— Не беспокойся, Мститель транспорт для тебя оставил, — сообщил Шаман, увидев недовольное лицо психолога.
— А сам он где?
— Отправил его на базу, чтобы там подготовились к нашей встрече.
— Ну тогда пошли. Я уже соскучился по общению. От тебя слышишь только одни приказы.
— Не ври. Такому командиру, как у тебя, любой солдат позавидует.
— Вот я и завидую, что он не у того солдата.
Пререкаясь в полный голос и отпуская подначки, диверсанты двигались сквозь мрак к отчетливо видимой ими цели.
— Возвращаемся. Операция завершена, — отдал приказ пилотам Шаман, поднявшись в десантный отсек топтера.
Экипаж, сидевший неподвижно в своих креслах, задвигался и, подняв машину в воздух, уже через пять минут опустил ее на знакомую посадочную площадку.
— Пошли, посмотрим наше хозяйство, — проговорил нетрац, выходя из машины.
В здании, напоминающем диспетчерскую, они вошли в кабину лифта и опустились на глубину около пятидесяти метров, попав в ярко освещенный коридор. У двери стоял солдат, но при появлении незнакомцев он даже не повернул головы. Диверсантам подобная реакция, точнее, ее полное отсутствие, была уже знакома по первому этажу. Все присутствующие напоминали манекены, находясь в глубоком ступоре.
— Поехали, — предложил Шаман, устраиваясь на сиденье электромобиля, стоящего перед кабиной лифта.
Управление в машине отсутствовало, кроме одной большой кнопки пуска, которую и утопил в панель нетрац. Колпак обтекателя закрылся. Машина начала быстро набирать скорость, да так, что пассажиров вдавило в кресла.
Три минуты движения, после которых последовала плавная остановка прямо напротив входной двери в очередной лифт.
— Мы под горным хребтом, — поделился своими наблюдениями Самум.
— Совсем неплохо придумано. Посадочная площадка не демаскирует основной объект, — резюмировал Шаман.
Главный зал центра управления они нашли сразу, и психолог начал обход всех пультов, расположенных полукругом в огромном зале.
— Здесь нет ничего, что говорило бы о связи с гостями.
— Отдельный пульт возможен? — спросил Шаман.
— Вполне.
— Сейчас мы это выясним, — проговорил нетрац, подходя к сидящему, как истукан, дежурному офицеру смены.
— Где расположен секретный пульт передачи информации? — спросил он.
— Уровнем ниже. Вход ограниченного допуска.
— Вот и славно, малыш, — проговорил Самум, направляясь к двери. — За нас не волнуйся, имеем доступ без ограничений.
Лестница вниз привела их в короткий коридор, перекрытый решеткой, за которой на стуле сидел штурмовик.
— Открывай, — скомандовал психолог.
Страж медленно протянул руку к пульту, укрепленному на стене, и нажал несколько кнопок. Решетка исчезла в стене.
Первое помещение, куда Самум распахнул дверь, оказалось предбанником, в котором сидели еще два офицера охраны. Здесь же в стену была вмурована бронированная дверь с глазком перископа и двумя отверстиями, предназначенными для ведения пулеметного огня изнутри.
— Там они тоже в ступоре, — оглядев помещение, проговорил психолог. — Дверь открывается только изнутри. Придется пригласить нашего помощника.
Шаман мысленно отдал приказ Мстителю, и спустя несколько секунд бронированная плита начала открываться.
— Я ожидал чего-то более эффектного, — сообщил Самум.
— Наверное, среди убитых были специалисты, которые и оборудовали этот бункер. Мститель обладает памятью всех тех, кого уничтожили в ущелье.
— С тех пор коды могли сменить десятки раз.
— Похоже, он считывает информацию либо в электронной сети, либо непосредственно из мозга оператора.
Помещение, куда попали нетрацы, было небольшим, имевшим всего два независимых пульта. В креслах операторов сидели два томасола с неестественно вывернутыми головами.
— Я говорил, что они хорошо противостоят пси-воздействию, — проговорил Шаман. — Мститель нанес удар, но они его выдержали, и тогда он просто свернул им шеи. Интересно, чем они тут занимались?
