| | | |  |
Современная экономика знаний - это что такое? Понятие, суть системы, формирование и развитие Обсудить Редактировать статью 0 В 21-м веке главным конкурентным преимуществом будет уровень развития экономики знаний. Основными ресурсами уже сейчас для глобальных компаний являются знания и человеческий капитал. Этим вопросом занимаются ведущие специалисты. Многие страны и целые интеграционные объединения (Европейский союз) уверены, что экономика знаний - это лучший и единственный способ получить конкурентные преимущества на глобальном рынке. Страны и компании все больше средств вкладывают в исследования и разработки, защиту полученных знаний. Считается, что 90% знаний человечества получены за последние тридцать лет, 90% инженеров, ученых и исследователей, подготовленных за всю человеческую историю, работают в наше время. История развития Долгий путь к экономике знаний полностью пока не прошла ни одна страна. В целом весь мир стоит на этапе перехода в постиндстриальное общество, основной признак которого - это уменьшение доли производства за счет увеличения доли сектора услуг. Средний показатель доли сферы услуг в мире - около 63%. Конечно, есть страны с высоким уровнем сферы услуг, но только потому что населению недоступна занятость в других секторах. Например, Афганистан (56% - сфера услуг). И это никак не постиндустриальная страна. Беднейшие страны имеет доиндустриальную экономику. Это в основном сырьевые страны. Часть островных государств Океании вообще живут за счет доноров. На индустриальной стадии находятся многие страны Азии и Латинской Америки. Развитые страны уже находятся на стадии постиндустриальной экономики и этапе перехода к экономике знаний. Определение Экономика знаний - это система в которой решающим фактором и источником развития являются знания и человеческий капитал. Такая экономика нацелена на производство, обновление, распределение и применение знаний. Сам термин в 1962 году придумал Фриц Махлуп для обозначения сектора экономики, который производит, обрабатывает и управляет знаниями. Ближе к 90-м термин начала использовать Организация экономического сотрудничества для анализа элементов государственной политики. Согласно этой организации, экономика знаний - это экономика, которая стимулирует приобретать, создавать и распространять знания для ускорения экономического и социального развития. Функции Знания необходимо отличать от информации. Знания - это результат интеллектуальной деятельности человека. Информация - это источник для производства и способ сохранения и передачи результата мыслительной деятельности. Знания в экономике знаний - это и результат деятельности, и потребительский продукт, и фактор производства, и продукт, и средство распределения. То есть знания, если брать идеальный случай, выступают как "сырье", которое с помощью другого знания (фактора производства) перерабатывается в новое знание (продукт) и потом распределяется при помощи третьего вида знаний. Конечно, в остальных случаях знание может использоваться отдельно на любом этапе. Также важными функциями является использование знаний как средства управления и накопления результатов интеллектуальной деятельности. Особенности При рассмотрении нового типа экономики важно понимание сути нового определяющего фактора производства. Знание (как продукт) имеет ряд особенностей, которые влияют на процесс воспроизводства и распределения. Любой результат интеллектуальной деятельности носит дискретный характер. Считается, что знания либо есть, либо их нет, они не могут делиться на половинки или четвертинки. Кроме того, знание (как общественное благо) доступно всем после его создания. Хотя необходимо время для его распространения и потребления, тем более если это сложный продукт. Знание (как информационный продукт) не исчезает после потребления. Это отличие от материальных продуктов. Основные признаки Самые развитые страны мира постепенно подбираются к этапу, когда основной движущей силой экономики будут знания. Основные черты, которые характеризуют современную экономику знаний: Доминирующее положение сферы услуг, в развитых странах мира уже сейчас доля сферы услуг составляет около 80%. Увеличение доли затрат на образование и исследования, например, Южная Корея прогнозирует, что в ближайшее время все население будет получать высшее образование. Бурный рост и распространение цифровых технологий, информационно- коммуникационные отрасли используются для управления экономикой знаний, во всех сферах: от сельского хозяйства до медицины. Всеобщее распространение коммуникационных сетей для организации связи между специалистами, компанией и клиентами. Укрупнение рынков, создание региональных объединений, создается все больше интеграционных объединений, потому что многие интеллектуальные продукты сложно производить только ресурсами одной страны. Увеличение количества и значения инноваций, все большее использование результатов интеллектуального труда для производства новой продукции. Базис Для развития нового этапа в организации общественного производства необходимо создать фундамент, основу экономики знаний, на котором можно будет располагать другие элементы нового производственного уклада. Выделяют следующие фундаментальные элементы: Яндекс.Директ Майкл Вэйдер-Лин-лидерство 28 марта trumplean.su 18+ В рамках II международной ЛИН-Сессии в Москве. 3 экскурсии, 5 мастер-классов Иностранные мужчины для брака bridesandlovers.com Иностранные мужчины в поисках любви и серьезных отношений. Абсолютно бесплатно институциональная структура, должна быть создана система экономических стимулов и мер государственной политики, способствующих производству, распространению и распределению знаний для производства продукции; инновационная система, необходимо создать условия для воспроизводства и восприимчивости экономики к новым технологиям и новой продукции; образование и обучение, система экономики знаний не может быть выстроена без одного из основных ресурсов - квалифицированных трудовых ресурсов; информационная инфраструктура и цифровые технологии являются основными инструментами производства знаний и продукции при помощи знаний. Институциональная структура и образование Способность государства воспринимать инновации необходимо подготовить комплексом мер для создания экономической среды, стимулирующей создание интеллектуальных продуктов, правовой среды обеспечивающей защиту и интеллектуального продукта, распределение. Важным также является обеспечение общей свободы предпринимательства и легкости ведения бизнеса, в том числе отсутствие препятствий для открытия бизнеса, доступ к финансированию. Для создания инфраструктуры, которая непосредственно создает и распространяет новые знания, государство создает институты развития: фонды поддержки предпринимательства, бизнес-инкубаторы и технопарки. Ключевое место в системе экономики знаний занимает человеческий капитал, который является основным фактором производства. В развитых странах практически все население охвачено средним образованием, значительная часть высшим, кроме того, работают системы профессиональной подготовки. Инновационная система Развитие экономики знаний напрямую зависит от качества национальной инновационной системы, которая формируется на основе часто-государственного партнерства. Государство при консультации высокотехнологичного сектора разрабатывает и проводит политику, максимально дружественную к инновациям. Финансирует университеты, научные центры, венчурные компании, которые адаптируют глобальные знания, создают свое знание и разрабатывают на основе выводов новые технологии и продукты. Создаются институты поддержки инноваций: инвестиционные фонды для финансирования венчурных проектов, коворокинги, технопарки и индустриальные комплексы высоких технологий. Частный бизнес участвует вместе с государством в финансировании и управлении этими инновационными структурами или создает свои. Информационная инфраструктура Главный канал распространения и инструмент создания новых знаний - это информационно-коммуникационные технологии. Основной продукт, который воспроизводится в экономике знаний - это тоже или ИКТ-технологии, или услуги, оказываемые с применении ИКТ-технологий. Уровень развития цифровых технологий определяет потенциал восприимчивости нового экономического уклада. Темпы формирования экономики знаний находится в прямой зависимости от уровня развития цифровых технологий. Предпосылки Стран, которые вошли в эпоху экономики знаний, находятся на стадии перехода на новый уровень, сравнительно немного, обычно упоминаются США, Германия, Южная Корея и Япония. Для перехода государства на экономику знаний должны созреть условия для такой трансформации. Прежде всего знания должны восприниматься экономикой как важнейший ресурс, более важный чем другие ресурсы (природные, трудовые, финансовые). На высокий удельный вес сектора услуг постиндустриального общества накладывается лавинообразный рост доли информационных технологий. Происходит увеличение инвестиций в человеческий капитал, особенно в специализацию и профессиональную подготовку. Потому что для производства знаний необходимы более квалифицированные кадры. Информационно-коммуникационные технологии проникают во сферы деятельности. Если брать такую отрасль, как автомобилестроение, то почти все ведущие компании уже разработали прототипы беспилотных автомобилей, которые управляются искусственным интеллектом. При этом ИКТ отвечают не только за управление транспортом, но и даже может поддерживать беседу с пассажиром. В экономике знаний роль инноваций является определяющей, это фактор и источник развития. Яндекс.Директ Страх одиночества у мужчин bez-strahov.ru Эффективная технология устранения беспокойств по Skype. 