– А как у вас складывались отношения с Лианой?

Виноградова ответила не сразу. Подбирая нужные слова, проговорила:

– Лиана – девушка-загадка. У них с Полиной было много тайн, о которых мы могли только догадываться. Они секретничали, перешептывались, но Лианка в отличие от сестрицы никогда не высказывала вслух свое неудовольствие мной.

– Но в глубине души вы были ей неприятны, я правильно поняла?

– Трудно сказать. Знаете, Лиана никогда не скажет того, о чем думает в действительности. Она скрытная, умная, хотя на первый взгляд кажется беззащитным созданием, которое нуждается в постоянной опеке. Но такое мнение ошибочно, уверяю вас. Лианка очень сильная личность, она лидер по природе. Все держит в себе, вызвать ее на откровенный разговор довольно сложно. На лице постоянная маска безразличия ко всему, на деле же она весьма импульсивна. Сколько раз я замечала, как Лианка, приезжая к нам на праздники, сидела за столом словно в воду опущенная – хмурая, неразговорчивая, вся в себе. И вдруг ни с того ни с сего начинала хохотать. Спрашиваешь, в чем дело, а она, оказывается, перебирала в голове свежие анекдоты.

Ката отхлебнула остывший кофе.

Алиса продолжила:

– После смерти Полины Лиана надолго замкнулась, но со временем все вернулось на круги своя. Время – отличный лекарь, оно зарубцовывает даже самые глубокие раны.

– Сейчас вы общаетесь?

– А как же. В обязательном порядке.

– Алиса, вопрос в лоб: кто, по вашему мнению, мог настолько сильно ненавидеть Леонтия, что решился на столь ужасную подставу?

Виноградова быстро заморгала.

– Я несколько лет ломала над этим голову. Ни одной мысли. Ни одной! Он был в контрах лишь с Полиной, но она не в счет.

– А сам Леонтий, что он думает?

– Муж на свободе уже пять месяцев, но мы ни разу не затронули данную тему в разговоре. Леонтию ни к чему возвращаться в прошлое, он должен жить настоящим. И только им. А Лиана, она ничего не говорила касательно убийства сестры? Ведь ей было известно много интересных деталей.

– В смысле?

– Ну, например, она знает, что именно хотела устроить Полина в пансионате. Знает, но молчит.

– Поясните.

– Поля задумала какую-то авантюру, я нисколечко не сомневаюсь. Помимо дня рождения она готовила окружающим большой сюрприз. Таковы были ее собственные слова. Вот только что за сюрприз, так и осталось неизвестным. Она не успела преподнести его домочадцам.

– Это ваши догадки или вы можете подкрепить их фактами?

– Могу. Я могу пересказать вам услышанный мною разговор сестер, который произошел за пару дней до празднования двадцать четвертого дня рождения Полины…

Алиса с Антониной Алексеевной отправились в магазин. Накупив продуктов, женщины уже подходили к дому, как вдруг свекровь всплеснула руками:

– Алиска, мы же не купили сгущенку!

– Ой, правда. Ну я сейчас сбегаю.

– Нет, иди домой, ты и так находилась, я сама вернусь в магазин.

Алиса открыла входную дверь, поставила сумки на галошницу, а сама прошла в ванную.

Полина с Лианой о чем-то громко спорили. Алиска хмыкнула: опять у Польки приступ гнева.

Из коридора, помимо своей воли, Алиса услышала раздраженный голос последней:

– Лианка, ты обязана оказать содействие и поддержать меня в моем начинании! – требовала Поля.

– И не подумаю. Пока не скажешь, что задумала, я пас.

– Всего-навсего хочу восстановить справедливость.

– Каким образом, можешь наконец объяснить? И не заикайся о справедливости, будь честна хотя бы передо мной. В первую очередь ты хочешь единолично завладеть деньгами Веры.

– А ты нет?

– Я не столь меркантильна.

– Ты глупа и занудна.

– Иногда мне хочется тебя пристукнуть! – в сердцах воскликнула Лиана. – Ты становишься неуправляема.

– А ты пристукни, – веселилась Поля, – пристукни.

– Закончим разговор.

– Нет, подожди. В любом случае, с твоей помощью или без, но я не откажусь от задуманного. В субботу в пансионате вас ожидает большой сюрприз. Ох, и повеселюсь я!

