Мерлин пощёлкал клавишами, выводя на экран какую-то таблицу. — При использовании внешней антенны мощности должно хватить для покрытия радиуса до восьми километров. Получается, здесь у тебя полноценный программно-аппаратный комплекс с приёмником, передатчиком и модулем имитации сигнала. Он не глушит — он подменяет. Тот, кто это разработал, — гений. И он отлично понимал, что делает.
— Мне всё это ни о чём не говорит, — парировал Тень. — Главное, ответь: ты сможешь с ним работать?
— Да я-то смогу, — хакер усмехнулся. — Но вот буду ли? Я так думаю, что нет… Потому что со всем, что ты принёс, мы станем либо очень богатыми, либо очень мёртвыми.
Он ненадолго задумался, как будто вспоминая что-то, а потом продолжил: — Ты в курсе моих расценок? Тень мотнул головой.
— Это хорошо. В любом случае тебе пришлось бы о них забыть. Потому что за такую работу я возьмусь минимум за три миллиона кредитов. Хакер откинулся на спинку стула. Он был уверен, что сейчас этот странный тип либо свалит, либо начнет торговаться. Но Тень лишь утверждающе кивнул.
— Тогда половину авансом до начала дела! Или выметайся со своими устройствами, — выпалил Мерлин, теряя былую уверенность.
Взгляд Тени на секунду остекленел, зрачки его кибероптических имплантов налились ровным синим светом — он подтверждал перевод через внутренний нейроинтерфейс. Прежде чем транзакция подтвердилась, перед его внутренним взором — как и у всех, кто пользовался системой корпоративных платежей, — на секунду высветился уровень лояльности получателя: 747 из 1000.Такой рейтинг имели врачи с допуском к топ-менеджерам, артисты на контракте с корпорацией, офицеры службы безопасности. Но не подпольные хакеры из трущоб! Тень уже собирался спросить: «Как?», но Мерлин перехватил его взгляд и усмехнулся: — На этой неделе мне нравится цифра 747. На прошлой была 777. Тоже красивая. Но три семёрки — слишком пафосно, не находишь?
Тень ничего не ответил, но про себя отметил: парень играет с огнём. Но пока, кажется, выигрывает. Спустя секунду голокомм Onion на столе хакера звякнул, подтверждая зачисление.
— И ещё одно, — хвастливо сказал Мерлин. — Меня зовут Мерлин, как волшебника. Потому что я творю магию! А к тебе как обращаться?
Тень немного помедлил, ещё раз осматривая «башню волшебника» со всеми её непонятными, перемигивающимися огоньками приборами, после чего сказал: — Обращайся ко мне «командир». Или Тень.
— Тень? — хакер удивлённо вскинул брови. — Почему?
— По кочану, — отрезал Тень.
Звонкий щелчок — Мерлин закрыл крышку ноутбука, оборвав воспоминание. — Всё, «Призрак» в режиме ожидания, — негромко доложил он. — Как только «Трэкс» войдёт в сектор, устройство перехватит и подменит сигнатуру фуры, её частотный профиль и структуру пакетов. «С.И.Г.М.А.» продолжит получать идеальную картинку движения по маршруту. И если вдруг кто забыл, напоминаю: радиус действия — всего восемь километров! Когда реальная фура остановится, её виртуальный клон начнёт удаляться от нас. Максимум через шесть минут он должен будет выйти из зоны покрытия, но не выйдет. И тогда «С.И.Г.М.А.» поймёт, что её обманули. Тень кивнул:— Помню.
Теперь им оставалось только ждать.
Глава 3. За десять минут до…
До начала операции оставалось всего несколько минут, а Тень всё никак не мог выбросить из головы детали контракта и способы связи с организатором — этой мифической Белой Дамой, или Dama Blanca, как она называла себя в чате. Десятки лет воевавший как за корпорации, так и против них, он прекрасно понимал: по всем инструкциям груз такой важности и стоимости должен сопровождать усиленный вооружённый конвой. Но фура шла в полном одиночестве. Почему? Заказчица сообщила лишь, что руководство «НейроН» пошло на это ради абсолютной секретности. Якобы этот революционный процессор перевозили в новейший исследовательский центр корпорации, расположенный в чаще векового леса, подальше от агентов разведки конкурентов. О том, что внутри лежат не банальные запчасти для ещё не вошедшего в эксплуатацию центра, а будущее «НейроН», могли знать от силы несколько человек в совете директоров. И сама мысль об этом заставляла Тень холодеть. Откуда эта женщина получает сведения? Как она вышла на информатора в Корпорации, да ещё столь высокого ранга? Ведь за раскрытие секретов на таком уровне стирают с лица земли не просто людей — целые города. С его многолетней, вскормленной войной паранойей старый наёмник собирался сразу выйти из игры. Но Белая Дама действовала как гроссмейстер.