9 лет опыта. Много отзывов! Иностранные мужчины для брака bridesandlovers.com Иностранные мужчины в поисках любви и серьезных отношений. Абсолютно бесплатно Как измерить Методологию измерения того, насколько страна готова к переходу на новую модель экономики, разработал Всемирный банк в рамках программы «Знания для развития». Расчет ведется на основе 109 показателей, которые потом формируются два индекса: Индекс знаний показывает насколько страна может производить, принимать и распространять знания. Показатель учитывает возможности страны в сфере образования и трудовых ресурсов, объемы инновационной деятельности и развитие информационно-коммуникационных технологий. Индекс экономики знаний показывает, насколько страна умеет использовать знания для общественного развития и экономического роста. И также определяет, насколько близко или далеко находится страна от экономики знаний. Исследования банка показали прямую взаимосвязь между уровнем готовности страны к экономике знаний, способностью к экономическому росту и конкурентоспособностью на глобальном рынке. Инновации Экономика знаний должна постоянно воспроизводить инновации, превращая новые знания в товары и услуги. То есть это экономика новых знаний. Инновации - это знания превращенные в товар готовый для продвижения на рынки. Таким образом, знания связываются с платежеспособным спросом и организуется обратная связь глобального рынка и сферы производства знаний. По степени инновационности экономики можно сказать, насколько страна погружена в экономику знаний. Инновационное развитие дает конкурентное преимущество: быстрее разрабатываются и выводятся на рынок новые продукты, используется больше новых технологических решений, высокотехнологичная продукция стоит дороже и быстрей продается. В рейтингах самых инновационных экономик мира первые места занимают Южная Корея, Швеция, Германия. Почти экономика знаний Южная Корея третий год подряд признается в рейтинге информационного агентства "Блумберг" самой инновационной экономикой мира. Страна занимает первые места в мире по уровню расходов на исследования и разработки, полученным патентам и высокотехнологичным производствам, второе по уровню образованности В стране работает Министерство экономики и знаний, которое отвечает за экономическую и инвестиционную политику. Крупнейшие компании нацелены на продажу своих аккумулированных знаний, в каждой из фирм имеются подразделения, которые занимаются разработкой информационно-коммуникационными технологиями и продажей накопленного опыта. Например, крупнейшая сталелитейная компания POSCO, получив опыт в производстве металла, начала предлагать услуги по строительству металлургических заводов. После автоматизации своего производства, продает ИТ решения и в придачу продает управленческие решения. Основные усилия страны направлены на на реформирование структуры экономики знаний, повышение уровней использования критических технологий, в том числе использование искусственного интеллекта, уровня роботизации (страна и сейчас на первом месте в мире), беспилотных летательных аппаратов, автомобилей, кораблей, финансовых услуг с использованием ИТ. - Читайте подробнее на FB.ru: http://fb.ru/article/382702/sovremennaya-ekonomika-znaniy---eto-chto-takoe-ponyatie-sut-sistemyi-formirovanie-i-razvitie
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Чем отличается постиндустриальная структура от индустриальной? Ключевые особенности Обсудить Редактировать статью 1 Постиндустриальное общество имеет отличительный признак: в ходе научно-технической революции преимущественное производство товаров уступило позиции производству услуг. Одновременно с этим главными производственными ресурсами стали знания и информация. Таким образом, движущей силой и основой экономики являются научные разработки, а важнейшими качествами для сотрудника считаются обучаемость, профессионализм и креативность. Постиндустриальная структура экономики предполагает, что в общей структуре ВВП более 50% приходится на сферу услуг. На заре XXI столетия к постиндустриальным государствам относили США (сфера услуг – 80% от ВВП, 2002 г.), страны Евросоюза (69,4%, 2004 г.) и Японию (67,7%, 2001 г.). Ключевые особенности постиндустриальной экономики Теперь рассмотрим подробнее, чем отличается постиндустриальная структура от индустриальной: Рост значения информации и знаний – большую долю от стоимости товара занимает не оплата машин, материалов, рутинного труда, а маркетинговых исследований, разработок, дизайнерской концепции и т.д. Увеличение доли высокотехнологичной продукции в структуре ВВП. Технологическое совершенствование и автоматизация производственных процессов. Рост удельного веса сферы услуг в структуре ВВП, а также перетекание трудовых ресурсов в неё. Смена структуры потребностей населения – всё большее значение для людей приобретают нематериальные блага, свободное время. Появление новой трудовой мотивации – работник заинтересован не только в материальном поощрении, он также стремится реализовать себя профессионально и творчески, принимать участие в управлении производством. Говоря о том, чем отличается постиндустриальная структура от индустриальной, следует также отметить стремительно возрастающую роль производства информации. Основные затраты приходятся на изготовление первоначального образца. Дальнейшие расходы на копирование будут несущественны. Однако данная сфера не может развиваться без активной защиты прав интеллектуальной собственности на законодательном уровне, а также без достаточного количества потребителей, которые имеют возможности для её продуктивного использования и готовы предложить «неинформационные» товары в обмен. Укрепление позиций малого и среднего бизнеса Чем отличается постиндустриальная структура от индустриальной помимо этого? Одна из важнейших особенностей – сокращение роли массового производства и одновременное развитие малого бизнеса. На рынок поступает большое количество мелкосерийных товаров с различными вариантами модификаций, новые варианты услуг. Получив возможность удовлетворять потребности разных групп потребителей, гибкие небольшие предприятия впервые становятся конкурентоспособными. Причём им удаётся занять достойные позиции не только на локальных рынках, но и за их пределами (в глобальном масштабе). Технологические изменения Изучая то, чем отличается постиндустриальная структура от индустриальной, стоит детально рассмотреть происходящие технологические изменения. В постиндустриальном обществе основной упор приходится на развитие ресурсосберегающих, наукоёмких и информационных (высоких) технологий: программное обеспечение; микроэлектроника; робототехника; телекоммуникации; биотехнологии; изготовление материалов с предварительно заданными свойствами. При этом электронные технологии заменяют традиционные механические взаимодействия, процесс производства становится автоматизированным, а вместо неквалифицированного труда используются машины и компьютеры. Социальные трансформации Меняется структура постиндустриального общества, в частности, состав трудовых ресурсов. Это означает, что доля физического труда в процессе производства уменьшается, а умственный высококвалифицированный и творческий труд, напротив, приобретают большее значение. Требуются всё большие затраты на подготовку рабочей силы: обучение, повышение квалификации и т.д. Доминирующую роль играет меритократия – интеллектуальная элита. Основным становится так называемый класс профессионалов. Д. Белл – основоположник постиндустриализма – также отмечал тенденцию к имущественному расслоению по признаку образования. Если индустриальная структура экономики предполагает наличие постоянной потребности в неквалифицированном труде, то в постиндустриальном обществе население с низким уровнем образования, напротив, сталкивается с трудностями. Основной формой жизнедеятельности является развитие человеческих способностей и задатков, а материальная мотивация отчасти уступает место стремлению к самовыражению в деятельности. - Читайте подробнее на FB.ru: http://fb.ru/article/138835/chem-otlichaetsya-postindustrialnaya-struktura-ot-industrialnoy-klyuchevyie-osobennosti
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Постиндустриальные страны: концепция, роль знаний, родственные термины Обсудить Редактировать статью 1 Современное общество переживает процесс деиндустриализации. Это означает, что наиболее развитые государства мира уменьшают свои производственные мощности. Постиндустриальные страны получают доход за счет сферы услуг. К этой группе относят государства, в которых материальное производство уступило место продуцированию новых знаний как источнику развития. Таковы постиндустриальные страны, список которых включает большинство стран ЕС, США, Канаду, Новую Зеландий, Австралию, Израиль и еще ряд других. Данный перечень расширяется с каждым годом. Признаки постиндустриальных стран Термин впервые был использован французским социологом Аленом Туреном. Понятие «постиндустриальные страны» тесно связано с информационным обществом и экономикой знаний. Все эти концепции часто используются не только в научных исследованиях, но и в статьях в прессе. Их значение выглядит достаточно размытым. Однако все постиндустриальные страны объединяют следующие признаки: Их экономика преодолела переходной период и переориентировалась с производства товаров на предоставление услуг. Знание становится формой капитала, которая имеет свою стоимость. Рост экономики обеспечивается главным образом за счет продуцирования новых идей. Из-за процесса глобализации и автоматизации ценность и важность «голубых воротничков» для экономики уменьшается, возрастает необходимость в профессиональных работниках (ученых, программистах, дизайнерах). Создаются и внедряются новые отрасли знаний и технологии. Например, поведенческая экономика, информационная архитектура, кибернетика, теория игр. Происхождение концепции Впервые термин «постиндустриальные страны» использовал в своей статье Турен. Однако популяризировал его Дэниел Белл. В 1974-м свет увидела его книга «Приход постиндустриального общества». Термин также широко использовал социальный философ Иван Иллич в статье «Инструменты праздности». Иногда он встречался в «левых» текстах середины 1960-х годов. Значение термина расширилось с момента его появления. На сегодняшний день он широко используется не только в научных кругах, но и в СМИ, а также в повседневной жизни. Роль знаний Главной особенностью постиндустриальных обществ, к которым принадлежат Канада, Америка (главным образом Канада и США), является появление нового типа капитала. Знание становится главной ценностью, у