Прошло почти три месяца после окончания войны, но она еще ощущалась везде. Мы расчищали немецкие города от завалов и мин, вывозили оружие и тела, делясь на группы по четыре-пять человек на одно здание. Однажды мы убирали развалины, называемые когда-то школой, выносили оттуда тела, оружие и разбитую мебель. Вдруг кто-то маленький, грязненький, оборванный с большими красными глазами выскочил из-за большого шкафа и с жутким акцентом злобно произнес: – Это тебе за маму! – раздался выстрел.