Девять месяцев назад, во всё том же зашифрованном шахматном чате, она отправила цифровой пакет данных. Серийные номера и лог-файлы с квантового накопителя — того самого «холодного кошелька», который три года назад бесследно исчез во время легендарного налёта на броневик Центрального депозитария. Dama Blanca не просила верить ей на слово. Она просто доказала, что сто миллионов кредитов, вывезенных тогда в виде физического массива данных, до сих пор находятся у неё. Тень смотрел на логи, но они его не убеждали. «Да мало ли в мире карт сокровищ?» — думал он. Тогда она прислала ещё два сообщения. В первом был подробный, расписанный по минутам план ограбления. Во втором — медицинская выписку. Тень перечитал диагноз.
Три строчки. Имплант ВИНТ-08, официально именующийся «Вспомогательный Интерфейс Наведения Тактический, модель ноль-восемь», установленный в 2008 году капралу снайперского спецподразделения Дмитрию Плетнёву, разрушается. Дегенерация нервной ткани неизбежна. Прогноз: полтора года.
Он знал это уже восемь месяцев. Знал, что Корпорация не признаёт побочные эффекты этого чипа — слишком мало ветеранов доживало до пенсии. Он дожил, вопреки всему. И получил в награду семь тысяч кредитов в месяц. Лечение существовало, но только в медицинском отделении Корпорации. Только там могли удалить чип, который медленно убивал его изнутри. Простое отключение? Эту процедуру страховка покрывала, но она ничего не решало. Врач сказал прямо: такой сценарий продлит ему жизнь на месяц, от силы на два. Не больше. После того как доктора огласили цену — пять миллионов кредитов, Плетнёв посчитал, что с его пенсией это шестьдесят лет абсолютного голодания. И в этот момент Dama Blanca «зашла на второй круг», как говорил его приятель-лётчик. Отправила в зашифрованный чат всего три слова: «Десять миллионов кредитов». Она словно почуяла, что старый наёмник оказался в безвыходном положении, и предложила не просто жизнь, а роскошную — о которой тот не смел и мечтать. Как она узнала о диагнозе? Этого Тень тоже не знал. Но когда тебе предлагают единственный шанс, ты перестаёшь задавать вопросы, даже если подозреваешь ловушку. Он согласился.
Пищащий сигнал наручных часов возвестил: время ожидания истекло.— Что ж, пора. Поскакали, братва, — скомандовал Тень.
Едва прозвучала команда, Физик пришёл в движение. Он с трудом протиснулся через задние створки фургона, рванув на себя сумку с тяжёлым гидродомкратом и оружием. Закинув ремень на широкое плечо, он наконец распрямился в полный двухметровый рост. Но лицо его оставалось хмурым.
— Плохое у меня предчувствие, — буркнул он. — Мы понятия не имеем, что внутри этой жестянки. Командир, тебе обещали чип нового поколения и пустой кузов, а что, если там окажется спецназ?
Тень покосился на него: — Физик, не каркай. Улыбнись лучше, смотри — дождь кончился.
Физик хмыкнул, но промолчал. Привычка подчиняться старшему по званию не позволяла ему развивать эту тему. Но в глубине души Тень и сам понимал, что напарник прав: они шли вслепую.
Глава 4. Солдаты удачи.
Физик и Тень вывели из грузового отсека квадроциклы и вытащили манекены. Пока Мерлин раскладывал складной стол и подключал «Призрака» к ноутбуку и антенне, они, откровенно перестраховываясь (глупая блажь, по мнению Физика), прикрыли импровизированную «базу» маскировочными сетями. Манекены были их ключом к остановке транспорта, «Призрак» обеспечивал время, а квадроциклы — билетом в светлое будущее. Ведь в отличие от автомобилей, которые привязаны к дорогам, квадроциклы могли ехать где угодно. К тому же под кронами деревьев их, в этом Физик был уверен, невозможно было отследить ни со спутников, ни тепловизорами боевых дронов «С.И.Г.М.А.».
