— Я подаю на развод, — огорошивает меня муж.

Роняю блюдо с виноградом, смотрю на него во все глаза.

— Ты серьезно сейчас?

— Серьезней некуда, — цедит он с плохо скрываемым пренебрежением. — А ты катись отсюда.

— Куда?

— Не моя проблема! — разоряется он. — Двадцать лет о тебе заботился, все, баста, хватит, вот где ты у меня уже сидишь…

Муж постукивает себе по шее ребром ладони и продолжает:

— Доставай чемодан, складывай туда свои лифчики-трусы и катись. Но больше ничего трогать не смей. Чтоб ни одной чужой вещи из дома не уперла, поняла меня?

Еще минуту назад это был наш дом. И все вещи, что окружают нас, были выбраны мной. Вплоть до носков и трусов моего мужа. А теперь вдруг я не должна упереть ничего чужого?

Но больней всего мне не из-за мелочности мужа.

— А ты сюда Розочку приведешь? — Меня коробит, когда произношу имя его любовницы.

— Обязательно приведу, — кивает он с довольным видом. — И она мне еще нового ребенка родит…

— А старых ты куда денешь? — щурю глаза. — Дочку, близнецов...

— А что старые? — пожимает он плечами. — Сыновья меня поддержат. А дочь уже взрослая, замужем. Ей-то какая разница?

Действительно, какая дочери разница, что папа выкинул из дома маму. И сыновьям тоже…

— Смирись и уйди тихо, — продолжает плевать ядом муж. — Ты в моей семье — лишний элемент.

***

Мне тридцать восемь. Я двадцать лет в браке, отдала семье всю себя, ничего не осталось. И теперь я — лишний элемент. Отбракованный материал.

А все-таки как хорошо, что я не сказала мужу про новую беременность.