Александр переходит через Граник
То, что Александр прекрасно понимал, ради чего он отправляется в опасный поход, подтверждает и его поведение. Он был столь уверен в успехе военного бизнеса, что роздал оставшиеся деньги, земли ближайшим соратникам. Когда его спросили, что он оставил себе, последовал ответ: «Надежды!» Это настолько впечатлило всех соратников, что один из ближайших друзей, Пердикка, отказался от даров и от пожалованного ему имущества. Его примеру последовали многие воины и полководцы. Уверенность вождя в конечном успехе и в победе передается другим. Впрочем, своим воинам царь нарисовал весьма заманчивые перспективы обогащения, заявив, что им достанутся богатства не только персов, но и остальных народов: «Они. покорят себе не только персов, но и все остальные народы: Бактрия и Индия станут македонскими провинциями. То, что они видят теперь, – это наименьшая часть их добычи; победа откроет перед ними все. Их уделом станет не бесплодный труд на крутых скалах Иллирии и камнях Фракии, но весь Восток станет их добычей». Оставив в стороне военные стороны похода Александра, обратимся к так называемой культурно-политической и экономической стороне вторжения. После побед при Гранике и Иссе Александр конфисковал казну Дария в Дамаске, покончил с царем персов, убитым своими же, и простер свою победоносную длань к Египту и Индии. В Египте он решил воздвигнуть город Александрию. По мнению специалистов, с военной точки зрения достаточно было бы малого военного гарнизона, чтобы удержать контроль за страной. «С экономической точки зрения размещение громадного города. было сплошным разорением. Необходимо было связать двурогую скалу Фароса с материком дамбой длиной в 7 стадий (почти 1300 м), выстроить три порта (два на море и один на озере), отвоевать пригодную к обитанию землю у змей, у туч птиц, у комаров, распределить пять разных народов по пяти секторам, разбитым в шахматном порядке, убедить их – если нужно, силой – жить в мире и согласии. Самолично на протяжении 15 километров указывая архитекторам, где пройдут стены будущей твердыни, и назначив грека Клеомена заведовать финансами и завершить работы, Александр выказал больше веры в творческий разум и энергию людей, нежели в видения прошлого». Александр строит все новые и новые планы. Царь опьянел от побед, счел себя почти богом. Он, правда, восстановил в Вавилоне храм Бэла, вернул украденных и вывезенных персами богов Греции и, кроме того, самочинно возвел на берегу Бианта 12 громадных алтарей богам, что привели его к восточным рубежам мира.
![Битвы цивилизаций - i_127.jpg](/BookBinary/113085/1715186363/i_127.jpg/0)
Битва Александра и Дария при Иссе
П. Веронезе. Семья Дария у ног Александра
Какова цена настойчивого стремления Александра к мировому господству? Если проследить его путь по покоренным землям, городам, то на его пути видим: уничтожение Фив; разграбленный и превращенный в пустыню Персеполис (330 г. до н. э.), отданный «на позор и полное уничтожение»; победа над Дарием, и не столько над ним, сколь над его казной; резня потомков милетских жрецов в Термезе, на берегу Амударьи (329 г. до н. э.); чудовищная резня на берегу Биаса (326 г. до н. э.), когда мечи воинов оказались погнуты и зазубрены из-за немыслимого количества трупов; он устроил массовую казнь через повешение индийских философов-брахманов; взял в плен индийских наемников, их жен и детей и всех перебил. Римский поэт Лукан в начале X песни «Фарсалии», сообщая о массовом избиении азиатских народов, в итоге скажет: «И все это только для того, чтобы установить Царский мир и согласие между народами!» Как не вспомнить о девизе, который Тацит приписывает римским завоевателям: Ubi solitudinem faciunt, pacem appellant («Превращая край в пустыню, они называют это миром»). Дарий послал царю несколько писем, в которых требовал, потом просил вернуть семью. Ответ Александра был таким: «Приди ко мне как к подлинному господину всей Азии. Если ты появишься передо мной, ты получишь мать, супругу, детей; все, чего ни пожелаешь, если ты у меня попросишь, будет тебе дано». Правда, он поступил благородно с матерью и женой Дария, сохранив им жизнь и оставив в управлении часть царства.
