Меры безопасности действительно носят беспрецедентный характер. В Баакубе и пригородах одновременно осуществляются мероприятия контрпартизанского и антитеррористического характера. Накануне также была проведена масштабная полицейская операция. В Баакубе и в пригородных деревнях задержаны и отправлены в фильтрационный лагерь несколько десятков иракцев. В отношении этих хаджисов существовали какие-то подозрения на предмет связей с «муджами» и прочими инсургентами.

Все это, вместе взятое, говорит о серьезности и важности предстоящего мероприятия. Пару дней назад О’Нил, когда рядом не было свидетелей, сказал, что в восстановление инфраструктуры провинции и особенно Баакубы только за этот год вбухано около пяти миллиардов долларов!.. Правда, это лишь на бумаге, по отчетам подрядчиков. То, что Иван видел своими глазами, навевало мысли о сооруженной наспех «потемкинской деревне»…

Интересно, захочет ли, решится ли кто-нибудь из тех высоких чинов иракского правительства и представителей инвесторов, что должны появиться здесь с минуты на минуту, проинспектировать те «компаунды»,[62] те кварталы города, где проживает большинство населения?

Отважатся ли они посетить шиитские кварталы и деревни, где царит ужасающая нищета, где уже несколько лет нет электричества, где не работает канализация и водопровод?

Намереваются ли они наведаться в суннитскую часть города, где годами закрыты школы, где пустуют брошенные кафе и небольшие гостиницы, где жителями были оставлены – и разграблены мародерами – две трети домов, не говоря уже о бывшем муниципальном жилье?..

Или же эти важные ответственные персоны удовлетворятся красивым видом на свежеокрашенные фасады? Ограничатся осмотром блестящей театральной декорации – на которой нарисован «восстановленный из руин» древний город, получивший в подарок от неких инвесторов современные коммуникации, и построенный с нуля центральный квартал с красивыми зданиями?.. Перережут ленточку, произнесут полагающиеся в таких случаях речи, а затем, под аплодисменты специально подобранных людей, сядут в бронированные лимузины или в чрево вертолета и вернутся в Багдад, в охраняемую коалицией «зеленую зону»?

Или все же начнут задавать неудобные вопросы подрядчикам и тем, кто должен был контролировать расход денег и их, так сказать, целевое назначение?

Скоро это выяснится. Ждать осталось недолго: VIP-персоны уже выехали из Багдада и совсем скоро будут на месте.

Иван, задрав голову и прикрывая глаза ладонью, проводил взглядом летящий довольно низко хищный грозный «Апач», кажущийся аспидно-черным на фоне белоснежных туч-овечек.

– Kozak!

– Да, босс.

– Дружище, ты в очередной раз прикрыл мою задницу, – не глядя на него, сказал ирландец. – Вот был бы номер, если бы индусская собака воткнула мне перо в бок!.. Спасибо, приятель!

– Да не за что. – Козак пожал плечами. – Случайно как-то получилось.

– С меня ящик «Хеннесси»! Самого дорогого, какой найду в наших здешних маркетах.

– Вы мне ничего не должны.

– Да ладно тебе! А хочешь, я привезу водки! Я на уик-энд отправляюсь в Багдад!

– Прямо на эти выходные?

– Да! Нам с парнями пообещали дать пару дней на релаксацию. Мы, считай, последние три недели пашем без единого выходного! Потом и вам дадут возможность отдохнуть – новичкам. Так что, Ivan? Привезти водки? Настоящей, русской? В Багдаде, в «зеленой зоне», при гостиницах есть специализированные магазины… А может, есть другие пожелания? Говори, не стесняйся. Я теперь твой должник!

– Дональд… – Козак замялся. – Есть одна просьба. Но только – если между нами!

– Что за просьба? Говори!

Иван огляделся – не наблюдает ли за ними кто-то сторонний, нет ли поблизости чужих ушей и глаз.

– Мне бы позвонить?.. А то вчера лишь словцом с женой перекинулся…

– Да не проблема!

Ирландец достал из чехольчика на поясе сотовый телефон. Раскрыл, посмотрел на экранчик.

– Ага, еще работает!

– А что, могут отключить?