– Рискуешь навлечь на свою головушку множество ненужных проблем.

– И пусть. А вот твое нежелание действовать заодно с родной сестрой наводит на определенные мысли. Лианка, пойми, мы можем сказочно разбогатеть. У нас будет много шикарных шмоток, дорогие иномарки, мужики табуном ходить станут…

– Не за нами, а за нашими деньгами.

– Плевать! Главное – мы окажемся на вершине популярности. Или предпочитаешь всю жизнь ходить в обносках?

– У меня хорошая одежда.

– Ха! Рассмешила… Видела у Вальки новый прикидик, который ей папаша привез из Германии? Вот это вещь, я понимаю. А у нас… Мы ж все шмотье покупаем исключительно на вещевых рынках. Мне надоело, я хочу отовариваться в бутиках. В самых дорогих!

– Хотеть не вредно.

– Кретинка!

– Узнаю Полину! Когда все аргументы исчерпаны, она начинает сыпать оскорблениями…

– Но ты действительно кретинка! Ни черта не видишь дальше своего носа!

– Я вижу все. Абсолютно. – Лиана произносила слова четко, чуть ли не по слогам. – Я вижу намного больше, чем ты, сестренка, плюс ко всему в отличие от тебя умею мыслить здраво.

– На что намекаешь?

– Мне надоело толочь воду в ступе.

Лиана подошла к входной двери. И Алиса успела метнуться в комнату, где она легла на диван.

– Поль, здесь сумки с продуктами… – послышался растерянный голосок Лианы. – Мать, что ли, вернулась? Эй, маман, ты где?

Полина влетела в большую комнату и, увидев Алиску, впала в бешенство.

– Как давно ты притащилась из магазина?

– Минут десять назад.

– Почему не позвонила?

– Зачем? У меня есть ключи.

– Ты подслушивала наш разговор? – как-то уж очень весело спросила Лиана.

– Делать мне больше нечего! Пришла, помыла руки и легла.

Вечером Алиса почувствовала боль в области живота. Поднялась температура. Молодую женщину бросило в жар. Прибывшие эскулапы рекомендовали полный покой и постельный режим.

В пансионат Алиска не поехала. А если честно, не очень-то и хотелось присутствовать на празднике вечно недовольной золовки. Куда приятней провести время дома в компании телевизора.

– Леонтий тоже хотел остаться дома, но я его отговорила. Мне не улыбалось, чтобы Полька после обвинила меня в испорченном празднике. В выходные приехала мама. Она так переживала за мое самочувствие, что буквально не разрешала мне пошевелиться.

Алиса тяжко вздохнула.

– Потом начался ад. Врагу не пожелаешь пережить те горести и мучения, которые выпали на нашу долю.

Хлопнула входная дверь. В кухню прошествовала Инна Игоревна.

– Ну вот я и освободилась.

– Как прошел урок? – спросила Алиса, не глядя на мать.

– Как обычно: ни шатко ни валко. Леша способный мальчуган, только несобранный, отвлекается по каждому поводу. Вот Лена Рюрина – совсем другое дело, внимает каждому моему слову, а вчера заявила… – Инна Игоревна посмотрела на стол и вскинула брови. – Кумушки мои, а вы почему кофе без ничего пьете? Алис, у нас же тортик остался.

– Забыла предложить, – Виноградова отвернулась к окну.

– Дочь, что с тобой? Ты плачешь?

– Нет, мама.

– Но я же вижу!

– Я не плачу, в глаз что-то попало.

Инна Игоревна уперла руки в бока.

– Так, ну и о чем я не знаю? Алиска, не виляй, быстро говори матери как на духу.

Катка поспешила вмешаться.

– Это я заставила вашу дочь вернуться в прошлое. По моей просьбе она вспомнила Полину.

– Полину? Бог мой, а она-то здесь при чем?

– Мама, произошло убийство. На тот свет отправили женщину, которая знала, кто убил Полю.

Инна плюхнулась на стул.

– А вы… – она уставилась на Копейкину, – вы, значит, из милиции?

– Катарину интересуют подробности смерти Полинки… – Алиса вкратце ввела мать в курс дела.

– Ну и каша! Вот ведь заварил кто-то, не расхлебать, – отозвалась та, выслушав дочь.