Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Хорошо ли вы известны группе Блумсбери, к примеру?[122]

Майкл нахмурился:

— Я?.. Блумсбери?

— К моему сожалению, наша переписка прервалась несколько лет назад, но мы с Вирджинией некогда были очень близки. И с моей дорогой Уинифред, разумеется. Уинифред Холтби. Вы знакомы с ее работами?

— Да, я…

— Знаете, если бы это как-то могло помочь вашей карьере, я с легкостью представлю вас интересным людям. Я располагаю определенным влиянием на мистера Элиота. Сказать по правде, если вы, конечно, способны хранить секреты… — тут она понизила голос до шепота, — …мне рассказывали, что он был в меня довольно сильно влюблен.

— Вы имеете в виду… Т. С. Элиота? — запнувшись, вымолвил Майкл. Автора «Бесплодной земли»?[123]

Табита рассмеялась звонко и мелодично:

— Ах вы глупенький! Вы разве не слыхали? Он уже много лет как почил в бозе!

Майкл тоже неуверенно хохотнул:

— Да, разумеется.

— Надеюсь, вы не позволите себе насмешек над пожилой леди. — И Табита игриво ткнула его вязальной спицей под ребра.

— Кто? Я? Ну что вы.

— Я имела в виду, — объяснила старушка, — мистера Джорджа Элиота. Автора «Миддлмарча» и «Мельницы на Флоссе».[124]

Табита вновь взяла в руки свой клубок и принялась за вязание; с лица ее не сходила милостивая улыбка. Ошарашенное молчание Майкла она смогла прервать, лишь неожиданно сменив тему разговора:

— Когда-нибудь летали на «Торнадо»?

* * *

Ужин в Уиншоу-Тауэрс в тот вечер отнюдь не был жизнерадостным событием и состоял, по существу, из холодного мяса, пикулей, сыра и посредственного «шабли». За столом собралось лишь восемь гостей: Генри с Марком предпочли остаться в комнате наверху и посмотреть по телевидению новости. Похоже, оба с минуты на минуту ожидали объявления американского воздушного удара по Саддаму Хусейну. Остальные скучились с одного края огромного стола: негостеприимную столовую продували сквозняки, радиаторы почему-то не работали, а в электрической люстре не хватало нескольких лампочек. Какое-то время все ели почти в полной тишине. В такой обстановке Майкл никак не мог завести разговор с Фиби наедине, а самим Уиншоу, похоже, сказать друг другу было уже нечего. Несмолкаемый вой ветра и грохот дождя по подоконникам тоже не поднимали настроения.

Скуку прервал громкий стук в парадную дверь. Немного погодя все услышали скрип створки и какие-то голоса в холле. Шаркая, в столовую вошел Гимор и сообщил — ни к кому в особенности не обращаясь:

— Там снаружи некий господин утверждает, что он из полиции.

Майкл подумал, что известие прозвучало довольно драматично, однако остальные не выказали интереса. В конце концов Дороти, сидевшая ближе всех к двери, поднялась со своего места со словами:

— Наверное, нужно с ним поговорить.

Майкл вышел за нею следом в холл, где их встретил спустившийся по Большой лестнице Марк.

— Что тут еще такое? — спросил он.

Заросшая густой бородой личность неопределенного возраста со лбом, напоминающим очертаниями кувалду, в промокшей насквозь полицейской форме представилась сержантом Кендаллом из близлежащего сельского участка.

— Ей-кляту! — воскликнул он на местном диалекте, практически недоступном пониманию Майкла. — В такую ночку хорошо бы всем в постельках лежать, в одеяльца укутанным, а не по делам мотыляться.

— Чем мы можем помочь вам, сержант? — спросила Дороти.

— Я это… не намеревался вас беспокоить, мадам, — ответил полицейский, — но подумал, что лучше бы, однако, предупредить.

— Предупредить? О чем же?

— С вами здесь сегодня остается на ночлег некая мисс Табита Уиншоу, я полагаю?

— Совершенно верно. А что в этом такого?

— Ну, знаете, я полагаю, это… в больнице, где обычно проживает мисс Уиншоу, много весьма опасных типов содержится — душевных больных, понимаете? — причем в условиях строжайшей изоляции.

— И что с того?

— Похоже, сегодня там случился побег и одному удалось ускользнуть жестокому головорезу, никак не меньше, убийце беспощадному и бесстыжему. Ейкляту! Ежели кто ему в такую ночку на пути попадется, так за его жизнь и гроша ломаного не дашь.

— Но, сержант, ведь клиника находится более чем в двадцати милях отсюда. Подобный инцидент, разумеется, не может не тревожить, но едва ли это дело касается нас.

— Весьма опасаюсь, что касается. Видите ли, транспорт, посредством которого он совершил свой побег, — не что иное, как та машина, что доставила сюда мисс Уиншоу. Хитрый малый, должно быть, спрятался в багажнике. А это, по всей вероятности, означает, что он до сих пор где-то здесь. В такую погоду он не мог уйти слишком далеко.