него появляется своя стоимость. Об этом писал еще Дэниел Белл. Он считал, что новый постиндустриальный тип общества приведет к увеличению занятости в третичном и четвертичном секторах. Именно они будут приносить основной доход странам. Традиционные же отрасли, напротив, перестанут играть ведущую роль. Основой экономического роста в постиндустриальных странах являются новые знания. Белл писал, что превалирование третичного и четвертичного секторов приведет к изменению образования. В постиндустриальном обществе возрастает роль университетов и исследовательских институтов. Появление все новых технологий и отраслей знаний приводит к тому, что обучение становится процессом, который длится всю жизнь. Основой нового общества являются молодые профессионалы, которые активно участвуют в политической жизни страны и заботятся об окружающей среде. Ален Бэнкс и Джим Фостер в своем исследовании выдвигали гипотезу, что это приведет к уменьшению бедности. Пол Ромер также занимался изучением знаний как ценного актива. Он считал, что его наращивание приведет к увеличению экономического роста. Творчество как основополагающая черта Постиндустриальные страны, среди которых Канада, Америка, большинство стран ЕС, Австралия, Новая Зеландия, Израиль, начинают развивать новые отрасли. Поэтому появляется новый импульс к творчеству. Образование становится уже не простым заучиванием готовых фактов, а чем-то большим. Оно помогает молодым людям в самовыражении. Успешными становятся те, кто могут создать нечто новое. В постиндустриальном обществе информация становится главной силой, а технологии - только инструментом. Поэтому на первый план выходит творчество, в ходе которого создается новое знание. Для того чтобы стать успешным в постиндустриальном обществе, необходимо уметь обрабатывать большие объемы информации и делать на их основе выводы. Что касается первичного и вторичного секторов экономики, то они также модернизируются в соответствии с требованиями времени. Новые технологии делают сельское хозяйство и промышленность гораздо более производительными, что позволяет задействовать в этих сферах все меньше людей. Критика Многие исследователи изначально выступали против введения данного термина. Они говорили о том, что новое общество должно иметь название. Раньше основой было сельское хозяйство, затем – промышленность. Так возникли термины «информационное общество» и «экономика знаний». Иван Иллич выступал за понятие «бездеятельность». Он считал, что этот термин наиболее ярко отражает процессы в постиндустриальном обществе. Также многие ученые заявляли, что промышленность все равно остается главной отраслью, ведь знания только модернизируют материальное производство. Родственные термины Наряду с понятием постиндустриальных стран широко используются синонимичные концепции. Среди них пост-фордизм, общество постмодерна, экономика знаний, информационная революция, «жидкая современность». Эти термины во многом похожи, а различия состоят в нюансах либо сфере применения. Поэтому каждая концепция заслуживает отдельного изучения. - Читайте подробнее на FB.ru: http://fb.ru/article/288553/postindustrialnyie-stranyi-kontseptsiya-rol-znaniy-rodstvennyie-terminyi
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Лекция двенадцатая
Постиндустриальный мир как единственный полюс хозяйственной мощи. Кризис модели "догоняющего" развития
Накануне XXI века цивилизация как никогда прежде расколота на две неравные части - неравные не только в смысле природно-географических параметров, но прежде всего с точки зрения социально-экономического развития и мировых хозяйственных связей. Сегодня три основных центра постиндустриального мира- США, Европейский Союз и Япония - создают более 62 процентов мирового ВНП, на их территории начинается или заканчивается более 80 процентов мировых торговых потоков, они обеспечивают около 85 процентов общемирового объема международных инвестиций. Наконец, в этих странах сосредоточено почти 97 процентов мирового интеллектуального потенциала, обеспечивающего более 90 процентов производства высокотехнологичных товаров. Как мы уже отмечали, в последние десятилетия доля создаваемых в мире богатств, находящаяся в распоряжении граждан развитых стран, которые составляют около 1/5 населения планеты, возросла с 70 до 82,7 процента, тогда как доля таких богатств, приходящаяся на 1/5 населения, живущего в беднейших регионах, упала с 2,3 до 1,4 про-
цента1, и надежды на изменение сложившейся ситуации выглядят иллюзорными. Почему же именно в эпоху триумфа человека над силами природы поляризация материального богатства достигла столь запредельного уровня?
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
 Были в русской истории чёрные дни
Поражений, страданий и всяческих бед,
Но таинственным способом стали они
Днями самых любимых российских побед.
* * *
Ярославна рыдает, над Русью печаль,
Хан Кончак претендует на киевский трон.
Но какой-то кузнец нарезную пищаль
Отковал, и придумал затвор и патрон,
Спасу нет половцам от свинцовой косы.
Полк князь-Игоря в плен никого не берёт!
Лепо, брате, начати свои словесы -
Попаданцы - вперёд, попаданцы – вперёд!
* * *
Стынет нарвский туман на трёхгранных штыках.
Кроме армии нет у России друзей.
Карл Двенадцатый прёт, но в потешных полках
Трёхлинейки от Мосина вместо фузей.
Сотней пуль королевский разорван мундир
(Тупорылый "Максим" словно молния бьёт)
И в приказ самодержный вписал бомбардир:
Попаданцы - вперёд, попаданцы – вперёд!
* * *
Подмосковье. Колонны французов идут,
И по флангу драгун посылает Мюрат,
Но Кутузов велел в шевардинский редут
Передвинуть телеги с ракетами "Град".
Бонапарт бородинскую битву просрал,
Жив иль нет - в мясорубке, кто там разберёт?
И сказал одноглазый тогда генерал:
Попаданцы - вперёд, попаданцы – вперёд!
* * *
Петербургский февраль. Искушая судьбу
Белобрысый эльзасец навёл пистолет...
Что за странная красная точка во лбу
У шуана? - вопросом задался поэт,
А когда после стрелки на Чёрной Реке
Труп Дантеса на съезжей швырнули на лёд,
Гончарова писала в своём дневнике
Попаданцы - вперёд, попаданцы – вперёд!
* * *
Порт Артур. Умышляют япошки удар
По российскому флоту, тайком, на заре,
Но звездец косоглазым, поскольку радар
Установлен уже на Тигровой Горе.
А счастливая "Щука", идя под водой,
В перекрест перископа "Микасу" берёт,
И кричит в амбюшур лейтенант молодой:
Попаданцы - вперёд, попаданцы – вперёд!
* * *
Мессершмитты и юнкерсы - горький сюжет,
Степь дымит под подошвами фрицевых берц...
А у взводного Ваньки - наган да планшет,
Но в планшете - процессор на 6 гигагерц!
И стальным кулаком беспроводная Сеть
Каждый штык съединила, ствол, танк или взвод...
В 43-ем, в петле, будет Гитлер висеть.
Попаданцы - вперёд, попаданцы – вперёд!
* * *
Судный День, пахнет порохом с ближних границ,
Поверх талеса броник накинул боец...
Там без глаза министр и премьер без яиц
Всё не знают: бомбить ли Дамаск иль Суэц?
Факс пришел неизвестный, и день похорон
У каирских, нежданно, случился ворот,
И по танковой рации кликнул Шарон:
Попаданцы - вперёд, попаданцы – вперёд!
* * *
Ночь. КБ Королёва, аврал и облом,
Тут сидит над проектом крутой инженер
Бьёт его попаданец об кульман фейсом
Объясняя ошибки на свойский манер.
Стропы вышли, и клапан Союз уберег,
И над урнами вдовы не плачут, пока
Попаданцы - вперёд, попаданцы – вперёд!
Это наш, блин, девиз на века, на века!
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Хозяйственное соперничество в индустриальную и постиндустриальную эпохи
Исторический опыт человечества богат примерами того, как передовые страны вступали в полосу затяжного кризиса, а гораздо более отсталые занимали их место. На протяжении многих столетий государства, движимые волей социальных реформаторов, осуществляли смелые прорывы, достигая лидирующих позиций и удерживая их долгие годы. Голландия XVI века, Англия XVII-го, Германия XIX-го, Россия петровской эпохи, СССР в 20-30-е годы, Япония после окончания Второй мировой войны - вот далеко не полный перечень примеров успешного "догоняющего" развития, позволившего этим странам не только проделать за десятилетия путь, на который у других уходили столетия, но и оказаться в авангарде мирового хозяйственного прогресса, закрепить доминирующее положение в своем регионе.
Таким образом, истории известны примеры успешного "догоняющего" развития. Однако, как показывает опыт, все они относятся исключительно к индустриальной эпохе; попытки так называемых "новых индустриальных стран" достичь уровня развития постиндустриальных государств оказались тщетными, лучшим подтверждением чему стал "азиатский" кризис 1997 года, в полной мере продемонстрировавший уязвимость современных модернизаций. Какие причины лежат в основе подобного феномена? Чем отличается механизм развития индустриальных и постиндустриальных обществ? Может ли индустриальное общество, взаимодействуя с постиндустриальными, осуществить успешный прорыв, достичь подобного уровня развития?
На наш взгляд, индустриальному и постиндустриальному обществам свойственны принципиально различные механизмы развития. Это обусловлено тем, что в ходе такого развития используются качественно отличные друг от друга ресурсы, обеспечивающие поистине несопоставимую динамику хозяйственного и социального прогресса.Характерными чертами индустриального хозяйства являются, с одной стороны, воспроизводимость всех факторов производства, а с другой - пропорциональность затрат и результатов. В первом случае мы имеем в виду, что сырье и материалы кажутся безграничными, предложение рабочей силы может быть увеличено в соответствии с потребностью в ней, а интеллектуальный потенциал нации остается несущественным фактором. Во втором случае мы отмечаем, что увеличение затрат материалов, средств производства и труда воплощается, как правило, в пропорциональном росте количества выпускаемых благ. Поэтому индустриальная модернизация во всех ее формах связана с использованием дополнительных ресурсов и рабочей силы, а если быть точнее - с вызванной экономическими или неэкономическими причинами мобилизацией сил той или иной нации. Индустриальная модернизация при любых обстоятельствах является модернизацией мобилизационного типа.
