Annotation
Кит Миллер проглотил медиаимперию Херстов, унизил Маккарти в прямом эфире и вернулся из Москвы с эксклюзивом, которого нет ни у кого на планете.
А теперь в его офисах ФБР ведет обыски. Девятый том «Ловеласа» — о том, как дорого стоит быть самым умным человеком в Штатах.
Ловелас. Том 9
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Ловелас. Том 9
Глава 1
Ордер был на двух страницах, и я прочитал его трижды.
Первый раз — не понимая ни слова, потому что глаза шли по строчкам, а в голове вместо букв стучало что-то другое. Три грозные буквы. FBI. Второй раз — по диагонали, выхватывая имена и цифры. И только на третий начал видеть.
Окружной суд Соединённых Штатов, Южный округ Калифорнии. Ордер на обыск помещений по адресу бульвар Уилшир, занимаемых издательством «Ловелас». Основание: нарушение раздела восемнадцатого Свода законов, статьи тысяча четыреста шестьдесят второй. Подлежат изъятию: документы отдела распространения, договоры перевозки, накладные, внутренняя переписка, фотографические негативы и отпечатки.
Подпись судьи. Дата — сегодняшняя.
То есть пока я ел устриц в Санта-Монике, эта бумага уже лежала подписанная.
— Я же имею право сделать звонок адвокату? — поинтересовался я у агента
— Конечно, сэр — согласился О’Коннор, начиная рыться в ящике переговорки. Где не было вообще ничего интересного.
— Все будет хорошо! — улыбнулся я бледным сотрудникам, набирая номер Штейна — Мы такое уже проходили, издержки нашей профессии.
Штейн примчался через пять минут, я засекал. Со всей своей компашкой начальников отделов — «Шац, Кац и Альбац».
Первым делом он представился, показал лицензию, сказал, что является защитником мистера Миллера и редакции Ловеласа. Приставил к каждому, кто капался в документах по своему сотруднику. Следить. Второе — изучил ордер. Читал медленнее меня. Потом попросил разрешения переговорить с клиентом наедине, получил отказ, кивнул — так кивают, когда услышали ровно то, что ждали, — и увёл меня в угол переговорной, где нас всё равно слышали, зато хотя бы не в лицо.
— Что это? — спросил я.
— Тысяча четыреста шестьдесят вторая. Перевозка непристойных материалов между штатами.
— Почта?
— Нет. Почта — соседняя статья и совсем другая война. Эта — про самостоятельную перевозку. Родом от Комстока, потом расширена, в сорок восьмом перекодирована. До пяти лет.
— Аарон, причём тут мы? Комсток — это про почту!
— При том, что мы почту обошли. — Он поправил очки. — Сорок два города, свои машины, свои водители. А закон говорит буквально следующее: виновен тот, кто сдаёт непристойный материал экспресс-компании или иному общественному перевозчику. Общественному. А под это определение они могут подтянуть что угодно, в законе четкого описания нет. Вот решили, что мы общественный перевозчик, получи и распишись.
— Что они ищут?
— Не журналы. Ловелас в киосках, за ними не ходят с ордером. — Аарон загнул палец. — Первое: юрисдикцию. Путевые листы, накладные, договоры, графики отгрузок. Второе, и это хуже, — умысел. Любую бумагу, из которой следует, что мы возили машинами не из экономии и не из-за проблем с почтой, а чтобы обойти федеральный закон.
— Откуда у нас такая бумага?
— Не знаю. — Он пожал плечами — Будем за ними внимательно следить.
Мы вышли из угла.
В переговорной по-прежнему сидели двадцать человек с руками на столе. Берни снял очки и держал их в кулаке. Долли строила глазки агенту, тот ее игнорил. Синклер, единственный, сидел прямо и злился, и я поймал его взгляд и чуть качнул головой: не сейчас. Ларри был совсем бледный. Вот не умеет он держать удар. А ведь перевозки и логистика были на нем! Как он себя поведет? Вопрос.