В экономическом смысле поход оправдал себя. Так, завладев сокровищницей Персеполиса, он получил в свое полное владение огромную сумму – 120 000 талантов. Эти деньги позволили ему обеспечить войско всем необходим, выплатить обещанные войску награды, переслать Антипартру (наместник в Македонии) деньги для ведения битв с противниками, нанять дополнительные войска, так как наемник в его армии получал вдвое больше рабочего в любом городе, одним словом, удовлетворить все свои нужды и прихоти. Теперь Александр был богаче Крёза. Правда, его не красит то, что он сделал со столицей персов Персеполисом, отдав его на разграбление своему войску, хотя сожжение столицы было вызвано, скорее, политическими мотивами – он словно подтверждал свой гнев, ибо ранее обещал наказать персов за то горе, которое они принесли грекам. И действительно, Персеполис был оплотом персов и должен был быть стерт с лица земли, как некогда стерта была и Ниневия.
Александр в Персеполисе. Гетера Таис предлагает сжечь Персеполис
Нельзя исключать и желания мстить. К примеру, историки отмечают, что, когда армия Александра Македонского переправилась через Аракс, их потрясло то, что они увидели. Навстречу шла толпа греков, около 800 человек, в основном, пожилых людей, с «ветвями умоляющих». Эти греки были захвачены в плен предыдущими персидскими царями и увезены в рабство, где их обучали различным искусствам и ремеслам. Наряду с другими рабами они возводили прекрасные дворцы, храмы, хранилища, жертвенники, города. Когда же они выполнили миссию, а их труд оказался уже не нужен, персы самым безжалостным образом изувечили мастеров, отрубив им руки или ноги. Даже закаленные в боях ветераны македонской армии при виде этих несчастных преисполнились сострадания к калекам, а Александр не смог удержаться от слез. Царь пообещал «позаботиться об их возвращении домой», но те решили остаться, боясь насмешек дома, в Греции. Тогда Александр приказал каждому калеке выдать по 3000 драхм, по пять одежд, по 2 пары волов, по 50 овец и 50 бушелей пшеницы. Он «освободил их от всех царских податей и приказал правителям следить за тем, чтобы их никто не обижал». Все это не позволяет нам идеализировать и персов, уродовавших своих пленных.
![Битвы цивилизаций - i_130.jpg](/BookBinary/113085/1715186363/i_130.jpg/0)
Свадьба Александра и Роксаны
Что касается распространенного в эпоху античности мнения о том, что он хотел установить «единомыслие» Запада и Востока, то оно ни на чем не основано. Правда, в подтверждение этому приводят факты наличия в армии Александра не которого числа ученых, сопровождавших его в походе, его попытку привлечь к сотрудничеству индийского мудреца Калана, тягу к персидским одеждам и парад «эпигонов» (персидских юношей), обученных на македонский манер по его приказу, ну и, разумеется, массовую свадьбу греков и македонцев с персидскими женщинами (когда 10 тысяч македонян взяли в жены азиатских женщин). По сему поводу царь устроил грандиозный пир, выплатил долги всех молодоженов и вручил им богатые подарки. Но вряд ли он при этом ставил перед собой столь сложные цели… Основной задачей царя было создание мировой империи, которая объединяла бы в своих границах разные племена Европы, Азии, Африки. Столь решительный поворот в сторону Востока, уравнение в правах эллинов и «варваров», вызвавшее недовольство среди македонской и греческой знати войска, – явление, новое в мировой истории. Иные ставят «ориентализацию» Александра в один ряд с «вавилонизацией» Кира, говоря, что понятия эти равнозначны. Однако персы и вавилоняне гораздо ближе по своей ментальности, нравам и вере, нежели греки и персы. Иные (Ю. Керст и Шахермейр) увязывают эти мероприятия царя с его цивилизаторской деятельностью и миссией. Военный историк Дж. Фуллер пишет: «Задачей Александра было не только утвердить свою власть на завоеванных территориях, но и придумать, каким образом сплавить их вместе с Македонией и Грецией в мировую державу. Его гений подсказывал, что этого нельзя добиться, только действуя с позиции силы, но лишь с помощью добровольного сотрудничества со стороны покоренных народов. В Вавилонии он впервые назначил сатрапом перса – Мазея, полководца, который командовал правым флангом Дария при сражении при Арбелах и который после сражения искал прибежища в Вавилоне». Эта попытка возвращения власти представителям местных элит была разумным решением Александра, шагом, нацеленным в будущее.