Важно при этом подчеркнуть, что специфические ресурсы, позволяющие быстро развить промышленное производство, как правило, небезграничны. Запасы одних полезных ископаемых способны иссякнуть, цены на другие могут упасть на мировых рынках, и те отрасли промышленности, которые давали импульс индустриальному прогрессу, могут оказаться его тормозом. Дешевая рабочая сила, столь распространенная в развивающихся странах, также не остается таковой вечно; по мере роста уровня жизни издержки на наем рабочих возрастают и в конечном счете стремятся к тем показателям, что уже достигнуты в более развитых государствах. Таким образом, ни естественные ресурсы, ни дешевый труд не способны стать основой прорыва в круг развитых наций по причине того, что обеспечиваемый ими ускоренный прогресс имеет естественный предел и не носит самоподдерживающегося характера. Кроме того, любая мобилизационная модернизация требует отвлечения значительной доли национального дохода на нужды накопления и, соответственно, пропорционального сокращения потребления. Следствием становится чрезмерная усталость нации, которая в конечном счете приводит к замедлению темпов развития и ее отставанию от конкурентов.
Следует также иметь в виду, что до тех пор, пока источники ускоренного развития заключены в богатстве полезных ископаемых, многочисленности народа или нарушении естественных пропорций воспроизводства, они не являются монопольными, и лидирующие позиции соответствующих стран легко могут быть утрачены. В эпоху средневековья Венеция стала самым мощным европейским государством, удерживая контроль за торговыми путями между Западом и Левантом. Однако стоило Голландии и Англии создать мощные торговые компании, величие Венеции угасло. Голландия стала одной из богатейших стран Европы, заняв место пе-реработчика английской шерсти и поставщика тканей на континент; но как только англичане развили сеть собственных мануфактур, она оказалась лишь одной среди многих. На протяжении полутора веков, с начала XVIII и до середины XIX столетия, Россия стремилась стать европейским лидером; однако Крымская война показала, что за фасадом показного благополучия скрывалась обескровленная страна, остро нуждавшаяся в глубинных социальных преобразованиях.
Таким образом, индустриальные модернизации осуществляются посредством насильственных мер, решают локальные задачи, не могут продолжаться как угодно долго и, как правило, не порождают саморегулирующейся и самовоспроизводящейся системы, способной поддерживать свой статус лидера в меняющихся исторических условиях.
В отличие от индустриального, постиндустриальное общество основывается на использовании качественно иного ресурса-творческого потенциала личности. Характерными чертами постиндустриального хозяйства являются поэтому, с одной стороны, невоспроизводимость основного фактора производства, а с другой - несоизмеримость затрат и результатов в производственном процессе. В первом случае мы имеем в виду, что предложение творческой деятельности ограниченно, формирование ее субъекта занимает десятилетия, а ее использование фактически не может быть регламентировано по канонам индустриальной эпохи. Во втором случае мы акцентируем внимание на том, что ни экономические, ни внеэкономические факторы не могут стать основными в процессе мобилизации творческой активности, а применение неквалифицированной рабочей силы или огромных материальных ресурсов не способно привести к таким же результатам, к каким приводит использование творческих способностей человека. Поэтому развитие постиндустриального общества является естественным процессом, который невозможно ускорить какой бы то ни было мобилизацией.
Ресурсы, выступающие основными в структуре постиндустриального хозяйства, являются безграничными и самовоспроизводящимися. Предложение информации и знаний не сокращается по мере их применения; экспорт технологий и патентов приносит стране доходы, не уменьшая ее внутреннего потенциала и объема располагаемой ею информации и знаний; каждый акт передачи знаний от человека к человеку способствует углублению его собственных знаний и в конечном счете порождает новые стереотипы поведения и новую систему ценностей, в которой материальные факторы смещаются с главенствующих позиций. Экспансия экономики знаний сокращает потребность в природных ресурсах и дешевом труде, естественным образом повышая жизненные стандарты всех членов общества. Ее развитие не требует отвлечения средств на накопление (в последние годы в США норма сбережений нередко оказывается отрицательной) и, таким образом, стимулирует максимальное потребление граждан. Тем самым формируется механизм самоподдерживающегося развития, не встречающего на своем пути серьезных внутренних препятствий.
Все это приводит к качественным отличиям в динамике развития постиндустриального хозяйства по сравнению с индустриальным. Страны, положившие в фундамент своего лидерства в мировой хозяйственной системе применение высоких технологий (Англия в XIX веке с ее экспериментальной наукой, Германия начала ХХ-го с разработками в области химии и теоретической физики, Соединенные Штаты послевоенного времени, достигшие небывалых успехов в информационной области), хотя и могут впоследствии лишиться первенства в мировом масштабе, тем не менее не
покинут уже ряды постиндустриальных держав. Постиндустриальный мир становится центром притяжения интернациональной интеллектуальной элиты и с каждым годом лишь увеличивает свое технологическое превосходство. Поэтому можно, на наш взгляд, утверждать, что монополия постиндустриальных стран на хозяйственное лидерство в новом столетии уже не будет оспорена.
Таким образом, в основе постиндустриального развития лежит стремление человека к реализации своего творческого потенциала, в силу чего этот тип прогресса может продолжаться без перенапряжения внутренних сил нации и возникновения антагонистических противоречий, способных лишить постиндустриальные страны их доминирующего положения в современном мире.
Все это приводит нас к выводу, что страна, осуществляющая мобилизационную модернизацию индустриального типа не способна даже в конечном счете встать в один ряд с современными постиндустриальными державами. Именно в этом и заключена, на наш взгляд, причина формирования так называемого монополярного мира. Этапы его становления ознаменовались, во-первых, несостоятельностью претензий ресурсодобывающих стран на значимое место в мировой экономике, заявленных в конце 70-х - начале 80-х годов; во-вторых, крахом коммунистического эксперимента в конце 80-х годов (представлявшего собой наиболее одиозный пример индустриальной модернизации, базировавшейся на внеэкономическом принуждении и уродливых формах автаркии стран восточного блока); и, наконец, в-третьих, хозяйственной депрессией в Японии и последовавшим за ней "азиатским" кризисом, продемонстрировавшими бесперспективность "мягкого" пути индустриальной модернизации, проводившейся в рамках капиталистических отношений. К концу XX века идея "догоняющего" развития, еще двадцать лет назад претендовавшая на то, чтобы стать основой универсальной социальной доктрины, обнаружила свою полную несостоятельность.
Сегодня становится очевидным как то, что индустриальная экономика может быть достаточно эффективно построена на основе роста нормы накопления и жесткого государственного регулирования, так и то, что эти меры не способны дать ожидаемого эффекта, когда перед страной стоят задачи постиндустриальной трансфор-
мации. Постиндустриальное общество не может быть построено;
единственным путем его становления является эволюционное развитие, происходящее на основе максимальной реализации личностного потенциала людей, достигших высокого уровня материального благосостояния. Там, где нет достаточной экономической свободы, никакие надутилитарные ориентиры не могут привести к формированию постиндустриального общества; там, где постэкономические ценности приносятся в жертву индустриальному развитию, такое общество также не может появиться на свет. Опыт относительно успешного "догоняющего" развития исчерпывается тем историческим периодом, на протяжении которого господствуют закономерности индустриального типа производства. В настоящее время есть множество оснований, чтобы достаточно уверенно утверждать: новейшая история распорядилась таким образом, что эволюционное формирование постиндустриальной системы в ближайшие десятилетия невозможно нигде, кроме США и стран Европейского Союза.
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Внутренние противоречия модели "догоняющего" развития
В XX веке человечество стало свидетелем множества попыток "догоняющего" развития, представленных двумя существенно отличающимися друг от друга моделями. Первую, сугубо индустриальную, использовали СССР в 30-е годы, Германия в 30-е и 40-е и страны социалистического лагеря в 50-е и 60-е годы. Определяющей ее чертой стало параноидальное стремление к опоре на собственные силы, что породило хозяйственную автаркию, ужесточение авторитарных режимов, использование жестких мобилизационных мер и вызвало в конечном счете если не открытый протест, то социальную апатию. Результатом оказалась стагнирующая хозяйственная система, неспособная к конкуренции с рыночными экономиками. Вторая модель, в определенной мере копировавшая постиндустриальные тенденции, воплотилась в опыте Японии 70-х и 80-х годов и государств Юго-Восточной Азии 80-х и 90-х. В этом случае большая естественность процесса, не требовавшая столь жесткого политического давления, сочеталась с явной зависимостью от внешних факторов и уязвимостью вставших на этот путь стран перед лицом новых тенденций в развитии самого постиндустриального мира.
Обе модели не могли и не могут обеспечить достижения технологического и хозяйственного паритета стран, принявших их на вооружение, с западным миром; но учитывая, что вторая группа государств достигла в последние десятилетия значительно больших успехов, чем первая, мы сосредоточим наше внимание прежде всего на противоречиях того типа "догоняющего" развития, который был реализован в Японии и Юго-Восточной Азии. Неудачи этой модели порождены целым рядом факторов, и на шести из них мы остановимся ниже.
