Литмир - Электронная Библиотека

«Ваш любовник-алхимик ищет философский камень отмщения. Он одержим идеей уничтожить своего брата. Он использует любую возможность, чтобы изменить прошлое, – даже вашу любовь. Но ему никогда не удастся превратить тусклый металл его внебрачного рождения в сияющее золото законного титула.

Он уже однажды предал того, кто ему доверял. И снова предаст. Берегитесь, пока не поздно. Иначе вы станете его очередной жертвой».

Шарлотта с трудом перевела дух и скомкала записку в руках. Быстро обернувшись, она окинула взглядом террасу, но незнакомца в черном там не было.

Бакстер снял очки, сунул их в карман плаща и быстро нацепил маску. Он вышел в коридор, прикрыл дверь в спальню Норриса и торопливо направился через холл к черному ходу.

Он не стал прибегать к помощи очков или линзы, чтобы разглядеть ступени лестницы. Свечи были потушены, и его обступил непроглядный мрак. В такой темноте можно двигаться только на ощупь и полагаться на свою память, осторожно ступая вниз по лестнице.

Бакстер не мог сказать, обрадовал его или, наоборот, разочаровал результат поспешного обыска. Он не нашел ничего компрометирующего. Наиболее очевидным связующим звеном между смертью Друсиллы Гескетт и «Зеленым столом» являлся Леннокс-младший. Но, возможно, в данном случае очевидная версия оказалась ошибочной.

Спускаясь по ступенькам, он слышал приглушенные звуки вальса. Во всяком случае, он успел вовремя. Танец вот-вот закончится. Ему не терпелось поскорее вернуться к Шарлотте.

Он вспомнил вальс, который танцевал с Шарлоттой перед уходом. Движения ее отличались живостью и необычайным изяществом. Он ощущал тепло ее тела, обнимая его в танце, – совсем как в тот день, когда они предавались любви. Ее аромат вновь возбудил в нем чувственный голод, который последнее время постоянно кипел внутри, скрываемый маской спокойного безразличия. Он не мыслил своей жизни без нее.

Когда он крадучись проскользнул в темную оранжерею, в памяти его всплыли слова, которые она обронила недавно: «Ты только подумай, когда мы завершим расследование, тебе вовсе не обязательно будет встречаться со мной».

Лунный свет проникал сквозь стеклянные двери оранжереи. Бакстер вдохнул запах земли и растений. Ему вдруг подумалось, что Леннокс, возможно, заинтересуется его химическими опытами в области сельского хозяйства. Надо будет поговорить с ним при случае. Потом вспомнил о горшках с семенами гороха у него в лаборатории на подоконнике. Выйдет ли толк из этих экспериментов, вот в чем вопрос.

Он приставил к глазам линзу от часов, чтобы ненароком не споткнуться о горшок или мотыгу.

Наконец он вышел в сад и направился в сторону освещенных окон бального зала, которые казались ему расплывшимися разноцветными пятнами.

Когда он находился уже рядом с террасой, знакомая фигурка возникла у него на пути.

– По-моему, я сказал тебе ждать меня в зале, Шарлотта.

– Бакстер, это ты?

– Конечно, я. А кого еще, черт возьми, ты ожидала увидеть?

– Потом расскажу – это долгая история. Случилось нечто более важное. Тебя искал Гамильтон.

– Гамильтон? – Она приблизилась к нему, и он нахмурился, всмотревшись в ее встревоженное лицо. – Что ему нужно?

– Бакстер? Ты здесь? – послышался голос Гамильтона с дальнего конца террасы. – Я тебя повсюду ищу. – Он поспешил к ним навстречу. – Я должен с тобой поговорить.

– Ну вот, ты меня нашел. Какое у тебя ко мне дело?

– Это… это очень личное. – Он тревожно покосился на Шарлотту. – Прошу прощения, мисс Аркендейл, но я хотел бы поговорить с Бакстером наедине.

– Можешь говорить в присутствии Шарлотты, – проворчал Бакстер.

– О, не беспокойтесь, – быстро промолвила Шарлотта. – Я подожду в зале, пока вы беседуете.

– Черт побери. – Бакстеру надоело разглядывать все сквозь узкие прорези маски, и он сдернул ее и сунул в карман. Затем надел очки и сердито посмотрел вслед уходящей Шарлотте. В одной руке у нее поблескивали маленький золотой лук и стрела, а в другой она держала розу.

Он хотел было спросить, откуда у нее роза, но она была уже далеко.

