Но здесь, он, пожалуй, почувствовал что-то еще, таившееся в изменчивом узоре кожи корабля: ощущение жизни, точного определения которой он дать не мог, и, более того, разума. Будто перед ним находилось разумное существо, и это существо наблюдало за Галеном.
Гален начал два новых упражнения на сосредоточение. Чтобы заметить признаки какого-либо телепатического воздействия, он должен сохранять спокойствие и ясность мышления.
Гален шагнул из шлюза наружу и заметил, что пол цилиндрического тамбура был таким же прочным и твердым на ощупь, как и его стена. Дал команду сенсорам просканировать пространство впереди. Ворлонцы издревле враждовали с Тенями. Они были убеждены в превосходстве порядка, в то время как Тени всюду насаждали хаос. Но использовали ли ворлонцы, как это делали Тени, разумных существ в качестве процессоров для своих кораблей? Гален не смог точно определить, так это или нет.
Узор на стенах вокруг переливался, нечто изучало его. Гален двинулся вперед. Пора ворлонцу решать: либо он даст ему пройти, либо убьет.
Гален споткнулся на какой-то неровности. Желто-зеленая кожа под его ногами всколыхнулась, волна покатилась вперед, к ворлонскому кораблю. Но не один пол тамбура колыхался, по стенам и потолку цилиндрического образования тоже распространялась странная, кольцеобразная волна. Гален, сильно озадаченный, замер. Спустя секунду по тамбуру прокатилась следующая волна, потом еще и еще, будто весь тамбур шел морщинами. Гален оглянулся и увидел, что за его спиной образовалась желто-зеленая стена, а длина тамбура все время уменьшалась, он будто втягивался обратно в ворлонский корабль. Желто-зеленая стена на большой скорости неслась к Галену, подобно гигантской волне, еще пара секунд – и она обрушится на него. У Галена осталось лишь мгновение на то, чтобы набрать в легкие воздуха перед тем, как стена врезалась в него, подхватила, несколько раз перевернула, будто настоящая волна, и понесла вперед, к ворлонскому кораблю.
Потом движение прекратилось, и Гален понял, что оказался внутри корабля, сенсоры определили, что повсюду вокруг него была странная жидкость. На мгновение ему удалось открыть глаза: со всех сторон его окружало желто-зеленое сияние. Гален сделал резкое движение руками и ногами, пытаясь вырваться из его объятий. Согласно показаниям сенсоров, в нескольких футах впереди имелась некая полость. Должно быть, внутреннее помещение корабля.
Чем больше Гален пытался вырваться, тем сильнее странный материал давил на него. Он будто оказался в плену вещества, твердеющего с течением времени. Двигаться становилось все труднее, а амплитуда движений все уменьшалась. Это продолжалось до тех пор, пока Гален вовсе не лишился возможности шевелиться.
Энергия вскипела внутри него, Гален заметил, что, неосознанно, мысленно визуализировал чистый экран и был готов написать на нем уравнение, наложить заклинание. Был готов атаковать.
Но его целью не являлось убийство ворлонца. Он не потеряет контроль. Не нанесет удара. Вместо этого Гален, которому уже начинало не хватать воздуха, сосредоточился на своих упражнениях, шаг за шагом выстраивая в разуме упорядоченные прогрессии.
Если ворлонец собирался его убить, то пусть убивает. Но, что бы ни случилось, Гален не позволит ворлонцу узнать координаты тайного убежища магов. Он не станет виновником их гибели.
Хватка ворлонского корабля не ослабевала. Конечности мага немели в неудобном положении, стена давила на его грудную клетку, на лицо, но Гален, каким-то образом, чувствовал присутствие разума вокруг себя: желто-зеленый узор изменял рисунок, волны прокатывались вокруг него. Корабль изучал Галена.
Гален больше не мог задерживать дыхание, он должен вдохнуть. Он попытался судорожно глотнуть воздуха, но его губы едва разжались. К его изумлению, кислород хлынул в легкие.
