Литмир - Электронная Библиотека
A
A

«В сущности, я тот же хоббит — во всем, кроме разве что роста. Люблю сады, деревья и земные плоды, взращенные вручную; курю трубку и предпочитаю добрую, простую (немороженую) еду… обожаю грибы (собранные в лесу или в поле); чувство юмора у меня самое что ни на есть незатейливое; ложусь я поздно и поздно встаю. К тому же, я закоренелый домосед».

Таким образом, из слов самого Толкиена следует, что хоббит — существо простое, притом настолько, что ему нет надобности ни слишком высоко расти, ни строить дома. Ютятся хоббиты, как выясняется из первой же строчки повести «Хоббит», в норах; грамоте не все из них обучены, зато они знают толк в стряпне и огородничестве и в случае чего вполне могут за себя постоять.

Успех детской книги зависит от того, насколько полно она позволяет ребенку отождествлять себя с главными героями. В случае с толкиеновскими получеловечками подобное отождествление происходит сразу, без предварительного посвящения в историю описываемого приключения. Хоббиты такие же маленькие, как дети, то есть одного с ними роста. Живут они в норках, то есть в потайных местечках, где любят прятаться ребятишки, когда играют в прятки. Они отходчивы, как дети. Хоббиты схожи с детьми и во многом другом. Двадцатидевятилетний Пиппин во «Властелине Колец», проникшись симпатией к Бергилу, малышу из Минас–Тирита, играет с ним в разные игры. Мир хоббитов, будто осененный девизом «Small is beautiful» (32), модным в эпоху так называемых «кампусов», студенческих городков, центров контркультуры (33)1960–х годов, — точно такой же маленький замкнутый мирок, простой и безмятежный. Мирок, не знающий ни потрясений, ни законов экономического и технологического соперничества. А вот что сам Толкиен говорил об этом маленьком рае — рае республиканском, похожем на тот, о котором писал еще Руссо: «…привычно довольные своим, на чужое они не зарились — так что земли, фермы, мастерские и заведения хозяев не меняли, а мирно переходили по наследству».

Это застывшее в своем развитии общество служило Толкиену своеобразной идеальной моделью, благо корнями оно уходило глубоко в монархическую историю:

«От стародавнего князя они вели все свои законы и порядки и блюли их истово и по доброй воле, потому что законы — они и есть самые правильные Правила, и древние, и справедливые».

Единственной властью в Хоббитании обладал городской голова — его переизбирали раз в семь лет во время летнего солнцестояния, и он «обязан был главным образом возглавлять большие пиршества по случаю хоббитанских праздников».

Отсутствие правительственного и чиновничье–бюрократического аппаратов разительно отличает этот уклад от любой государственно–политической системы наших дней, равно как и от лихолетья, наставшего в Хоббитании в результате вторжения полчища злодеев Сарумана. Сочетание так называемой «aurea mediocritas» (34)и святой простоты в государственном устройстве Хоббитании вполне соответствует мечте о первозданном мире.

Так что это самый обыкновенный детский мирок, тихий и спокойный, если не считать финала «Властелина Колец».

В то же время хоббиты предпочитают мелкобуржуазный уют на английский манер. Ведь большей частью они принадлежат к среднему сословию (даже рост у них средний…), довольствующемуся простыми радостями жизни. Впрочем, благоустроенность английских жилищ уже стала притчей во языцех, и говорить об этом лишний раз не имеет смысла. Другое дело — мир хоббитов: они так любят и ценят домашний уют, что редко жертвуют им ради странствий в неведомые края. И тут, конечно же, вспоминается традиционная, или средневековая Англия, как у Чосера (35)или Честертона, — Англия, еще не знающая ни внутренних границ на общинных землях, ни смрадных поветрий индустриальной революции, ни дымного тумана — смога (не случайно Смаугом зовется один из драконов, с которыми сражаются хоббиты). Уместно вспомнить, что хоббиты относились с недоверием ко всякого рода техническим новшествам. Да и вообще, тема технофобии — а к ней мы еще вернемся — проходит красной нитью через все творчество Толкиена, и по большому счету благодаря ей он и пользовался таким успехом у студенчества 1960–х, испытывавшего нескрываемое отвращение к потребительскому обществу. Уже в самом начале «Властелина Колец» Толкиен уточняет:

«Хоббиты — неприметный, но очень древний народец… они любят тишину и покой, тучную пашню и цветущие луга… Умелые и сноровистые, хоббиты, однако, терпеть не могли — не могут и поныне — устройств сложнее кузнечных мехов, водяной мельницы и прялки».

