Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Константин Бальмонт

ЛИТУРГИЯ КРАСОТЫ

СТИХИЙНЫЕ ГИМНЫ

Вся Земля — моя, и мне дано пройти по ней.

Аполлоний Тианский

«Люди Солнце разлюбили, надо к Солнцу их вернуть…»

Люди Солнце разлюбили, надо к Солнцу их вернуть,

Свет Луны они забыли, потеряли Млечный путь.

Развенчав Царицу-Воду, отрекаясь от Огня,

Изменили всю Природу, замок Ночи, праздник Дня.

В тюрьмах дум своих, в сцепленьи зданий-склепов,

                                       слов-могил

Позабыли о теченьи Чисел, Вечности, Светил.

Но качнулось коромысло золотое в Небесах,

Мысли Неба, Звезды-Числа, брызнув, светят здесь

                                       в словах.

Здесь мои избрали строки, пали в мой журчащий стих,

Чтоб звенели в нем намеки всех колодцев неземных.

Чтоб к Стихиям, людям бледным, показал я светлый

                                              путь,

Чтобы вновь стихом победным, в Царство Солнца всех

                                           вернуть.

ПРАЗДНИК СЕРДЦА

Каждое утро, душа, ты найдешь у двери своего дома весь мир. 

Диего де Эстелья

МОЙ ЗАВЕТ

Я не устану быть живым,

Ручей поет, я вечно с ним,

Заря горит, она — во мне,

Я в вечно творческом Огне.

Затянут в свет чужих очей,

Я — в нежном золоте лучей,

Но вдруг изменится игра,

И нежит лунность серебра.

А Ночь придет, а Ночь темна,—

В душе есть светлая страна,

И вечен светоч золотой

В стране, зовущейся Мечтой.

Мечта рождает Красоту,

Из нежных слов я ткань плету,

Листок восходит в лепесток,

Из легких строк глядит цветок.

Мгновений светлый водопад

Нисходит в мой цветущий сад,

Живите ж все, любите сон,—

Прекрасен он, кто в Жизнь влюблен.

ТРИ СТРАНЫ

Строить зданья, быть в гареме, выходить на львов,

Превращать царей соседних в собственных рабов,

Опьяняться повтореньем яркой буквой я,—

Вот, Ассирия, дорога истинно твоя.

Превратить народ могучий в восходящесть плит,

Быть создателем загадок, сфинксом Пирамид,

И, достигши граней в тайнах, обратиться

                                      в пыль,—

О, Египет, эту сказку ты явил как быль.

Мир опутать светлой тканью мыслей-паутин,

Слить душой жужжанье мошки с грохотом лавин,

В лабиринтах быть как дома, все понять,

                                     принять,—

Свет мой, Индия, святыня, девственная мать.

Много есть еще созданий в мире Бытия,

Но прекрасна только слитность разных ты и я,

Много есть еще мечтаний, сладко жить в бреду,—

Но, уставши, лишь к родимой, только к ней

                                       приду.

САМОУТВЕРЖДЕНИЕ

Я знаю, что Брама умнее, чем все

                            бесконечно-имянные боги.

Но Брама — Индиец, а я — Славянин. Совпадают ли

                                        наши дороги?

О, Брама — Индиец, а я — Скандинав,

                           а я -Мексиканец жестокий,

Я — Эллин влюбленный, я — вольный Араб,

                     я — жадный, безумный, стоокий.

Я — жадный, и жить я хочу без конца, не могу я

                                 насытиться лаской.

Не разум люблю я, а сердце свое, я пленен

                              многозвучною сказкой.

Все краски люблю я, и свет Белизны не есть для

                                   меня завершенье.

Люблю я и самые темные сны, и алый цветок

                                      преступленья.

Оранжевый, желтый, и красный огонь мне желанен,

                              как взор темно-синий.

Не знаю, что лучше: снега ли вершин или вихри

                               над желтой пустыней.

И стебель зеленый с душистым цветком —

                       прекрасен, прекрасна минута.

Не странно ли было б цветку объявить, что он

                         только средство к чему-то.

И если ты викинга счастья лишишь — в самом

                         царстве Валгаллы рубиться,

Он скажет, что Небо беднее Земли, из Валгаллы

                                 он прочь удалится.

И если певцу из Славянской страны ты скажешь,

                                что ум есть мерило,

Со смехом он молвит, что сладко вино,

                            и песни во славу Ярила.

К СЛАВЯНАМ

Славяне, вам светлая слава,

За то, что вы сердцем открыты,

Веселым младенчеством нрава

С природой весеннею слиты.

К любому легко подойдете,

С любым вы смеетесь как с братом,

И все, что чужого возьмете,

Вы топите в море богатом.

Враждуя с врагом поневоле,

Сейчас помириться готовы,

Но, если на бранном вы поле,

Вы тверды и молча суровы.

И снова мечтой расцвечаясь,

Вы — где-то, забывши об узком,

И светят созвездья, качаясь,

В сознании Польском и Русском.

Звеня, разбиваются цепи,

Шумит, зеленея, дубрава,

Славянские души — как степи,

Славяне, вам светлая слава!

КОЛИБРИ

Колибри, птичка-мушка, бесстрашная, хоть малая,

Которой властью Солнца наряд цветистый дан,

Рубиновая фея, лазурная, и алая,

Сманила смелых бросить родимый их Ацтлан.

Веселым пышным утром, когда Весна багряная

Растит цветы, как солнца, как луны, меж ветвей,

Летунья щебетнула: «Тиуй, тиуй,» — румяная,

Как бы цветочно-пьяная,—«Тиуй, — идем, скорей!»

В тот миг жрецы молились, и пение жемчужное

Лазурно-алой феи услышали они,

Пошел народ бесстрашный, все дальше, в царство

                                              Южное,

И красной лентой крови свои обвил он дни.

И Мексика возникла, виденье вдохновенное,

Страна цветов и Солнца и плясок и стихов,

Безжалостность и нежность, для грезы—сердце

                                            пленное,

Сын Бога—жертва Богу, земной—среди богов.

Дабы в Чертогах Солнца избранник знал забвение,

Ему исторгнуть сердце агатовым ножом:—

Разбей земные лютни, забудь напев мгновения,

Там в Небе — Девы Солнца, Бог Семицветник

                                             в нем.

Богиня Белой Жатвы, Богиня Звездотканности,

Бог Пламя, Бог Зеркальность, Богиня Сердце Гор…

1
{"b":"98534","o":1}