Гвидо стоял у стены. Из всех людей в этой комнате он один точно знал, что нужно делать в такой ситуации, и делал это: ничего.
Искали два с половиной часа.
И не рылись наугад. Двое пошли сразу в отдел распространения, к конкретным шкафам. Мы пошли за ними, потребовали заносить в протокол все изъятые документы.
Нашли в начале шестого.
Я понял это по тому, как агент вышел в коридор и позвал старшего — не крикнул, а позвал, коротко, по фамилии. Потом они стояли вдвоём над раскрытой папкой минуты три. Потом старший кивнул.
Заявка от четырнадцатого февраля. Транспортная контора «Мидвест Моторлайнз», Сент-Луис. Триста восемьдесят коробок, маршрут Канзас-Сити — Индианаполис — Цинциннати. Наёмный перевозчик, лицензия межштатной торговой комиссии, всё оформлено, всё законно, и подпись внизу.
Подпись начальника отдела распространения Ларри Крамера. Старший агент ушел звонить, а черз сорок минут приехал курьер, привез ему новый ордер от судьи. На арест Ларри.
Он до последней секунды не понимал, что происходит.
— Я? Но почему я⁈
Его повели через приёмную. При всех.
Я успел перехватить всех в дверях.
— Ларри! Три вещи, быстро. Ты не подписывал ничего незаконного. С тобой будет наш адвокат, и до него ты не произносишь ни единого слова — ни про работу, ни про меня, ни про погоду.
— Похоже не пригодятся мне твои лекции, Кит — губы парня дрожали
— И залог мы внесём сегодня же — продолжал частить я — Ночевать будешь дома. Слышишь?
Он заторможенно кивнул. И посмотрел на меня как человек, которому сказали что-то очень сложное, а переспросить неловко.
— Мистер Миллер, освободите проход — жестко произнес агент
Потом дверь закрылась.
Аарон подошёл и сказал мне на ухо то, до чего я уже додумался сам, но легче от этого не стало.
— Почему не тебя, понимаешь?
— Понимаю.
— Скажи вслух.
— Потому что по этой статье надо доказать, что издатель знал. А знание доказывают через того, кто подписывал. Значит, берут подписанта, держат ночь с преступниками, а утром объясняют ему про пять лет. И спрашивают, чьё распоряжение он исполнял.
— Именно. — Аарон снял очки и потёр переносицу. — Они взяли не преступника, Кит. Они взяли свидетеля обвинения.
* * *
Опись заняла ещё сорок минут. Аарон стоял над плечом у агента и занудно требовал, чтобы каждую коробку с негативами вписали отдельно, с номерами. Агент дважды вздохнул. Я потом сообразил зачем: без поимённой описи вернуть архив через суд нельзя, а без архива не выйдет ни один следующий номер.
А репортёров у входа было уже человек сорок.
Было ясно, что им кто-то сообщил о происходящем.
Ну что ж. В эту игру я, кажется, кое-что умею.
Я вышел на крыльцо, и вспышки ударили все разом. Среди чужих камер стояла моя — оператор HTV, приехавший потому, что моё же телевидение работает через квартал и у них в редакции приёмник настроен на полицейскую волну.
Я дождался тишины и заговорил ему в объектив, мимо всех остальных.
— Сегодня агенты Федерального бюро расследований изъяли из редакции материалы июльского номера «Ловеласа». В этом номере опубликованы: рассказ Эдгара Аллана По, рассказ Ги де Мопассана, новелла современного американского автора, интервью с чемпионом мира по боксу и очерк по истории Мексики. — Я сделал паузу. — Я прошу федеральное правительство Соединённых Штатов уточнить, какое именно из перечисленных произведений оно считает непристойным. Чтобы редакция могла принять меры.
Развернулся и ушёл.
Кто-то крикнул мне в спину вопрос про арестованного сотрудника. Я не ответил. Ответ у меня был, но такой, который печатать нельзя.
