— Ты понимаешь, что за это — трибунал? Десять лет тюрьмы! Думаешь, папочка спасёт? Я встала и шагнула к нему. В упор. — Я не боюсь тебя, Макар. Я знаю, что ты не причинишь мне зла. Он сжал челюсти, приблизился почти вплотную и я чувствовала его дыхание, мокрое после душа. — Ты глупая. Ты не знаешь, на что способен человек, когда загнан в угол. А я — загнан. Я пытался тебя прогнать, я сказал тебе забыть, а ты приехала! Зачем? Я взяла его руки — ледяные, дрожащие. — Чтобы сказать, что я люблю тебя. Чтобы ты понял: я не из тех, кто сдаётся. Я не боюсь твоей тени, твоей злости, твоих шрамов. Я хочу быть с тобой, даже если это безумие. Он смотрел долго, потом усмехнулся — криво, горько. — Ты — самая дерзкая женщина, которую я встречал. — И что ты с этим сделаешь? Он шагнул вплотную, взял меня за затылок, притянул к себе. — Я запру тебя здесь. Буду проверять, насколько ты сильная. Покажу тебе мою жизнь, мою войну. И если выдержишь — может быть, я поверю.