Кроме того, хоббиты, по замыслу их создателя, относятся к исчезающему виду в прямом, можно сказать, смысле: «Хоббиты привыкли исчезать мгновенно и бесшумно при виде незваной Громадины (36)». И эту свою способность к незаметному исчезновению, что опять–таки есть проявление ребячества, хоббиты вознесли до высот искусства: они так наловчились прятаться, что «людям это стало казаться волшебством. А хоббиты ни о каком волшебстве и не помышляли: отроду мастера прятаться, они чуть что — скрывались с глаз, на удивление своим большим и неуклюжим соседям».

Так, люди предстают здесь тяжеловесами во всех смыслах слова, далекими от земли и не знающими легкости. Причем человеческое несовершенство у Толкиена неизменно, с кем бы он ни сравнивал людей — с эльфами, гномами или теми же хоббитами. И тут уж ничего не поделаешь: создатель хоббита Бильбо боялся людей не меньше технических новшеств. Во многом именно из–за страха перед Громадинами хоббитов на земле заметно поубавилось.

Вот, к примеру, как Толкиен описывает одного из отпрысков хоббитанского роду–племени — Бильбо. Живет он в настоящей хоббичьей норке, а это «означает прежде всего уют». Бильбо — гостеприимный, хлебосольный хозяин, любит одеваться в зеленое и желтое; он успел обзавестись брюшком и не больно охоч до всяких приключений. Но главное достоинство Бильбо — в том, что мать его была легендарная Беладонна Тук, «одна из трех знаменитых дочерей Старого Тука, вождя клана хоббитов». А «в хоббитанских семьях поговаривали, что давным–давно один из предков Тука взял себе жену из эльфов».

О Туках рассказывается и во «Властелине Колец»: исключительная родословная и сподвигает отпрыска этого хоббитанского семейства пуститься в приключения.

Там же, во «Властелине Колец», речь идет и о трех породах хоббитов — лапитупах, которые были «посмуглее и помельче», струсах, «более крепеньких и коренастых», и беляках, которых Толкиен описывает более подробно.

Далее мы увидим, что расовый подход у Толкиена, с политической точки зрения, не совсем корректный. Плохие герои у него сплошь смуглые или желтокожие, да еще косят и косолапят, и руки у них длинные. У героев же добрых и взор светлый, и глаза голубые или серые, а волосы черные как смоль или русые, да и ростом они крупнее.

То же самое и с хоббитами: «беляки — порода северная и самая малочисленная».

А нордическая внешность характерна для большинства персонажей Толкиена, при том что героическая натура, как правило, вполне соответствует их внешности. Таким образом, хоббиты–беляки превосходят в достоинствах лапитупов и струсов. Как и Бильбо, беляки, «не в пример прочим хоббитам, сблизились с эльфами: сказки и песни им были милее, нежели ремесла».

А подобные качества больше свойственны прирожденным искателям приключений, слагателям песен и легенд; те же черты присущи и любому писателю–словеснику. Песня — это то, что, как в творчестве Нерваля, позволяет установить связь с прошлым, с душами предков, а язык и письменность — это то, что помогает Бильбо и Фродо переложить на бумагу их воспоминания об удивительных приключениях.

Дальше Толкиен еще больше подчеркивает превосходство беляков, сообщая, что «охота была им милее земледелия». Поскольку они не перешли на землепашество, их можно отнести к существам скорее палеолитическим, чем неолитическим. Как Берена или эльфов, их никогда не увидишь корпящими над плугом. Так что ремесла у Толкиена в большем почете, нежели земледелие: столь явный парадокс служит как бы щитом, ограждающим землю от вторжения всепоглощающего прогресса. Хоббиты–беляки — своего рода реликты, первозданные существа, более близкие к совершенству, характерному для .«тех времен», столь милых сердцу Толкиена. Так что теперь понятно, почему хоббиты, «будучи по натуре смелее и предприимчивее прочих, то и дело волею судеб оказывались вожаками и старейшинами струсов и лапитупов».

вернуться

32

«Small is beautiful» (англ.) —«Малое — значит красивое».

вернуться

33

Контркультура — общее обозначение разнородных по идейно–политической ориентации ценностей определенных групп молодежи («новые левые», хиппи, битники, йиппи и др.), противопоставляемых официальным ценностям общества.

вернуться

34

«Aurea mediocritas» (лат.) —«Золотая середина», формула практической морали, одно из основных положений житейской философии Горация, нашедшей выражение в его лирике; употребляется также для характеристики посредственных людей.

вернуться

35

Чосер, Джефри(1340–1400) — английский поэт.

вернуться

36

Громадина — то есть человек.

11
{"b":"149917","o":1}