Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— В ком не иссякла внутренняя закваска и кто сумел сохранить в душе благодарность прошлому за добро и неприятие того, что было в нем неправильного, с одной стороны, очень тяжело переживает нынешнюю реальность. Но с другой стороны, это повод отразить в творчестве свое отношение к происходящему со страной и с каждым из нас, дабы попытаться повлиять на ход событий и направить их к лучшему...

2. Из беседы с прозаиком Владимиром КРУПИНЫМ:

— Владимир Николаевич, вас давно не видно на писательских собраниях, вечерах, юбилеях. Это случайно или же ваша позиция?

— И то, и другое. Я часто уезжаю из Москвы. И хотя я по натуре домосед, но не менее десятой части жизни провел в дороге. С огромной радостью езжу на родину — в Вятку, а последнее время свершаю паломнические поездки в Святую землю. Нынче, слава Богу, был в Иерусалиме и Палестине дважды. А вообще уже пять раз. И трижды на Святой горе Афон. И трижды на Патмосе и Кипре. Нынче был в Константинополе...

А другая причина, что меня не видно в Союзе писателей, та, что просто уже нет сил выступать и что-то говорить. Ведь всем всё ясно...

— Из-за этого вы и от своего юбилея спрятались, отказались от юбилейных вечеров в Москве?

— Да, сознательно уехал. Но нарвался на эти вечера в Кирове и поселке Кильмезь... Это ужасно: сидеть и слушать речи о себе. Да надо еще и благодарить. Что это такое — писатели кричат принародно друг другу: "Юра — ты гений!.." Ужас. Есть убийственно точная примета, не знаю, общерусская ли, но вятская — точно. Она звучит так: в глаза хвалят дураков. А мне дураком быть не хочется...

— Традиционный вопрос...

— Над чем я сейчас работаю? Над собой. Занимаюсь русским языком, пишу статью о нем. В анкете, заполняя графу "Какими языками владеете", пишу: русским со словарем. И это не только шутка... А еще готовлю к публикации в журнале "Москва" свои дневники 70-х. Вначале думал — это слишком лично, но перечитал, нет, тут, пусть скромно, но та эпоха. Мы очень многое потеряли. Кстати, многого и не жалко, ту же идеологию. Но пришедшее на смену гораздо опаснее для России...

3. Из беседы с известным детским писателем Сергеем МИХАЛКОВЫМ:

— Сергей Владимирович, у кого современные детские писатели находят поддержку: в издательствах? У спонсоров? У Правительства?

— Правительство детской литературой не занимается, а если кому-то из детских писателей удается найти спонсоров, чтобы издать свою книжку, — то это, считай, повезло. Главным образом детской литературой сегодня занимаются сами издательства, у которых порой не хватает вкуса, потому что начинающему детскому писателю нужна школа, а школа — это критика, а критиковать, давать советы, правильно направлять могут лишь крупные писатели.

— У вас 10 внуков и 8 правнуков. Не тяжело ли быть дедом и прадедом стольких потомков?

— С правнуками я не общаюсь, они живут своей жизнью, а я — своей. С внуками я дружу, потому что внуки уже взрослые люди, они меня приглашают на премьеры уже собственных фильмов. Они сами личности, и я доволен, что они занимаются всерьез такими профессиями, которые сами себе выбрали.

4. Из беседы с прозаиком Сергеем СИБИРЦЕВЫМ:

— Сергей Юрьевич, критики пишут о вас как об одном из самых спорных и сложных прозаиков. Ваше творчество действительно стоит особняком в ряду "сорокалетних"?

— Каждый, считающий себя писателем, обязательно стоит особняком. Я не очень нуждаюсь в самом процессе писания. Когда же возникает потребность в сочинительстве, завожу себя с трудом, меня бередят всяческие сомнения... Но при этом я обязательно должен почувствовать интересность себя как автора. И в то же время я не могу порой уяснить, каким образом написалась та или иная вещь. Роман "Приговоренный дар" создавался чрезвычайно легко, а вот "Государственный палач" рождался через нехотение, где-то в середине романа я повредил правую кисть руки, и пришлось ходить в гипсе, утюжа клавиши пишущей машинки левой...

— Ставите ли вы как писатель перед собой определенную сверхзадачу?

— По образованию я — технарь. У меня процесс письма идет спонтанно, как Бог на душу положит. Пишу, не загадывая, что случится через абзац.

— Может ли написанное повлиять на личную судьбу автора?

— С некоторых пор я осознал, что на какие-то вещи существует своеобразное табу. Особенно это касается близких тебе людей, которых ты нарочно или, напротив, бессознательно ввел в мир нетелесный, собственносочиненный. В тексте ты едва что-то обозначил, а в реальной действительности оно расшифровывается какими-то жуткими натуралистическими подробностями... Еще раз повторяю — писательская должность архирискованна...

(Редакция приносит искренние соболезнования Сергею Сибирцеву в связи с кончиной его жены.)

ЛИТЕРАТУРНЫЕ АЛЬМАНАХИ И КОЛЛЕКТИВНЫЕ СБОРНИКИ

Рать: Литературный альманах. (Редактор и составитель не указаны). №№ 1, 2, 3. — Москва: ООО Издательство "Лэнд-Проф", 2002. — 136 с.

Вышло уже три номера великолепно оформленного и наполненного глубоко содержательными материалами альманаха "Рать", на обложке которого стоит эмблема Военно-художественной студии писателей, а на титульном листе двойная "шапка" — Министерства Обороны Российской Федерации и Главного Управления воспитательной работы Вооруженных Сил Российской Федерации, которые и заставляют подозревать кого-то из них в издателях. К сожалению, отсутствие профессионально обозначенных выходных данных не дает возможности правильно адресовать создателям данного альманаха ту благодарность, которую они в полной мере заслуживают. Сегодня, когда Российская Армия терпит почти шквальные атаки лжи и очернительства, когда в герои возводятся "бригадиры" бандитских группировок, а Букеровские премии присуждаются за произведения, изображающие русских солдат сволочами и дебилами, появление альманаха, рассказывающего о сущности подлинного героизма, представляется более чем актуальным — оно жизненно необходимо.

Начиная с первого выпуска писатели честно делятся с читателями своими мыслями о том, как в наши подлые и наполненные предательством дни сохранить в себе честь и достоинство, как остаться мужчиной, пришедшим в этот мир, чтобы уметь защитить и свою землю, и свою любимую, и на кого в своей жизни равняться, чтобы не оказаться со временем в стане подлецов и предателей. Замечательны в этом плане материалы Алеся Кожедуба, Валерия Ганичева, Владимира Кострова, Владимира Тыцких и других писателей. Особенно запоминается остросовременный рассказ Виктора Дьякова "Письмо", хотя и "привязанный", казалось бы, непосредственно к чеченской тематике, но по своей нравственной глубине выходящий далеко за ее пределы.

Я еще не вернулся с войны. (Редактор-составитель не указан). — Москва: ООО Издательство "Лэнд-Проф", 2002. — 88 с.

9
{"b":"130990","o":1}