— Связующее звено между императором и гостями, — сообщил Самум, разглядывая пульты управления. — Похоже, вообще гости не общались напрямую с гаюнами, им хватало посредников изгоев. Здесь есть интересный контур, попробуем его включить.
Бесцеремонно выбросив из кресла тело томасола, психолог уселся на его место и, бурча что-то себе под нос, начал осторожно вдавливать кнопки и передвигать рычажки реостатов. Пульт отозвался мерцанием контрольных диодов и движением цифр на развернувшемся голоэкране.
— Здесь какое-то поле непонятных параметров, — озадаченно сообщил оператор.
— Понятных, Боря, понятных, — произнес Шаман. — Это его я ощущал в скалистом городе. Это канал связи с точкой нуль-пространственного перехода. А вот и вторая подсказка.
Нетрац вынул из кармана и показал Самуму знакомый перстень с Сохара.
— Откуда он у тебя? Я ведь спрятал его перед тем, как нам нужно было попасть в лагерь.
— Похоже, эту вещь Босу найдет во всей вселенной или она сама вернется к нему, где бы ни находилась. Ведь каким-то образом перстень оказался у меня в кармане на базе.
— Неужели жрец следит за нами и все знает?
— Не только знает, но и подсказывает, что делать.
— На что ты намекаешь?
— Он предлагает прогуляться к нуль-пространственному переходу дорогами предков.
— Но дороги предков остались на Сохара.
— Наверняка они есть и здесь. Возможно, любая планета буквально пронизана точками внутренних переходов. Скорее всего, перстень — это пропуск в тоннели пространственных перемещений во всей вселенной.
— Я иду с тобой.
— Нет. Я перекрою точку перехода, чтобы гости не улизнули от возмездия. Если у них это получится, то они вернутся и все начнется сначала. По моему сигналу ты передашь им, что сюда идет флот. Уходить им будет некуда, и они стартуют в пространство. На взлете ими и займутся системы ПКО. Гости в долгу не останутся. Посчитают, что это предательство, а за него надо платить. Одной из их целей будут императорские дворцы.
— Витя, не рискуй зря.
— Такая маленькая цель не достойна внимания. Меня просто не заметят.
— Удачи.
В стене секретного блока стала образовываться знакомая черная дыра тоннеля. Шаман махнул на прощание рукой и скрылся во тьме. Пространственный переход сомкнулся за его спиной.
На этот раз стены тоннеля были не четкими, будто покрытые размытыми мазками. Нетрац продолжал шагать, но ощущение движения с большой скоростью не покидало его, хотя потока встречного ветра не ощущалось. Вокруг царил полумрак. Точка конца пути как обычно обозначилась светлым пятном, расширяясь и принимая все более отчетливые очертания.
Он вышел из тоннеля перехода на узкий горный карниз. Глаза уже адаптировались к свету. Перед ним до горизонта расстилалась равнина, на которой черными треугольниками в хаотичном беспорядке стояли корабли врага.
«Пятьсот двадцать шесть бортов смертельного металла», — мелькнуло в голове у диверсанта, хотя за несколько секунд наблюдения он не мог их посчитать.
«Считать врагов нужно тогда, когда они уже лежат, — всплыло в мозгу высказывание одного из древних русских полководцев. — Стоящих врагов не считают, их бьют», — мысленно закончил он фразу.
«Не будем нарушать древних заветов», — усмехнулся про себя Шаман и двинулся по узкому карнизу вокруг скалы. То, что открылось его взору с другой стороны горного пика, трудно было передать словами. Томасолы и рабы, участвовавшие в строительстве, поработали на славу. Приемная пространственная чаша была диаметром не менее трех километров. Это гигантское сооружение он должен был уничтожить или, по крайней мере, вывести из строя. Дело было даже не в том, что он не знал, с чего начинать. Прежде всего было необходимо нейтрализовать или незаметно пройти через многочисленные посты охраны, а то, что таковые существуют, не вызывало никакого сомнения. Нельзя было сбрасывать и такую вероятность, как нахождение здесь Обогана.
— Сейчас вам будет не до меня, — мстительно проговорил он, вынимая из кармана небольшой обломок гранита, взятый из братской могилы в ущелье.