Она скривила лицо, выражая тем самым нежелание продолжать.

- Жаль, что мы его упустили... - прегрустно сказал Оливер, вернувшийся на свое сидение.

- Ой, не могу. Рэпперочек ты наш, а ты, оказывается, талантище. В актеры не пробовал поступать? - она говорила все это предельно-веселым голосом, но это она вновь включила грубиянку и хамку, которая не постесняется "обласкать" старушку в автобусе, посягнувшую на ее сидение. - И в итоге - проехали. Короче, ты мне с Шером поможешь? Со своей стороны обещаю поддержку в завоевании Лены.

- Мне не нужна твоя помощь. А тебе следует выкинуть его из головы.

Его слова показались Соне хамскими и она, все еще в эмоциях от неудовлетворения своих тайных желаний, сорвалась на крик:

- Тогда мне не нужна твоя помощь! Кем ты себя возомнил?

- Просто не лезь в это, - спокойно посоветовал ей парень.

- Поздно. И, кстати. Я тебя бросаю. Ищи себе другую мнимую девушку.

С мыслями, что ее использовали и как грязную салфетку просто отправили в мусорный контейнер, крайне недовольная, она, громко хлопнув дверцей машины, выскочила наружу, оставив Оливера наедине со своими безрадостными мыслями.

Использовал и бросил. Так он и поступил с рыжей лисичкой. Нехорошо и некрасиво. Вообще, античеловечно. Вот только другого выхода нет. Да, ему бы не помешала предложенная ею помощь, но чем бы это было? Очередным использованием ее в своих целях. Хотя и она бы получила свою выгоду, но нет. Она - не вариант. А у него сейчас новый план действий и в первом его пункте значится пойти и порыдать в плечо Лены о том, что они с Сонечкой расстались, а "он ее так любил"...

Девушка с мандариновым взрывом на голове резко перехотела идти на концерт. У нее с самого начала не было на это особого настроения - встретить там Шера не предвиделось. Зато можно было нагрянуть в его новые пенаты (ей уже рассказали о переезде ее любимчика) и продолжить свои атаки. Если бы "этот долбанутый кретин" Оливер действовал в отношении нее решительно, а не мямлил всякую чепуху с жалостливыми глазами, она бы, может и оставила свои попытки. О своих глубоких чувствах к Артему теперь она не могла говорить однозначно... И все же Олли - тряпка, чье сердце отдано волку в овечьей шкуре - Лене, а Шер так просто от нее, Сони, не отделается!

Загоревшись этой идеей, Саннетт, преследуемая вспышками фотокамер телефонов, вызвала такси, которое в короткие сроки доставило ее до модной новостройки в элитном районе города. Водитель - таксист, молодой прыщеватый парнишка, по-видимому, студент, к вящему ужасу Сони слушал шансон. Она с легкой грустинкой в глазах припоминала, что в машине мистера Басса, более уютной и даже чуточку родной, всю дорогу до клуба играли ненавящивые растаманские мелодии.

Водитель же строил ей глазки, но она этого даже не замечала, мысленно представляя, как, словно ярый сподвижник движухи против пиратства, она один за другим ломает на мелкие кусочки диски, кассеты, флэшки - любые носители, на которых имеются записи исполнителей блатняковых хитов.

А пока Соня к нему только ехала, Артем Охренчик уже вовсю принимал гостей, то есть гостя.

Все еще злой после вчерашнего (даже многочасовая тренировка с командой не помогла расслабиться и скинуть со своих плеч оковы злости), он то и дело поглядывал на дисплей мобильного телефона. В чудеса он давно не верил, но хрупкая надежда, что позвонит его малышка, жила в его сердце. Вообще, как он сам заметил, после встречи с ней он на самом деле стал больше верить в лучшее, да и в целом - просто верить. Если раньше его чувства, строго ограниченные, умещались в рамках танцев, то сейчас он стал гораздо уязвимее.

- Привет, родственник! - с порога поздоровался с хозяином квартиры Егор, освободившийся и сумевший выбраться к интересующему его индивиду только к вечеру.

- И тебе здравствуй, женишок, - иронично поддел его в ответ Шер, пожимая протянутую ладонь.

