Самсон Прощайте, братья, и прошу меня Не провожать. Владельцев филистимских Я, враг, который встарь им был так страшен, Своим приходом раздразнить могу, А уж прибыв с толпой друзей — подавно. Тираны во хмелю — вдвойне тираны, И пламенное рвенье к делу веры Вино вселяет в лакомок-жрецов, А чернь во дни торжеств общенародных Особенно неистова и буйна. Не знаю, право, встретимся ль мы вновь. Но что бы ни произошло, не скажут Вам про меня, что свой народ, иль бога, Иль честь свою я нынче посрамил. Хор
Пусть ведет тебя Бог Израиля, чтобы Имя и славу его меж язычников Ты утвердил победно. Пусть он, чей ангел, в поле Маною Дважды подав о сыне знаменье, В пламени жертвенном ввысь поднялся, Станет тебе щитом из пламени. Он, чей дух в тебе начал действовать В стане Дановом, Да пребудет с тобой и сегодня, Ибо никто из семени смертных Не был еще по воле господней Призван свершить деянья славнее. Но почему старик Маной спешит сюда Походкой юноши? Он с виду много радостней, Чем раньше был. Наверно, сына ищет он Иль от него принес нам вести добрые. Маной Мир вам, сородичи! Пришел я к вам Не для того, чтоб повидаться с сыном: На празднестве его принудят ныне Владельцев филистимских потешать. Услышав по дороге, как весь город Шумит об этом, я не захотел Смотреть на унижения Самсона И к вам направил шаг, чтоб поделиться Надеждами, которые питаю На близкое его освобожденье. Хор Рассказывай скорей, почтенный старец. Мы жаждем радость разделить твою. Маной По одному владельцев филистимских Я подстерег на улице иль дома И каждого с отцовскими слезами Молил за выкуп сына отпустить. У тех, что рьяно чтят закон дагонов, Я встретил лишь надменное презренье Да мстительную ненависть; другие, Что веру и отчизну продадут, Речь только о деньгах вели; но третьи, Что нравом благородней и учтивей, Признали, что коль скоро обезврежен Их прежний недруг, месть теряет смысл, И мне великодушно обещали Добиться, чтобы за пристойный выкуп Отпущен был Самсон… Но что за вопли? От шума небеса — и те дрожат. Хор Наверно, это чернь ликует, видя Слепым и пленным грозного врага, Чья мощь теперь забавой ей послужит. Маной Пусть даже все имение мое Уйдет за выкуп — заплачу охотно. В своем колене бедняком последним Я быть согласен, если этим сына От гнусного узилища избавлю. Я без него отсюда не уйду. Чтобы Самсону возвратить свободу, Я с радостью останусь гол и бос: Коль он со мной, мне ничего не надо. Хор Мы верим, что готов ты все отдать. Отцы для сыновей богатство копят, Чтоб в старости от них заботу видеть; Ты ж в старости заботишься о сыне, — Ведь он, ослепнув, стал тебя старей. Маной Заботиться о нем я был бы счастлив, Когда б с отцом остался дома он, Своей бессмертной славой наслаждаясь, Хоть и слепой, но с кудрями до плеч, Рать целую в былые дни смиривших. Но мнится мне, что вместе с волосами, Которыми он снова, словно войском Сподвижников бесстрашных, окружен, Ему вовек не возвратил бы силу Господь, когда бы не нуждался в нем: Ведь столь высокий дар и бесполезен, И смехотворен без высокой цели. Раз сохранил он силу, став незрячим, Бог этой силе зренье возвратит. Хор Надеешься ты не без основанья: Недолго уж Самсону ждать свободы, Что знать отрадно и тебе, отцу, И нам, друзьям наиближайшим вашим. Маной Я верю в вашу дружбу… Что за шум? Какой ужасный шум, всеправый боже! Он — громче и звучит не так, как раньше. Хор Шум — утверждаешь ты? Нет, стон всеобщий, Как будто целый город погибает Под рев насильников, рыданья жертв И тяжкий грохот падающих зданий. Маной Я тоже слышу грохот… Ох! Опять!.. Там убивают моего Самсона. Хор Верней, он убивает сам: не воет Толпа так страшно, одного сражая. Маной Случилась там какая-то беда. Что делать? Выждать? Иль бежать туда? Хор
Нет, лучше подождем, чтоб прямо в зубы Опасности не угодить. Постигло Безмерное несчастье филистимлян — Кто, кроме них, мог крик такой поднять? А пострадавших нам спасать не надо: На нас сорвут они свою досаду. Ведь если бог, чьей воле нет препон, Решил, чтоб чудом вновь прозрел Самсон, Легко себе представить горы трупов, По коим путь он пролагает свой! |
