- Пап, у нас тут как бы семейная драма, - предпринял он последнюю попытку уговоров. - Лену замуж уже выдаем. А мы ведь еще наличие у нее парня толком не осознали и не переварили.

На что Максим лишь закатил глаза, пропустив мимо ушей последнюю фразу. Его зацепило слово "драма", а все остальное было лишним:

- Замечательно! Значит, так. Слушаем, все, сюда! Семья, прошу внимания! - вопль самозваного организатора был достаточно интригующим, чтобы оставить его без внимания, так что он возомнил себя великим режиссером и приступил к тщательнейшему выносу мозгов, который продлился, по общим ощущениям, вечность.

В итоге, все роли были розданы, декорации подобраны, обделив лишь Сеню, но он нисколько не расстроился, сразу же взявшись оперировать проект.

Старушки уперлись восвояси с секретными мордочками, а семейство Матвеевых развило бурную подготовку. Вскоре Сера привела будущую невесту Лену, а значит оставалось совсем немного времени до прихода сватов.

Безумные мельтешения прервал очередной звонок в дверь. Но оказалось, что это вернулся Родион, а не ожидаемые всеми сватьи бабы бабарихи.

- Скорее, Род, не задерживай народ, - хохотнул его младший брат, затаскивая в квартиру.

- К чему спешка? - удивился тот, неспешно снимая обувь.

- Не тормози! Дочь замуж выдаем!

- Какую еще дочь? Соньку что ли? - округлили глаза Род. - Так она ж маленькая еще.

- Ха! Приколист. Не мою, конечно же, пусть подрастет сначала.

- И какую тогда?

- Твою! - радостно возвестил Максим. - У нас больше в наличии дочерей детородного возраста, пригодных для создания ячеек общества нет.

- Стоп-стоп. А моей разве не рано? - ему в лицо ткнулась камера, и он автоматически начал говорить на нее, ощутив себя на модном ток-шоу. - Она же еще не готова к семейной жизни. Ей всего ничего... И я! Я не готов к ее семейной жизни. Это же мне что? В деда превращаться надо будет? Нет, я не готов.

- Тебя никто не спрашивает, - отрезал Макс.

С лестничной клетки стали доноситься мелодичные звуки, нарушающие тишину подъезда. Раздалась трель звонка. Максим двинулся открывать. Рядом с ним маячил Сеня, а Род в прострации сидел на тумбе. Все происходящее он видел и прекрасно слышал, но не мог вмешаться, пребывая в заторможенном состоянии с ярко выраженным похерфейсом.

- Здравствуйте! - с порога завопили две бабки. - Здравствуйте!

У одной подмышкой печально извивался несчастный петух, а другая гордо несла ароматный каравай. За ними маячил Пирожкович, принарядившийся в народный костюм, он держал в зубах тюльпанчик и играл на гармони незамысловатые веселые мелодии, под которые Сера и Грипп пританцовывали.

"Цирк-шапито на выезде". Так решил назвать эту съемку Сеня.

- Здравствуйте, гости дорогие! - зычно поприветствовал из Максим, поправляя вставленную в шевелюру искусственную ромашку.

Сера тут же подхватила:

- Неспроста мы к вам приехали издалека. Вот есть у нас петушок, - она подняла над головой бедную птицу, представляя ее общему вниманию. - Хорош собой, мыслями светел, работящий... Да вот беда, нет у него курочки рядом.

- Беда-беда, - покачал головой Макс, подыгрывая Сере.

- А мы ему курочку где только не искали! - вклинилась Агриппина.

- Дома у нас еще не искали, - полушепотом хохотнул себе под нос Сеня, переводя камеру с одного лица на другое.

- За морями дальними, за долами бескрайними искали, нет нигде.

Грипп пожала плечами и покачала головой.

- Ах, ах... Какая жалость, - схватился за голову Максим.

- Но говорят, что есть одна прекрасная курочка на свете, - вновь вклинилась Серафима. - И живет, говорят, она здесь!

- У нас? - младший Матвеев искренне удивился. Не каждый день твой дом курятником называют. - И что это за курочка такая?

Сера не растерялась:

- Говорят, красивая невыносимо. Как в песне.

Она сделала повелительный жест Артуру Елизаровичу, чуть не выронив при этом петушка, мол, сыграй-ка нам нужную мелодию. На удивление окружающих, он быстро понял о какой песне идет речь, видимо частенько слушал современные песни на радио или смотрел клипы на музыкальных каналах. Он заиграл, а обе старушки, каждая стараясь голосить громче, начали выводить припев знаменитой песни:

"Ты так красива невыносимо

Рядом с тобою быть нелюбимым.