– Что значит – «могут»? – Ирландец передал ему мобильник. – Обязаны! Обычно за полчаса или даже за час до мероприятий такого рода вводится режим Electronic silence![63] Так что поспеши, парень, а то с минуты на минуту оператор мобильной связи вырубит доступ.

– Я из салона позвоню? Чтоб не светиться.

– Валяй…

Прошло несколько минут. Ирландец – он оставался снаружи пикапа – переговаривался с кем-то по своей портативной УКВ «Мотороле». Иван, выбравшись из салона, передал ему трубку.

– Ну что, Kozak, поговорил с близкими? – Ирландец спрятал трубку в поясной чехол. – Как дела дома?

– Жене не дозвонился. Перебросился словцом с ее подругой…

Послышался звук работы мощного движка. С улицы на площадку свернул пятнистый, раскрашенный под местный ландшафт, «Хамви». Чихая выхлопами дизеля, вездеход описал дугу, затем, развернувшись решетчатым передком на выезд, остановился возле пикапа.

Через правую переднюю дверцу наружу выбрались двое – медик и Сэконд.

– Дональд, ты уже расставил своих людей?

– Тебя что, Майкл, назначили новым боссом? – глядя исподлобья на старшего команды A1, процедил ирландец. – Делай свою работу, а в мои дела не лезь!

Сэконд посмотрел на часы:

– Что здесь делает Kozak? По времени он и еще двое твоих людей должны уже направляться к вертолетной площадке!

– Успеют! Сейчас Ричи нарисуется. Он только что выходил на связь – уже в пути, будет через пару минут.

Сэконд перевел взгляд на Козака:

– Медик сказал, что вы не выпили сегодня порцию витаминов и биостимуляторов. Тем самым вы нарушили внутреннюю инструкцию!

– Майкл, отстань от парня! – угрюмо сказал ирландец. – Жрите свои амфетамины сами. Наркоманы долбаные! Отвалите… Лично я предпочитаю скотч вашим гребаным «колесам»!

Медик, крупный, несколько грузный мужчина лет тридцати пяти, с выговором уроженца южных штатов, тоже подошел к ним.

– О’Нил, давайте не будем обострять! – Док смотрел на ирландца так, как смотрит врач-психиатр на человека, которому требуется лечение. – Из-за вас парня могут наказать. Вы же не новичок и знаете наши порядки.

Медик вытащил из кармана пластиковую коробочку. Открыл, достал оттуда две капсулы: одну оранжевого цвета и другую – бело-черную. Протянул их Козаку, держа на ладони.

– Kozak, чего вы ждете? – повысил голос Сэконд. – У меня и без вас забот хватает!

Иван взял у Дока капсулы. Закинул в рот. Медик протянул ему пластиковую бутылочку с минералкой.

Иван сделал пару глотков, завинтил крышечку и вернул посудину Доку.

Оранжевые капсулы контрактникам выдавали почти каждое утро – после завтрака, до выезда из базы. Судя по действию, стимулятор. Скорее всего, амфетамин вроде декседрина или метедрина. Реально снимает усталость, повышает выносливость, позволяет довольно долгое время обходиться либо совсем без сна, либо довольствоваться тремя-четырьмя часами отдыха в сутки. Такие препараты некогда давали спецназовцам и пилотам – их называют «go pills!», пилюли «пошел!». Сейчас вроде бы действует запрет на прием подобных препаратов. Но кто же в условиях «горячих точек» обращает внимание на какие-либо запреты! Так что оранжевые «колеса» Козаку уже доводилось глотать, как и другим контрактникам. А вот что за препарат в бело-черной капсуле… Это оставалось для Ивана загадкой.

– Ведете себя, как дети! – сердито сказал Сэконд. – Я вам что, нянька? Менять подгузники и кормить с ложечки кашей – не обязан! В следующий раз, если повторится, схлопочете штраф, Kozak!

Он посмотрел на ирландца.

– А с тобой, О’Нил, разговор будет отдельный!

Сэконд, медик и двое присоединившихся к ним сотрудников – это были Шкляр и мулат – оставив «Хамви» возле минарета, направились к ближнему блокпосту, до которого от мечети всего метров семьдесят.

– Он еще мне будет угрожать! – процедил ирландец. – Ну-ну… Про таких, как он, на земле моих предков говорят так: «Он так же жаден, как и свиноматка, как вороны на поле битвы, как черт с горы, как английский прихвостень!»