Первым таким фактором является выраженная односторонность индустриального развития всех догоняющих стран. Если в государствах советского блока или нацистской Германии доминировали либо военный сектор, либо тяжелая промышленность, достижения которых не отражались позитивным образом на благосостоянии народа, то в Японии, и в еще большей мере в странах Азии, упор был сделан на опережающее развитие машиностроения и электроники. В массовом порядке приобретая американские и европейские патенты, японские и азиатские производители наращивали выпуск относительно недорогих товаров повседневного спроса, наводняя ими рынки западных стран. Известно, что Япония к середине 80-х годов обеспечивала 82 процента мирового выпуска мотоциклов, 80,7 процента производства домашних видеосистем и около 66 процентов фотокопировального оборудования. В тот же период в Южной Корее доля машиностроения в объеме промышленного производства достигла более чем 25 процентов, а доля электронной промышленности - 17,8 процента; эти две отрасли обеспечивали более 60 процентов общего объема южнокорейского экспорта2. В Малайзии доля занятых в электронной промышленности, составлявшая в 1970 году не более 0,2 процента общей индустриальной занятости, в конце 80-х достигла 21 процента, а доля продукции данной отрасли в общем объеме экспорта превысила 44 процента. Тайвань стал пятым в мире производителем микропроцессоров, а доход, полученный крупнейшими тайваньскими фирмами от их продажи, вырос с практически нулевой отметки в 1989 году до 2,5 млрд. долл. в 1993-м. Если в 1970 году в Южной Корее, Таиланде и Индонезии доля сельского хозяйства в ВНП составляла соответственно 29,8; 30,2 и 35,0 процента и была на 3-7 процентных пунктов выше доли промышленного сектора, то в 1993 году данные показатели упали до уровня в 6,4; 12,2 и 17,6 процента, что ниже доли промышленности соответственно на 40, 28 и 22 процентных пункта3.
Такой ход индустриализации можно было бы только приветствовать, если бы не очевидная неспособность внутреннего рынка поглотить эту товарную массу. Уже в конце 60-х годов, когда в Южной Корее эксплуатировалось не более 165 тыс. легковых автомобилей, там был введен в действие завод, рассчитанный на производство 300 тыс. автомашин в год; в 80-е годы производство электронной техники в Сингапуре, Малайзии и Гонконге стабильно превышало потребности внутреннего рынка в 6-7 раз. И хотя такой тип развития был вполне объясним, поскольку ускоренная индустриализация не могла не требовать концентрации основных усилий на определенных направлениях, негативные последствия подобной стратегии очевидны.
Вторым важным фактором является недопотребление населения, вытекающее из индустриального типа догоняющего развития и препятствующее становлению широкого внутреннего рынка. Исходной предпосылкой в данном случае выступал низкий уровень материального благосостояния населения развивающихся стран, встававших на путь "догоняющего развития". Как правило, все они переходили к политике ускоренного индустриального роста в условиях, когда величина валового национального продукта не превышала 300 долл. на человека в год. Когда бы ни инициировалась новая хозяйственная политика (в Малайзии, Сингапуре и на Тайване это произошло в конце 40-х годов, в Южной Корее и Индонезии - в начале 60-х, в Таиланде - в конце 60-х, в Китае - в начале 80-х, а во Вьетнаме и Лаосе - на рубеже 90-х годов), данный показатель не превосходит указанной величины. В Малайзии он составлял не более 300 долл. в начале 50-х годов, в разрушенной войной Корее - около 100 долл. в конце 50-х, на Тайване - 160 долл. в начале 60-х, в Китае, двинувшемся по пути преобразований в 1978 году, - 280 долл., а во Вьетнаме уровень в 220 долл. был достигнут лишь к середине 80-х.
Именно низкий уровень доходов населения стал важнейшим условием ускоренной индустриализации, и для ее поддержания их рост должен был оставаться весьма умеренным. В середине 90-х годов, когда в развитых странах величина среднечасовой заработной платы промышленного рабочего составляла от 12 до 30 долл., в Корее и Сингапуре труд высоквалифицированного специалиста оплачивался из расчета не более 7 долл., а в Малайзии - 1,5 долл. в час. В Китае и Индии в это же время занятые в промышленности рабочие получали около 3, а во Вьетнаме - не более 1,5 долл. в день4. На протяжении всего периода ускоренной индустриализации, с середины 70-х и до конца 80-х годов, в Таиланде, Малайзии и Индонезии фактически не фиксировался рост реальной заработной платы; даже в наиболее успешно развивавшейся Южной Корее в конце 80-х годов средняя заработная плата в промышленности составляла 15 процентов от ее уровня в Японии и 11 процентов от ее уровня в США. Как следствие на протяжении 80-х показатель ВНП на душу населения в Таиланде, Малайзии и Индонезии снизился соответственно на 7,23 и 34 процента по сравнению с аналогичным показателем, рассчитанным для стран "большой семерки"5. Последствия бума 90-х годов также не сильно сказались на положении большинства жителей этих стран: так, в Таиланде доходы наиболее высоко оплачиваемых 10 процентов населения в течение этого периода выросли втрое, тогда как наименее состоятельных 10 процентов не изменились.
Несмотря на внешнее процветание восточноазиатских стран и высокие доходы их высшего класса, средний слой, являющийся опорой индустриальных наций, оставался в Азии весьма малочисленным. По состоянию на начало 90-х годов, к нему относили себя около 4 процентов индонезийцев; в Таиланде численность квалифицированных рабочих, технического, административного и управленческого персонала составляла в это же время не более 7,6 процента; в Южной Корее численность среднего класса, по подсчетам различных экспертов, колебалась от 10,5 до 11 с небольшим процентов6. Даже сегодня тот средний класс, который сложился в 60-е - 70-е годы как основа устойчивости постиндустриальных держав, отсутствует в большинстве стран Юго-Восточной Азии, а отрыв этих наций от западного мира остается огромным. Если принять в качестве стандарта потребления, близкого постиндустриальному, годовой доход в 25 тыс. долл. на семью, то из насчитывающихся в современном мире 181 млн. таких семей 79 процентов приходятся на развитые страны, а их число в пяти ведущих новых азиатских "тиграх" - Китае, Южной Корее, Тайване, Индонезии и Таиланде, - население которых в шесть раз многочисленнее американского, не превышает четверти количества таких семей в США7. Все это делает внутренний спрос в новых индустриальных странах весьма ограниченным, а их дальнейшее хозяйственное развитие - не имеющим устойчивой основы.
Третий фактор, мимо которого также нельзя пройти в рамках нашего анализа, связан с преобладанием в "догоняющих экономиках" экстенсивных методов развития, что делает их хозяйственный прогресс внутренне ограниченным. Мы уже отмечали, что стабильное развитие постиндустриальных держав в 90-е годы происходит на фоне нарастающего потребления их гражданами материальных и информационных благ и устойчивого снижения доли накопления в национальном доходе. Между тем в Юго-Восточной Азии в течение всего периода ускоренной индустриализации наблюдалась противоположная тенденция. Несмотря на низкий уровень валового национального продукта на душу населения, страны региона вынуждены направлять значительную его часть на дальнейшее развитие производства. В результате даже в начале 90-х годов норма сбережений составляла на Тайване 24 процента, в Гонконге - 30, в Малайзии, Таиланде и Южной Корее - по 35, в Индонезии - 37, в Сингапуре - 47, а в Китае доходила, по некоторым данным, до фантастического уровня в 50 процентов от валового национального продукта8. При этом, в отличие от всего остального мира, Южная и Восточная Азия оставались единственными регионами, где в период с 1965 по 1993 год доля сбережений в валовом национальном продукте имела тенденцию не к снижению, а, напротив, к заметному росту (с 12 до 21 процента и с 22 до 35 процентов, соответственно).
Однако низкие доходы населения и высокая норма сбережения были не единственными источниками впечатляющего индустриального прорыва азиатских стран. Развивающееся промышленное производство предъявляло спрос на дополнительные рабочие руки, рекрутировавшиеся из среды крестьян и ремесленников. Рост доли промышленности в валовом национальном продукте сопровождался почти таким же повышением доли занятых в индустриальном секторе. В Сингапуре с 1966 по 1990 год этот показатель вырос с 27 до 51 процента; в Южной Корее с начала 60-х по начало 90-х годов он повысился с 22 до 48 процентов; на Тайване - с 17 процентов в 1952 году до 40 в 1993-м. Параллельно в общей численности работающих росла доля женщин, а также увеличивалась продолжительность рабочего дня. В результате в Южной Корее и на Тайване в первой половине 90-х годов средняя продолжительность рабочего времени в индустриальном секторе достигала почти 2,5 тыс. часов
в год, хотя в большинстве европейских стран она была законодательно ограничена 1,5 тыс. часов9.
Все это показывает, что большинство азиатских экономик вплоть до кризиса 1997 года развивалось исключительно экстенсивными методами. Если сравнить долю фактора производительности в общей динамике роста валового национального продукта в различных странах в 50-70-е годы, можно увидеть, что на Тайване при средних темпах роста 9,4 процента посредством повышения производительности обеспечивалось лишь 2,6 процента прироста ВНП в год, в Южной Корее при темпах роста ВНП 10,3 процента - всего 1,2 процента, в Сингапуре при ежегодном росте 8,7 процента - только 0,2, тогда как, например, во Франции эти показатели составляли 5,0 и 3,0 процента, соответственно10. Поэтому мнение П.Краг-мана, отмечающего, что "прогресс молодых индустриальных стран Азии, как и развитие СССР в период высоких темпов роста, стимулировался в первую очередь небывалым увеличением затрат труда и капитала, а не повышением эффективности производства"11, вполне отражает основное различие между постиндустриальной парадигмой прогресса и практикой "догоняющего" развития.