Останови же это насилие -

Прямо скажи мне, и тему закрыли"13

- Но наш-то петушок обязательно любимым будет! - заверила Серафима и обвела всех предупреждающим взглядом, что никто даже не подумал усомниться в ее словах.

- Сто процентов! - вякнула Грипп, с голодной грустью косясь на каравай в своих руках.

Петушок тоже на него косился и даже делал попытки отщипнуть кусок.

- А что же еще про курочку расскажете? А то у нас, знаете, много красивых!

- Целый курятник, - вновь себе под нос прокомментировал Сеня. - Бройлеры как на подбор.

- Умная шибко, говорят, да воспитанная, хозяйственная, работящая!

- Есть у нас такая! - развел руками Макс.

Род же, наоборот, прижал свои руки к груди. По мановению руки Максима из комнаты выплыла Соня в неформальной форме одежды и стала кружиться:

- Я ли вам нужна, гости дорогие? Не меня ли ищете? Я и умна, и красива, и воспитана. А уж работящая какая!

- Ох, красива... - подтвердили в унисон бабки. - Надобно у петушка спросить, хочет ли он к тебе.

Серафима направила бедного птица прямо к Соне, но он отвернулся от нее и продолжил пожирать глазами каравай:

- Не хочет тебя петушок-то наш, - грустно возвестила она.

- Я бы удивился, если б петух ее захотел, - новый тихий комментарий от Сени. - Зоофилы...

- Видно не та ты, которую мы ищем.

Саннетт состроила самоуверенную мордочку и отошла за спину к своему папе.

- Есть у нас еще одна красавица распрекрасная, - продолжил тот рекламировать "товар".

Теперь из комнаты вышел Стас, обряженный в женские шмотки с рыжим париком на голове. Его лицо было суровым и каменным. А еще красным. Он без тени на юмор пробубнил заученную фразу, которую его заставил сказать Максим, мотивировав тем, что иначе сыну придется распрощаться с компьютером на целые сутки:

- А я скромняшка-очаровашка. Не меня ли ваш заморский петушок ищет?

- И вправду скромная какая, - запричитала Сера.

- А как в бытовом плане? - решила задать интересующий ее вопрос Грипп. - Гвоздики забивать умеешь? А посуду мыть?

Стас замялся. Гвозди ему забивать еще не приходилось, поэтому опрометчиво врать в лицо немощной старушенции он не хотел:

- Ну... Как бы... Я стесняюсь ответить.

- Стеснительная - это хорошо! - поделилась своим бесценным опытом знанием человеческих добродетелей Серафима. - Но надо у петушочка спросить хочет ли он тебя в жены. Ну-ка, милый, как тебе эта красавица?

Петух кукарекнул, заставив Стаса подпрыгнуть в воздухе и отскочить подальше от безумной птицы, коей он того считал. Парик при этом с него соскочил, оголив черепушку с минимум волос.

- А невестка-то лысая! - заголосили старушки, заявляя всем об увиденном конфузе. - Как нехорошо!

- Главное, что человек хороший, - встал на защиту сыну Макс.

Одновременно с ним Соня сделал то же самое:

- Вы сами скоро без последних трех волосинок останетесь.

И это не была угроза, а лишь "тонкий" (а понимании самой Сони) намек на их античный возраст.

Бабки это на заметку взяли и, переглянувшись, разборки решили оставить до лучших времен.

- Что же? Закончились у вас курочки?

Музыкальное сопровождение от Пирожковича выдало грустный аккорд.

- Нет, - уверил всех Макс. - Есть еще одна краса писанная.

- Что же, посмотрим? - спросила Серафима у своего сопровождения. Те закивали. - Показывайте!

Наконец-то, про меня вспомнили. Хотя лучше бы забыли нафиг. Лучше бы я здесь заработала бронхит и окочурилась, чем продолжала непонятный мне фарс с множеством актеров и шутов. Подготовились все, конечно, тщательно. И этих лицедеев даже не смутил мой внешний вид - я была как мокрая курица! Еще эти перья дурацкие в волосах. К тому же я стучала зубами, непроизвольно выдавая ритм, под который подстроился держащий в руках гармонь Артур Пирожков, наш сосед. Божа май, даже он здесь.