– Бакстер, это очень важно. – Гамильтон остановился перед ним, и Бакстер неохотно перевел на него взгляд. Он заметил, что вместо маскарадного костюма на Гамильтоне были отлично сшитый вечерний фрак, модные панталоны и элегантный галстук. На его лице, не закрытом полумаской, застыло озабоченное и хмурое выражение.

– Я сейчас занят, Гамильтон. В чем дело?

– Вчера… – Гамильтон нервно сглотнул, явно волнуясь, и начал снова: – Вчера ты посоветовал мне быть осторожнее. Ты говорил, что в моем клубе небезопасно.

Бакстер слушал его с неподдельным вниманием.

– Что-то случилось?

– Не со мной, – быстро добавил Гамильтон. – Я беспокоюсь за Норриса. Вчера мы проводили опыт с гипнозом.

– Да, знаю. Леннокс-младший был главным действующим лицом эксперимента.

Гамильтон впился взглядом в его лицо.

– Не обращай внимания. И что же? Норрис свалял дурака в каком-нибудь бальном зале? Сомневаюсь, что это понравится Ленноксу-старшему, но, как бы там ни было, и катастрофой не обернется. Огромное состояние Леннокса сгладит любую выходку, включая и голый зад Норриса.

Гамильтон уставился на него, онемев от изумления.

– Не знаю, откуда тебе известны детали нашего эксперимента, да это сейчас и не важно. Главное, что в конце концов наш маг…

– Маг?

Гамильтон сжал губы.

– Да, тот человек, которого мы наняли, чтобы он проводил опыты. Мы называем его магом. Веришь ли, все это было чертовски забавно. Во всяком случае, колдун не стал заставлять Норриса кукарекать по-петушиному или спустить панталоны посреди бального зала. Все гораздо хуже.

– Что же он сделал?

– Он использовал гипноз, чтобы заставить Норриса вызвать на дуэль Энтони Тайлса.

– Норрис вызвал Тайлса на дуэль? Просто не верится.

– Но это правда, – продолжал Гамильтон, понизив голос до шепота. – За последние два года Тайлс участвовал в трех дуэлях. Он обладает удивительным хладнокровием. И отличный стрелок – его выстрелы всегда попадают в цель.

– Да, я знаю.

– Поговаривают, один из его противников умер от ран. Другой получил пулю в плечо, и у него отказала рука. Третий попросту исчез. Никто не знает, что с ним случилось, но, по слухам, он получил такие тяжелые ранения, что вынужден принимать огромные дозы опиума, чтобы заглушить непрестанные боли.

– Да, Тайлс создал себе отличную репутацию.

– Говорят, он ежедневно упражняется в стрельбе у Мантонов. Твердая рука, смертельный выстрел. Если человек в здравом уме, он ни за что не вызовет Тайлса на дуэль.

– Несомненно. И то, что Норрис это сделал, кажется мне абсолютно невероятным.

Лицо Гамильтона исказила гримаса отчаяния.

– Но именно так он и поступил. И это совершенно не похоже на него, Бакстер. Норрис – самый добродушный и покладистый из моих знакомых. Он не из тех, кого можно вывести из себя. Он мой лучший друг, и я боюсь, что он сам подписал свой смертный приговор.

– Попросите вашего мага отменить воздействие.

– Мы не можем его отыскать! – в отчаянии воскликнул Гамильтон. – Не знаем, где он живет и как до него добраться.

Бакстер нахмурился.

– Как же вы его нашли?

– Это он нас нашел. Предложил обучить нас особым методам, которые позволят нам взаимодействовать со сверхъестественными силами метафизического мира. Все это поначалу было интересно и даже забавно. Но сейчас случилось нечто ужасное.

– Это верно, – тихо промолвил Бакстер.

– Ситуация вышла из-под контроля. Боюсь, на рассвете Норрис простится с жизнью.

– Дуэль состоится завтра утром? – осторожно спросил Бакстер.

– Да. Завтра утром. Все получилось так быстро.

– Заставь Норриса принести Тайлсу извинения. Мне кажется, он их примет.

– Я пытался убедить Норриса извиниться, но он ничего не хочет слушать. Он явно не в себе, Бакстер. Несколько минут назад он беззаботно танцевал с мисс Ариэл, как будто ему ничто не грозит. А на рассвете он встанет под дуло пистолета Тайлса. Это просто сумасшествие.

49
{"b":"144212","o":1}