Четвертым фактором, существенно обострившим проблемы стран, развивающихся по "догоняющему" пути, стал масштабный импорт капитала, принявший в 80-е и 90-е годы особенно гипертрофированные формы. Хотя сами по себе иностранные инвестиции не могут и не должны рассматриваться как негативное явление, в странах, реализующих политику "догоняющего" развития, экспансия иностранных инвестиций нередко становится причиной усугубления односторонности их экономики. С самого начала ускоренного развития азиатские страны оказались сборочными цехами международных корпораций; известно, например, что в 80-е годы
количество произведенных в Южной Корее компьютеров выросло в 20 раз, однако 95 процентов из них было произведено по лицензиям, стоимость отечественных комплектующих не превышала 15 процентов, а все установленное на них программное обеспечение было импортировано из-за рубежа12. Обратной стороной иностранных инвестиций становится чудовищная зависимость от поставок комплектующих и технологий: к 1995 году импорт десяти новых индустриальных стран Азии составил 748 млрд. долл., что на 12 млрд. долл. превосходит показатель ЕС.
Несамодостаточный характер развития, который отмечается в Азии с середины 70-х годов, привел к тому, что постоянно увеличивалась потребность в новых инвестициях. Только за период с 1987 по 1992 год объем прямых иностранных капиталовложений в малазийскую экономику вырос почти в 9 раз, в тайскую - в 12-15, в индонезийскую - в 16 раз. Поступление в эти страны гигантских средств (а темпы роста иностранных капиталовложений в 80-е и 90-е годы устойчиво превышали темпы роста валового национального продукта) делало фактически излишним повышение эффективности производства.
Как следствие, Япония, Сингапур, Гонконг и Тайвань, ставшие лидерами "догоняющего" развития, настолько уверовали в правильность избранного пути, что продолжали наращивать инвестиции в страны региона даже тогда, когда рискованность подобной практики стала очевидной. В 1993 году они обеспечивали 59,7 процента иностранных инвестиций в экономику Таиланда, тогда как доля США не поднималась выше 20 процентов; аналогичные данные по Малайзии для 1994 года составляют 62,2 и 11,6 процента, по Вьетнаму по состоянию на конец 1995 года - 68,1 и 5,9 процента. Более того, если с 1994 по 1996 год японские и сингапурские инвестиции в страны региона росли темпами, достигавшими 30 процентов в год, то американские стагнировали, а иногда (например, в Индонезии) даже сокращались. Еще более неправдоподобным образом росли финансовые потоки, направляемые на местные фондовые рынки. Если в 1990 году их объем не превосходил 2 млрд. долл., то за 1990-1994 годы в целом он составил 42 млрд. долл.13 В 1994 году, когда рыночная капитализация китайских компаний, представляющих страну с более чем миллиардным населением и гигантским хозяйственным потенциалом, составляла около 44 млрд. долл., соответствующий показатель для 19-миллионной Малайзии достиг 200 млрд. долл., или 300 процентов ВНП, что почти в два с половиной раза превосходило показатели Великобритании и США14. Подобная ситуация приводила к переоцененности национальных активов в условиях, когда расширение производства зависело от поступления дополнительных инвестиций. Возникал заколдованный круг, который рано или поздно должен был разомкнуться.
В качестве пятого, и, пожалуй, наиболее существенного фактора несамодостаточности "догоняющего" развития необходимо отметить зависимость стран, идущих по этому пути, от экспорта собственной продукции. Концепция ориентированности на внешние рынки была и остается одной из идеологических основ азиатской модели индустриализации. Ее следствиями выступают проведение жесткой протекционистской политики и откровенный демпинг собственных товаров на мировых рынках. Между тем в 90-е годы подобная политика перестала приносить плоды, так как поддержание высоких объемов экспорта не только требовало дополнительных (и притом малопроизводительных) инвестиций, но и существенно повышало зависимость от мировой конъюнктуры.
В результате все эти страны оказались в ситуации, когда доля поставляемой на экспорт продукции (составляющая в постиндустриальных державах не более 7-8 процентов ВНП), достигает гораздо более высоких значений - 21,2 процента в Китае, 21,9 в Индонезии, 24,4 на Филиппинах, 26,8 в Южной Корее, 30,2 в Таиланде, 42,5 на Тайване, 78,8 в Малайзии и фантастического уровня в 117,3 и 132,9 процента, соответственно, в Гонконге и Сингапуре15. Возведенный в абсолют, принцип экспортной ориентированности развивающихся экономик привел к тому, что в 80-е годы хозяйственный рост Южной Кореи и Тайваня на 42 и 74 процента соответственно был обусловлен закупками промышленной продукции этих стран со стороны одних только США16; для Бразилии американский импорт обеспечивал более половины, а для Мексики - почти 85 процентов положительного сальдо торгового баланса. Зависимость развивающихся стран от постиндустриального мира принимает непропорциональный характер. Доля их экспортных товаров, направляемых в США, Западную Европу и Японию, составляет, как правило, от 45 до 60 процентов, то время как доля экспорта развитых держав в данные страны остается минимальной (в торговом обороте Франции и Италии она составляет 4,3 процента, Германии - 5,5, Великобритании - 7,7, США - 16,3, и только показатель Японии значительно выше - 30,4 процента17). Таким образом, в современных условиях возможная потеря развивающихся рынков для постиндустриальных стран окажется гораздо менее болезненной, чем сокращение поставок в Европу и США для "догоняющих" государств. Данное обстоятельство стало катализатором кризиса 90-х годов: если в 1995 году объем экспорта из Южной Кореи вырос более чем на 30 процентов, из Малайзии - на 26, из Китая - на 25, а из Таиланда - на 23 процента, то соответствующие показатели в 1996 году составили уже 4,2,4,0,1,5 и 0,5 процента. Между тем зависимость от импорта патентов и комплектующих оставалась исключительно большой; результатом стало финансирование промышленного развития за счет покрытия дефицита из долговых источников. К 1996 году текущий дефицит платежного баланса стран Юго-Восточной Азии достиг 36,5 млрд. долл., увеличившись в течение одного года более чем на 10 процентов. Кризис стал неизбежным.
К середине 90-х годов хозяйственное развитие "догоняющих" стран со всей отчетливостью продемонстрировало, что оно в полной мере зависит от импорта технологий и капитала из западного мира и экспорта собственной продукции в постиндустриальные страны. Таким образом, стало ясно, что идущие по этому пути страны способны догнать развитый мир настолько быстро и продвинуться настолько далеко, насколько это будет угодно самому развитому миру, а прогресс развивающихся стран не несет угрозы монополярному мировому устройству.
И, наконец, шестой фактор, на котором следует остановиться, состоит в абсолютной технологической, интеллектуальной и культурной зависимости развивающихся стран от развитого мира. Все государства, направившиеся по пути "догоняющего" развития, имеют отрицательное сальдо в балансе торговли технологиями со странами Запада. Неразвитость среднего класса не дает возможности сформироваться слою людей, которые восприняли бы образованность в качестве значимой ценности и у которых стремление к творческой деятельности сформировалось бы как настоятельная потребность. Хотя сегодня почти все дети в Японии или Южной Корее посещают школу, это, скорее, остается данью традиции, нежели обусловлено внутренними мотивами: если 60 процентов высших менеджеров американских компаний имеют докторские степени, то 30 процентов японских управляющих даже не учились в колледже. В то же время в Китае и Индонезии только 45-50, а в Таиланде - менее 40 процентов молодежи соответствующей возрастной группы посещают среднюю школу. Более того, если во Франции 44 процента выпускников школ поступают в высшие учебные заведения, а в США этот показатель достигает 65 процентов, то в Малайзии он не поднимается выше 12; в результате не более 5 процентов молодежи в возрасте от 20 до 24 лет обучаются в вузах. Индустриальная модель прогресса не делает инвестиции в образование выгодными: если в США в 1973-1987 годах заработная плата мужчины, не закончившего колледж, снизилась на 12 процентов, то в Японии за этот же период лица, имеющие полное среднее образование, увеличили свои доходы на 13 процентов, а фактор повышения квалификации работников оставался последним среди десяти наиболее важных составляющих экономического роста18. Сталкиваясь с ценностями информационного общества, талантливая молодежь из развивающихся стран несомненно отдает им предпочтение: в начале 90-х годов более четверти южнокорейских, трети тайваньских и 95 процентов (!) китайских студентов, обучающихся за границей, не возвращались домой после окончания учебы19. Таким образом, важнейшие задачи, опосредующие становление постиндустриального общества, - радикальное повышение уровня жизни и распространение научных знаний как фундаментальной социальной ценности - в новых индустриальных странах сегодня в лучшем случае поставлены, но далеко не разрешены. Как отмечает Ф.Фукуяма, "централизованные хозяйственные системы, достаточно эффективные для достижения уровня индустриализации, соответствовавшего европейскому образцу 50-х годов, проявили свою полную несостоятельность при создании такого сложного организма, как "постиндустриальная" экономика, в которой информация и новаторство играют определяющую роль"20. Тот источник экономического взлета, который был столь эффективно применен западными державами в 90-е годы, остался этим странам практически не известен.