Давление на грудную клетку Галена слегка ослабло, он тяжело задышал. Потом он заметил, что слышит какой-то звук, похожий на бормотание. Сначала Гален подумал, что слышит эхо, распространявшееся сквозь плотно прижавшееся к его ушам вещество, точно так же, прижав к уху раковину, можно услышать свой пульс. Но ритм бормотания менялся. Мелодия, казалось, была наполнена смыслом и Гален смог его понять. Песня о красоте порядка, о совершенной симметрии и вечном спокойствии.
Гален услышал голос корабля, корабль пел самому себе.
В мелодию корабля вплетались радостное ощущение гармоничности функционирования всех его систем, удовлетворение от служения. Величайшей радостью для него было повиновение.
Это напомнило Галену Анну, смысл жизни которой заключался в одном – служить машине. Гален, задействовав сенсоры, попытался выяснить, что находится дальше, в глубине корабля. Предположение, что ворлонцы ничем не отличались от Теней, что они тоже порабощали живые существа и помещали их в качестве центральных управляющих устройств в сердце своих кораблей, испугало его. Гален засек присутствие ворлонца футах в двадцати впереди: сенсоры определили его, как область повышенной концентрации энергии, взаимодействующей с корабельными системами. Ворлонец был нервным центром, контролирующим все системы корабля.
За исключением ворлонца Гален не обнаружил больше ни одного живого существа, связанного с корабельными системами и осуществлявшего управление кораблем. Но в область действия сенсоров попадала лишь небольшая область внутреннего пространства корабля, возможно, живое существо находилось слишком далеко от Галена, чтобы сенсоры могли засечь его. Озарение пришло тогда, когда Гален начал изучать обмен энергией и информацией между ворлонцем и кораблем: их отношения сильно напоминали те, что складывались между магом и его кораблем, хотя ворлонский корабль был намного совершенней. Корабль обладал собственным разумом, и ворлонец, для того, чтобы управлять кораблем, устанавливал с ним связь.
Корабль продолжал напевать свою периодически повторяющуюся мелодию. Гален понял, что корабль ждет дальнейших инструкций. Повиновение хозяину было смыслом его жизни.
По-видимому, в планы ворлонца не входило его убийство, по крайней мере, он не собирался убивать Галена немедленно. Гален, борясь с давлением корабля, с трудом заставил губы двигаться, проговорил:
– Покажись.
Желто-зеленое вещество корабля настолько плотно прижималось к его ушам, что звука своего голоса Гален не услышал.
Он ждал, продолжая, тем временем, выполнять упражнения на сосредоточение.
Глаза Галена были закрыты, сквозь опущенные веки он мог ощущать лишь тусклое свечение. Но вдруг это свечение начало усиливаться, у Галена возникла ассоциация с восходом солнца. Спустя некоторое время сияние стало настолько сильным, что Галену начало казаться, будто солнце устремилось прямо на него: жаркое, сверкающее, стремящееся поглотить его. Свет скользнул внутрь него.
Галену показалось, что свет, как кислота, разъел его веки, проник прямо в мозг. Перед его мысленным взором в ярком сиянии поплыли образы Элрика, Блейлока, других. Тех, кого он оставил. Он сидел в корабле, летел в гиперпространстве к тайному убежищу.
Гален заставил себя отвлечься от этих мыслей.
– Вон из моей головы, или я тебя уничтожу! – заорал он.
Сияние затягивало Галена, он будто растворялся в нем.
– Сейчас же!
Гален визуализировал чистый экран, изо всех сил стараясь думать лишь об упражнениях.
Свет поплыл прочь, на секунду Галену показалось, что ворлонец высосал из него мозг.
Его окружало мерцающее сияние.
– Ты – скверна.
Голос, несомненно принадлежавший Улкешу, проник сквозь кожу корабля прямо в уши Галена. К нему примешивалось эхо других слов, несущих иной смысл.
Гален продолжал старательно выполнять упражнения.
– Ты проделал весь этот путь лишь для того, чтобы высказать мне это?
– Зараза должна быть вырвана с корнем.
– Верно. Именно поэтому я прилетел сюда.
– Ты несешь заразу в себе.
– Знаю, – ответил Гален. – И я согласен с тобой. Зараза должна быть вырвана с корнем. Я лишь хочу остановить двух моих сородичей, которые служат Теням, перед тем, как остановить самого себя.