- В нашем городе есть понятие конфиденциальности? - вроде бы и не расстроившись, но все же безрадостно, обреченно поинтересовался Матвеев, который о своей женитьбе сам узнал лишь вчера поздней ночью.

Артем, уже ознакомленный с последними сплетнями (спасибо фанки-манам), лишь пожал плечами, пропуская гостя в квартиру:

- О чем ты вообще?

- Ну, например, о том, что о твоей женитьбе знают единицы, а о моей, заметь, еще только планируемой, трещит весь город.

- Так уж и весь?

- А то. Меня уже даже ваш местный клерк Мартин поздравил.

Это было неоспоримым аргументом, так что Шеру не оставалось ничего другого, как согласиться:

- Да, ты теперь местная звездень. Даже братца моего затмеваешь, - услышав об Оливере, Егор поморщился, что не укрылось от глаз внимательного Артема. - Он, кстати, с Соней встречается.

- Знаю. Но Сонька - девочка умная и сильная. Глупостей делать не будет.

- Все мы глупы...

- Да она скорее сама доведет его до клиники.

- В этом ты прав. Хотя к чему ты обо все этом?

Шер удобно развалился на диване, Егор пристроился в кресле и они наблюдали каждый из своего "окопа" за действиями другого. Артем в белой футболке, а Егор в черной, как два полководца воюющих армий, которые сами, несмотря на то, что конкурировали "пешками", были как бы даже дружными "королями".

Хороший блондинистый мальчик Артемка с голубыми глазами VS темноволосый сосредоточенный, как главарь сицилийской мафии, Матв. Они словно поменялись ролями, но это было лишь внешне. Внутри же каждый из них оставался самим собой.

- К чему? - задумчиво протянул брат Лены, теребя пальцами обшивку кресла. - А-то ты не знаешь как бы...

Шер знал. А потому опасения сероглазого (точно как у его малышки) кретина считал напускными.

- Ты, кажется, перегибаешь.

- Перегибаю? - вздернул брови вверх Егор.

- Да, Матв, - не испугался ни его тона, ни взгляда Шер. Он вообще не из пугливых.

- Человек умер, Артем! - казалось, его голос звенит подобно люстре из тысячи хрустальных элементов, шатающейся на ветру.

- Все умирают, - хмыкнул Шеридан. - Это закон природы. Циркуляция и прочая лабудень. Не мне посвящать тебя в основы биологии.

Не слушая его, Егор очень громко, пытаясь перекричать, заговорил о больном:

- Из-за него умер!

Охренчику последние слова резанули по уху, придясь не по душе. Он вскочил на ноги, достал из кармана джинс телефон, вновь промониторил его на наличие звонков/сообщений от Лены, но их не было. Хотя Шер не сразу сумел сфокусировать зрение, на его глазах образовалась пелена - Егор не имеет права судить человека со своего места. Откуда ему вообще знать, насколько тяжелым был этот период жизни для самого Оливера.

- И он никогда об этом не забудет, поверь, - разделяя слова, словно смачно их выплевывая, проговорил Артем, а затем направился на кухню освежиться.

Человеком он был эмоциональным, даже чересчур.

- Очень на это надеюсь, - надломленным голосом пожелал парень, сверля спину роящегося в огромном холодильнике татуированного новоявленного родственничка. - Но я не о нем пришел поговорить.

- Я весь - внимание, - кинул на него заинтересованный взгляд Шер, вытащив порядком охлажденный фейс из недр холодильника.

Он был даже благодарен Егору за то, что тот сменил тему. Защищать Оллика, когда он сам на него зол - не самое приятное занятие.

- Думаю, для тебя не секрет, о чем я хочу с тобой задушевно побалакать, - слова были вроде шуточными, но тон - серьезный.

Шер решил не уменьшать дистанцию между ними и припарковал свою пятую точку на высоком табурете у кухонной стойки.

Лениного двойняшку он ничуть не боялся, да и в драке мог бы постоять за себя, но созерцать Егора издали казалось ему если не благоразумным, то в тысячу раз более удобным.

- Не секрет, - согласился он.

- Я тип серьезный, ты знаешь, - Шер кивнул, - так что ограничусь угрозой. В общем, если сестренку мою обидишь, я тебя, - Егор выразительно приставил ребром ладони к своему горлу. - Ясно?