Таковы основные моменты, обусловливающие несамодостаточность модели "догоняющего" развития и делающие ее внутренне противоречивой, неспособной вывести развивающиеся страны из-под диктата постиндустриальных держав. Несколько особняком в этом ряду стоит еще одна важная характеристика, общая для всех стран, избравших подобный путь развития. Она проистекает из всех рассмотренных факторов и в то же время обусловливает их; поэтому мы не можем поставить ее в один ряд с ними и исследовать вне контекста каждой страны. Мы имеем в виду особую роль государства, неизбежно присутствующего в любой мобилизационной системе развития. Его вмешательство в экономическую жизнь развивающихся стран происходило по целому ряду направлений и отмечается в контексте всех рассмотренных нами факторов. Именно государство, находясь у истоков "догоняющего" развития, определяло важнейшие приоритеты хозяйственной политики; достаточно вспомнить, как в начале 60-х годов Министерство внешней торговли и промышленности Японии создало объединение, в которое вошли такие гиганты, как "Сони", "Хитачи", "Тошиба", NEC и "Ми-цубиси", и выдало новому консорциуму гигантский льготный кредит, что положило начало японской компьютерной индустрии. Именно оно поощряло недопотребление, инициируя приток средств населения в контролируемые им банки или запуская политику управляемой инфляции. Государство более всего было ответственно за экстенсивные методы индустриального развития, проповедовавшиеся в Азии. Так, корейское правительство осознанно проводило политику дотирования крупнейших предприятий, несмотря на низкую эффективность их деятельности; на Тайване в 80-е годы кредиты на развитие экспортных производств выдавались под проценты вдвое ниже межбанковской ставки и почти в четыре раза ниже средней цены кредитов, сложившейся на рынке. Государство стимулировало приток иностранных инвестиций, и оно же предпринимало меры по ограничению свободной конкуренции на внутренних рынках. И, наконец, государство создало огромную малоэффективную бюрократию (в относительно благополучной Японии, например, на 170 тыс. фермеров приходится 420 тыс. управленческих работников низового уровня и 90 тыс. персонала Министерства по делам сельского хозяйства и рыболовства), которая во многих случаях стала тормозом хозяйственного развития (как в Южной Корее) или прямой угрозой экономической безопасности страны (как в Индонезии). Кризис, начавшийся в странах региона в 1997 году, показал всю неэффективность и нежизнеспособность эта-тистской модели индустриального прогресса, которая еще недавно казалась оптимальной.
* * *
Беглый обзор наиболее фундаментальных проблем, встающих перед странами, которые идут по пути "догоняющего" развития, показывает, что даже те государства, которые дальше других продвинулись в данном направлении, не смогли решить целого комплекса важнейших задач. Среди таковых следует в первую очередь назвать невосприимчивость к научно-техническому прогрессу, пренебрежение к формированию собственной исследовательской базы и переходу к интенсивному типу хозяйственного роста; сохранение крайне высокой зависимости от рынка капиталов и технологий и неспособность развивать производство без всевозрастающего экспорта собственных товаров за рубеж; отсталость социальной структуры, высокая норма сбережений, не позволяющая оформиться современному среднему классу, и наконец, обостряющаяся зависимость от интеллектуального потенциала, находящегося за пределами развивающихся стран.
Все это свидетельствует о том, что залогом успешного развития стран "третьего мира" станет в XXI веке их взаимодействие с постиндустриальным миром и поступательное движение по тому пути, который уже был пройден развитыми державами. Монополярный мир, формирующийся сегодня, определяет и относительно монолинейный путь освоения достижений постиндустриализма. В этой связи мы не можем не уделить особого внимания оценке исторических перспектив России - страны, которая на протяжении последних двух столетий предприняла не одну и не две модернизаторские попытки, принесшие, однако, совершенно неудовлетворительные результаты.
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Фейхтвангер у дверей
Стоит с унылым видом:
– Ах, как бы сей еврей
Не оказался Жидом!
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
«как уст румяных без улыбки, без грамматической ошибки я русской речи не люблю».
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Лекция об Анатолии Гребневе… Понимаете, Андрей, Гребнев был великолепным сценаристом, и, кстати, его книга «Записки последнего сценариста»
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Другое дело, что, может быть, Цвейг не желал подвергаться такому психоанализу, а Набоков уж тем более. Он вообще был принципиальным врагом «венского шамана», как он Фрейда называл, и отзывался о нем, как правило, издевательски.
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Очень много стихов остаются ненаписанными, но про это хорошо сказал один поэт, не буду его называть: «Слуцкий свои плохие стихи пишет, а Самойлов свои плохие стихи просиживает в ЦДЛе». Вот это очень правильно – просидеть плохие стихи в ресторане или провести это время на уроке или в журналистике, – потратить время, которое могло бы уделиться слабой поэзии. В результате пишешь только то, что обязательно, без чего просто задохнешься или перестанешь себя уважать
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
рисовать то, что Хлебников так точно называл виньетками творческого ожидании: это когда ждешь, ищешь слово и набрасываешь что-то в рукописи. Меня еще в детстве поразила точность этой формулы, потому что я всегда рисую на полях.
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
«О поколении шестидесятников и о комиссарских детях вами сказано немало, но ведь и они воспитывали детей в той же нравственности. Себя я отношу к поколению «восьмидесятников», кинувшихся в Перестройку с намерением расчистить страну от гнили. В подкорке у нас были Трифонов, Стругацкие, Хуциев, Эфрос, «Таганка», ну и глубже – культура отцов: Кульчицкий, Коган, Гудзенко. «Восьмидесятники» должны были впитать о правде жизни еще больше отцов, но случилось пожиже. Почему же «восьмидесятники» – третья волна детей революции – так разочарует?»
Игорь, это как раз довольно просто, я об этом довольно много писал. Посмотрев в армии фильм «Завтра была война» (он тогда только что вышел, это была, кажется, первая картина Юрия Кары, чуть ли не дипломная работа его и Натальи Негоды, и всех остальных, там сыгравших), я задался вопросом: почему омерзительная эпоха сталинского террора породила несгибаемое поколение, а эпоха относительной свободы и гуманизма, эпоха 70-х, породила гнилое поколение? Неужели страх может служить орудием воспитания? Но ведь я знал всегда, что страх может служить орудием растления, ничем более. И вот я лет двадцать думал, пока мне не открылось: воспитывает не вектор, а масштаб. Что террор был первосортным и поколение, воспитанное им, было первосортным. А свобода была действительно жидкой, это была полусвобода, это была гибридная эпоха – 70-е годы. И поколение получилось полусвободным и половинчатым во всех отношениях – полуморальным, то есть знающим, где добро, а где зло, но постоянно нарушающим эти границы. Соответственно, сегодня, мне кажется, формируется отличное поколение, потому что эпоха стала беспримесно абсурдной. То есть она уже не гибридная, в ней действительно токсичность достигла уровня 30-х годов.
Это не значит, что она кровава, как в 30-е годы; нет, ведь токсичность эпохи определяется не только количеством жертв – она определяется количеством отступлений от правды, от здравого смысла, от закона человеческого. И поэтому мне кажется, что сегодня у нас есть шанс сформировать, воспитать таким образом новое первоклассное поколение. Потому что среда уже перворазрядна, и она действительно как-то выталкивает, вымывает из себя все сколько-нибудь талантливое. Происходит атака безошибочная, у системы опять заработал спинной мозг (головного у нее нет), у нее есть какая-то чуйка, как это называется в бизнес-кругах, какая-то волшебная интуиция, позволяющая все сколько-нибудь порядочное и симпатичное отторгать на дальних подступах. Так что, к сожалению, поколения воспитываются не террором и не свободой, а именно сортностью, масштабом, той самой чистотой порядка, о которой писал Хармс.
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
А что касается культа этой архаики – понимаете, любая попытка вернуть мертвое, вернуть отмершее всегда приводит к жертвам. Вампир ведь почему кусается? Он кусается не со зла. А только потому, что он может жить за счет только живой крови. Сам-то он мертвый. Даже лучшая, даже превосходная идея, которая воскресает и сознательно начинает использоваться в качестве знамени, лозунга, перспективы и так далее, – даже лучшая идея, воскресая из мертвых, становится вампиром, овампиривается, потому что любой культ прошлого, даже самого славного прошлого всегда приводит к новым жертвам. Потому что мертвый может жить только хватая живого, только за счет живых.
