённо выдохнула Таира: крон-принц снова стал похожим на прежнего себя. – Но и розы мне очень нравились, ваше высочество. Правда. Очень…
Крон-принц принял протянутую руку, склонился, медленно прикладывая к губам. Сказать, что он был потрясён, означало не сказать ничего. Украденное ожерелье! Здесь, во дворце, на шее его будущей супруги! Быть может, это дело рук Нестора? Проклятый герцог всегда что-то недоговаривал. Вот и сейчас! Должно быть, его ищейки давно отыскали украшение, или же эта баба в доспехах, капитан столичной стражи, отыскала украденное ради него – между этими двумя явно происходило нечто странное – в любом случае, хитрый Ликонт провернул большое дело без его участия, даже не потрудившись поставить его в известность! Ничего, пробьёт и его час тоже. Осталось недолго, совсем чуть-чуть…
Крон-принц не собирался ждать законного дня, чтобы взойти на престол. Отец натворил немало глупостей за время своего правления, коим он положит конец, придя к власти. И самым первым, пожалуй, станет устранение тайного советника – светлого герцога и генерала Нестора Ликонта…
***
Северина рассматривала мужчину так пристально, что тот едва выдерживал сверлящий, колючий взгляд светлых глаз-льдинок – но выдерживал, не собираясь отступать от назначенной цели. Причиной непробиваемого спокойствия служила собственная убедительная правота и непривычная, но отрезвляющая пустота правого рукава, заправленного в карман мундира.
– Я не привыкла признавать чужую правоту, – выговорила наконец императрица, постукивая отточенными ногтями по подлокотнику, – но вы импонируете мне, герцог. Что заставляет вас так заботиться о безопасности моей дочери?
– Не ищите скрытого смысла там, где его нет, ваше величество, – Нестор говорил без улыбки, ровно, подстраиваясь под тон властной собеседницы. – Мой долг – обеспечить скорейшее заключение этого брака, и нет нужды скрывать, что Валлии не нужна война. Уверен, война не нужна и Аверону. Подписанные бумаги могут значить сколь угодно много для монархов, но они не значат ничего для народа. Как только жители Галагата увидят будущую королеву Таиру, лёд в их сердцах тронется. А с заключением брака и рождением наследника растает окончательно – не сразу, но с годами, если мы и дальше будем действовать столь же мудро. Но я трезво оцениваю свои способности. Я влиятелен, но не всесилен. В Галагате, в королевском дворце ваша дочь окажется среди чужих людей, многие из которых настроены по-прежнему враждебно к любым попыткам короля Харитона свести агрессию на нет. Да, с нею будет ваш эскорт, отобранный из лучших воинов и офицеров, которые есть в Ренне, я уверен. Но вам ли не знать, что лучший телохранитель для женщины – это женщина. Я знаю только одну такую в вашем окружении.
Северина выпрямилась, сцепляя пальцы замком перед собой. Ледяное выражение на холёном лице дрогнуло, взгляд на миг ушёл в сторону – всего на миг, но этого хватило Нестору, чтобы мысленно поздравить себя с первой победой.
– Я наблюдал, – продолжил герцог, чуть подавшись вперед, – за тем, что происходит в вашем дворце. Какие слухи витают в воздухе. Какие настроения скопились вокруг вашей верной помощницы, леди Марион. Может, вам это не так сильно бросается в глаза, ваше величество, но я, как человек посторонний, увидел это сразу. Синюю баронессу едва терпят при дворе, – по выражению, мелькнувшему на лице Северины, Нестор понял, что попал в точку; то, что так тревожило императрицу, теперь находилось на поверхности, вызванное разговором. – А в свете последних скандальных событий… я не горжусь тем, что сделал, ваше величество. Дружеский поединок завершился катастрофой, и, будь моя воля, я бы всё переиграл. Но покушение… простите, ваше величество, но я могу расценивать произошедшее со мной лишь как покушение, потому что ничего не помню из того, что произошло в саду…
– Герцог, – императрица вспыхнула, разомкнула пальцы, вновь цепляясь за подлокотники, – уж не смеете ли вы обвинять меня, или баронессу…
– Нет, – покорно согласился Нестор. – Не смею. Именно потому, что связанные с подобным обвинением проблемы не нужны ни вам, ваше величество, ни мне. Я пришел сюда с определенной целью, и портить отношения с кем-либо, и тем более с вами, ваше величество, ею не является. Но сложно не признать тот факт, что имели место два скандальных события, одно за другим, и в каждом была замешана Синяя баронесса.
– Как и вы, герцог, – не преминула вставить императрица, вновь переплетая пальцы.
– Кто я такой для вашего двора, ваше величество? – резонно поинтересовался Ликонт. – Даже пройдись я голым по бальному залу, какой вред это нанесет вашей репутации? Я – всего лишь грубый валлиец для придворных реннского дворца, ваше величество. Низший сорт.
Северина вздрогнула, впервые за весь разговор опуская глаза. Тайный советник Харитона, имеющий право говорить с нею от имени короля, оказался ещё более непрост, чем она думала. Столь умного, хладнокровного, проницательного и расчетливого помощника ей всегда не хватало в собственном окружении – отчасти потому, что сама Северина не доверяла ведение дел никому, кроме себя.
– И вы предлагаете?..
– Отправьте Синюю баронессу для сопровождения принцессы Таиры в Галагат. И пусть она остаётся с нею до тех пор, пока вы сами не решите, что настроения ваших придворных изменились, и они готовы принять и терпеть её и дальше. Или пока в её услугах перестанет нуждаться принцесса Таира.
Императрица колебалась, он видел, чувствовал это. Она всё ещё не могла довериться ему, но и не могла не признать его правоту.
– Война закончилась, ваше величество, – тихо сказал Нестор, глядя в прозрачные глаза-льдинки. – Нужды в таком количестве бывших военных больше нет. Как нет нужды в подмочивших свою репутацию простолюдинках у императорского престола. Вы поступили мудро, – мягко проговорил Нестор, не отрывая глаз от императрицы, – приблизив леди Марион, когда вам требовалась защита и поддержка. Но в новом году на престол взойдёт император Таир, которому вряд ли понадобится женщина-телохранитель. Синяя баронесса выполнила свой долг у вашего престола, ваше величество. Самое время ей тихо уйти в тень… откуда она и вышла.