— Давайте расставим все по местам, сержант, — заговорил Марк Уиншоу. В сущности, вы хотите сказать, что у нас в поместье на свободе бродит опасный маньяк?

— Ну вот да — примерно это я и хочу вам сказать, сэр.

— И как же вы предлагаете нам приспособиться к такому прискорбному положению дел?

— Ну, паниковать, сэр, нет никакого резона. Таков мой первый совет. Без паники — что бы вы ни делали. Просто примите меры предосторожности: заприте все двери в доме — на засовы, если это возможно, — в сад выпустите нескольких собак, вооружитесь чем сможете — ружьями, пистолетами, всем, что у вас тут найдется. Оставьте в каждой комнате гореть свет. Но что бы вы ни делали — не паникуйте. Эти твари чуют страх, понимаете? Нюхом чуют. Успокоив их таким образом, сержант вновь утвердил на голове фуражку и двинулся к выходу. — А я, пожалуй, поеду, если вы не против. Меня напарник в машине ждет, а нам сегодня еще несколько домов объехать нужно.

Выпроводив его — и впустив внутрь потоки дождя и круговерть сорванных листьев, — Марк, Дороти и Майкл вернулись в столовую и сообщили остальным это чрезвычайное известие.

— Похоже, вот и конец восхитительному вечеру, — сказала Хилари. Теперь нам предстоит ночевать тут с Норманом Бейтсом[125] за компанию, да?

— Даже теперь, наверное, есть еще возможность уехать, — пробормотал мистер Слоун, — если кто-нибудь согласится рискнуть.

— Я ведь могу поймать вас на слове, — заметила Дороти.

— Невероятно, что кто-то из моих соседей способен на такие мерзости, произнесла Табита себе под нос. — Все казались такими тихими и приятными людьми.

Некоторые из ее родственников отчетливо фыркнули при этих словах.

— Кстати сказать, знаете ли, вы можете оказаться недалеки от истины, повернулся к Хилари Майкл. — Не знаю, как насчет Нормана Бейтса, но ведь существуют фильмы, где происходят именно такие вещи.

— Как то?

— Ну, например, «Кот и канарейка». Кто-нибудь смотрел?

— Я видел, — ответил Томас. — Боб Хоуп и Полетт Годдард.[126]

— Он самый. Всех членов семьи созывают в уединенный старый дом на оглашение завещания. Разражается сильная буря. И появляется полицейский офицер, который предупреждает собравшихся, что в окрестностях бродит убийца.

— И что же происходит с членами этой семьи? — спросила Фиби, впервые посмотрев Майклу прямо в глаза.

— Их убивают, — спокойно ответил тот. — Одного за другим.

Раскат грома, раздавшийся вслед за этим заявлением, был громче предыдущих. За ним повисла долгая пауза. Похоже, слова Майкла произвели сильное впечатление; только Хилари казалась решительно безмятежной.

— Ну, если честно, я не вижу, о чем мы должны беспокоиться, — сказала она. — В конце концов, вы — пока единственный из нас, на кого напали.

— Ох, бросьте, — ответил Майкл. — Мы же все прекрасно знаем, что это была случайность. Вы же не хотите сказать, что…

— Вы не возражаете? — резко прервал его Родди. — Я начинаю находить общее течение беседы почти таким же безвкусным, как этот проклятый «стилтон».

вернуться

122

Общеупотребительное название группы английской интеллигенции, активной в первой четверти XX в., в которую входила писательница Вирджиния Вулф (1882–1941). Упоминаемая ниже Уинифред Холтби (1898–1935) — английская писательница, феминистка, в саму группу никогда не входила, но в 1932 г. издала первую монографию о творчестве В. Вулф. Ирония заключается в том, что как более-менее организованная группа блумсберийцы прекратили свою деятельность к началу Второй мировой войны.

вернуться

123

Томас Стернз Элиот (1888–1965) — британский поэт, критик, драматург и писатель. Родился в Америке, был близок к блумсберийцам. В 1948 г. получил Нобелевскую премию по литературе. Поэма «Бесплодная земля» опубликована в 1922 г.

вернуться

124

«Джордж Элиот» — литературный псевдоним английской писательницы Мэри Энн Эванс (1819–1880), работавшей в реалистической традиции и оказавшей влияние, в частности, на французскую натуралистическую школу. Среди прочих, ее романами восхищалась Вирджиния Вулф. «Мельница на Флоссе» (1860) и «Миддлмарч» (1871 — 1872) — два из самых известных романов Дж Элиот.

вернуться

125

Персонаж фильма «Психопат» (1960) американского режиссера сэра Альфреда Джозефа Хичкока (1899–1980).

вернуться

126

Ремейк фильма американского режиссера Пола Лени (1927), снятый в 1939 г. Эллиоттом Ньюджентом, считается классикой комедийного хоррора. Боб Хоуп (Лесли Тоуэнс Хоуп, р. 1903) — знаменитый американский комический актер британского происхождения. Полетт Годдард (Марион Леви, 1911 — 1990) — популярная американская актриса.

99
{"b":"98513","o":1}