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]20 невероятно жизненных и точных законов Грэйс.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]1. Закон обнуления[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Мозгу необходимо обнуление. Если вы вернулись домой и еле держитесь на ногах, а сделано только четырнадцать дел из двадцати восьми запланированных на сегодня, если вы уселись и сидите, тупо глядя перед собой в пустоту, то не вините себя за неэффективность! Мозг не может бесперебойно выполнять ваши распоряжения. Собой ему тоже необходимо заняться. Должен же он навести порядок во всех тех ошмётках, что вы в него понакидали. В это время нужно отсутствие всякой информации извне. Мозг «очищается» в это время. Это и есть обнуление. Даже почва перестаёт быть плодородной, когда в седьмой год ей не дают отдохнуть, а заставляют рождать снова. Это делает её бесплодною рабыней. Да здравствует обнуление![/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]2. Закон ложной доброты[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Нам только кажется, что мы помогаем, решая чужие проблемы. Мы усугубляем их. Когда мы силком тащим алкоголика лечиться, то лишь продлеваем его агонию и тратим собственное время. Он запьёт снова, а мы станем считать его неблагодарной свиньёй, вместо того, чтобы спросить себя, стоит ли вообще метать жемчуг. Человек должен решить свои проблемы САМ. Он вырастает по мере того, как вырастает его арсенал решения проблем.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]3. Закон показательности мелочей[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Как человек проявляет себя в мелочах – таков он и есть! Он может быть щедр по-царски, но раз в году, а мелочная натура проявляется в мелочах ежедневно, поэтому мелочи куда более показательны.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]4. Закон зародышей[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Существуют зародыши явлений и событий. Хотя эти зародыши и не живые, но обладают способностью к размножению. Одна оставленная чашка повлечёт за собой гору немытой посуды. Одна надпись на свежевыкрашенном заборе скоро не останется в одиночестве – весь забор будет исписан. Как воспользоваться законом зародышей? Все неблагоприятные явления и события нужно распознавать в зародыше. Зародыши всего дурного нужно уничтожать. Если какое–то жизненное явление Вам не по душе – устраните его зародыш. Гораздо проще растопить снежинку, чем остановить снежный ком.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]5. Лучше недо- , чем пере-[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Это касается абсолютно всего. Например, если произносите речь, то закончите её до того, как люди устанут. Гёте говорил: «Тайна скучного заключается в том, чтобы сказать всё». Пошли на свидание – проститесь чуть раньше, чем это захочет сделать Ваш партнёр. Уходите из гостей прежде, чем они затоскуют по одиночеству. Помните: лучше недо-, чем пере-…[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]6. Закон общей упряжки[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Две лошади в одной упряжке в состоянии сдвинуть с места 15 тонн. А вот каждая из них по отдельности – только 3 тонны. Впрягайтесь в дела не меньше, чем по двое, – и будете эффективны. «Нитка, втрое скрученная, не скоро порвётся».[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]7. Закон волшебного слова[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Оказывается, волшебное слово – «НЕТ», а вовсе не «пожалуйста». Многих проблем можно избежать, если научиться отказывать людям. Не проводить время в пустом общении «из вежливости». Не давать денег в долг, когда Вам не хочется этого делать. Это куда лучше, чем страдать по поводу того, вернут или нет. Дайте то, что можете подарить, а в долг не давайте. Гёте говорил: «Хочешь потерять друга – дай ему денег в долг». Я обнаружила интересный феномен. Когда человек аргументированно отказывает, то его самооценка повышается, возрастает уважение к себе. Люди боятся отказывать. А знаете почему? Они боятся не понравиться! А всем не угодишь. Учитесь переживать спокойно чужие негативные эмоции по поводу Вашего отказа. Если сразу сказать «НЕТ», то аргументировать отказ уже будет легче. Отказывайте легко.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]8. Закон ложности идеальных условий[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Никогда не будет идеальных условий. Глупо, конечно же, отрицать, что благоприятные обстоятельства изредка случаются. Ещё реже кому-то хватает мудрости воспользоваться ими. Отчасти потому, что возможности скрываются под личиной проблем, которые нужно решать.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]9. Закон предложения[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Одному человеку, назовем его Михалычем, хотелось поменять свой мотоцикл на новый, более современный. Михалыч подал объявление в газету о том, что продаётся мотоцикл, поскольку всей суммой на покупку нового он не располагал. Модель была пятьсот лохматого года, поэтому звонков по объявлению не поступало, но в конце недели один человек всё же позвонил. Михалыч встретился с ним, и тот предложил ему очень скромную цену, примерно триста долларов, сказав, что этот мотоцикл можно только пустить на запчасти. Михалыч стал возмущаться и говорить, что продаст его как минимум за тысячу. Клиент со вздохом ушёл, и видно было, что он не ломается, а действительно не готов заплатить больше, причём оставил Михалычу свой телефон со словами: «Если всё же надумаете, позвоните мне». Михалыч и не думал менять своё мнение в отношении старого коня и звонить не стал. Клиент сам перезвонил через пару дней и снова предложил триста долларов, но Михалыч отказался. Ещё через неделю, когда Михалыч поздно вечером выходил из офиса, он долго не мог вспомнить, куда поставил мотоцикл, пока, наконец, не сообразил, что его угнали. Предложения делают неспроста. Судьба таким образом часто проявляет о нас заботу.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]10. Закон однажды налаженного[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Однажды налаженное отлично работает![/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]11. Закон компенсации[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Не бывает всего одновременно! Можете ли вообразить?.. Жена: красавица, маникюр, причёска, пироги дома не пересыхают, в постели с мужем – чудеса изобретательности и страсти; дети купаются во внимании; гениально поёт, развлекает гостей игрой на рояле; здоровая – ну просто кровь с молоком; покладистая, характер шёлковый, встречает улыбкой, гениальная поэтесса, удачливая бизнес-леди, идеальный друг… Не бывает всего одновременно, поэтому Наполеон боялся кошек, Чайковский ел бумагу и плакал до десяти раз на дню, Суворов часто прикидывался дурачком, Шиллер на полном серьёзе клал в стол гнилые яблоки для прикорма музы, а Бах швырял в органиста париком, когда тот фальшивил. Если в чём-то одном человек достиг существенных успехов, то в другом у него обычно бывает недобор. Но человек ценен не столько отсутствием пороков, сколько наличием достоинств.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]12. Закон влияния[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Окружение влияет на то, каким станет человек. В медицине есть такое понятие: норма реакции. Очевидно, что кому-то предопределено быть стройнее, кому-то – полнее. Но даже и в пределах понятия о полноте можно быть полненьким симпатягой, а можно – обрюзгшим и распустившимся до уродства. При одной и той же генетике, заметьте. Это и называется нормой реакции. Даже если человек не рвёт звёзд с неба, то и у него есть некий запас этой самой нормы реакции. В одном окружении он станет развитым (пусть даже относительно), а в другой – примитивным. Окружение влияет на многое, если не на всё. Мы превращаемся в тех, кто рядом с нами, и гораздо реже превращаем окружающих в себя.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]13. Закон креста[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Крест каждому даётся в строгом соответствии с его спиной.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]14. Закон полярной реакции на талант[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Талантливые люди всегда вызывают полярные реакции: либо восторг, либо ненависть. Их невозможно воспринимать равнодушно. Их невозможно не замечать, игнорировать. Их невозможно забыть. Их помнят, их любят, их ненавидят, о них думают, им завидуют. Поэтому, если вы талантливы, то не надейтесь на всеобщее одобрение. Враги будут уже потому, что не все таланты достались им.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]15. Закон «Не твои люди»[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Не твои люди всё равно от тебя уйдут.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]16. Закон общей памяти[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Больше всего людей связывает общая память на события и всякие там пуды соли. На общей памяти базируется привязанность и в изрядной мере спокойная стадия продолжающейся любви. Таким образом, попадание в память связывает людей. Хотите доброй привязанности – попадите в память добром.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]17. Закон привязки мыслей к ближнему[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Человек, который находится поблизости от нас, заставляет думать о себе, даже если он нам не интересен. В этом опасность близости никчёмных людей.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]18. Закон неизбежности потерь[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Во всём, что человек делает, он допускает промахи. Поэтому потери неизбежны. Потери – неизбежны, господа! Зная это, не следует огорчаться слишком сильно. На многое, но не на всё мы можем повлиять. Есть общие законы мироздания. Мы не можем быть идеальными, и наши действия – тоже. Неизбежность потерь принимайте со смирением. Пожалуй, оно нужно только здесь.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]19. Закон половинок[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Любую картину мира, любое дело можно символически разделить на половинки, которые взаимно дополняют друг друга. Половинки можно назвать начальными и конечными. Задать тон начальной половинке ещё возможно, а вот если она материализовалась, то конечная половинка начинает «дорисовываться» словно сама собою. В этом и суть управления ситуацией. Вы можете задавать начальную половинку, чтобы получить желаемый конечный результат. Для закрепления этой мысли приведу иллюстрацию. Вы, наверное, пытались понять, почему некоторые люди вызывают у окружающих реакции восхищения и обожания? Они ведут себя так, словно не могут не понравиться. Если нужно произносить речь, то весь их вид показывает: я готов к аплодисментам, и люди начинают аплодировать, дорисовывая вторую половинку. Они смотрят так, словно ждут реакции обожания, – и люди начинают вначале смотреть заинтересованно, потом влюбляются. Задавайте правильную начальную половинку, и успех гарантирован.[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]20. Закон правильных поступков[/font]
[font="Helvetica Neue", Tahoma, Arial, Verdana]Если человек поступает правильно, то его дела идут с каждым днём всё лучше и лучше.[/font]
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
...сползу с коня, раскину руки.
Стрела дрожит от ветерка.
За крепкий сон, за краткость муки
Спасибо, меткая рука.
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
...Столько дорог пустынных исхожено
С тем, кто мне не был мил,
Столько поклонов в церквах положено
За того, кто меня любил...
Стала забывчивей всех забывчивых,
Тихо плывут года.
Губ нецелованных, глаз неулыбчивых
Мне не вернуть никогда.
| | Комментариев: 0 | |
|
| |
Цвет небесный, синий цвет
Полюбил я с малых лет.
В детстве он мне означал
Синеву иных начал.
И теперь, когда достиг
Я вершины дней своих,
В жертву остальным цветам
Голубого не отдам...
| | Комментариев: 0 | |
|
{"0":false,"o":30} |
{"0":false,"o":30} |
ОТЗЫВЫ 760 852
