Андрей Белоконь-Борщук
Родился 16 мая 1990 г. в Краснодарском крае, в станице Нововеличковской. В 1998 году поступил в коррекционную школу-интернат для детей-сирот. Окончив девять классов в интернате, он узнал ценность семьи. Пошёл работать в колхоз ООО СПК «Колос», затем стал работать на частников, меняя рабочие места в поиске хорошего заработка. Родители работали в колхозе: отец – столяром, мать – уборщицей в Доме культуры. Писать Андрей начал в 16 лет, но после бросил и занялся спортом – паркуром и стрит-воркаутом, посвятив этому 20 лет. В 2016 году женился. На данный момент является отцом двух дочерей. После смерти матери, чтобы справиться с депрессией, стал слушать аудиокниги и коллекционировать произведения понравившихся авторов современной литературы. В 2025 году попал в сообщество «Шторм», где и начал свою карьеру автора.
Поэт и нищий
– Я тут, – кричал поэт. – Вы, люди, мне не лгите, прошу!
Душа поэта требует дуэта. И тут раздался крик из зала:
– Да что за чушь ты говоришь? Ты целый час бред несёшь! А в твоих стихах лишь запятые, и точки, и этот восклицательный знак, и постскриптум. Прочти внимательно, дурак! А где же в стихах слова?
– Простите, сударь, я оскорблён! Прошу, вы назовитесь и на сцену эту подымитесь. Хочу сказать, что вызываю вас на поэтическую дуэль! Смотрите, люди, что за оборванец! На нём порванная рубаха и дырявые штаны, а на голове пыльная папаха. И это и есть поэт? Вот это, люди, настоящий бред! И этот оборванец стихи мои назвал полным бредом? И этот человек называет себя поэтом!
– Да что ты знаешь о потере и душевной боли? Я, чтоб прийти сюда, и днём и ночью работал в поле, чтоб посмотреть на вас. Вы этот бред называете стихами и так громко разбрасываетесь словами. Вам вид мой не угодил? Поэта не красит разноцветная одёжка. Это лишь книги хорошая обложка, а каково её содержание? Ведь в ней может быть полно гнили, так и человеческая душа прогнить может, если занять царское ложе.
Вы, словно вороны, глазами меня съедаете и, словно шакалы, набросились на поэта. Вы крови моей возжелали, ждёте, пока я прочту стихи, чтобы я услышать мог ваши мнения. А честно оно будет? Ведь в глазах вижу ваших лишь презрение. Вы смотрите на меня снизу вверх, а когда-то и я смотрел на вас этим взглядом.
Вот вы, сударь, разве не помните меня? Я у церкви просил подаяние, а взамен ботинком в нос вы мне дали. Нет чтобы извиниться, так ваша дама плюнула мне в лицо, а вы, мужчина в синем пиджаке, вы наступили мне на руку, когда я подымал жалкие гроши.
И вы все ждёте, пока я прочту стихи о любви, боли и страдании? А есть у вас в душе хоть немного чувств, этих пониманий? Ведь вы давно утонули в кошельках и ради любви купаетесь в деньгах.
Плевать я хотел на ваше мнение, и не нужны мне ваши сожаления. Лишь мать до последних дней любовью меня согревала и по ночам стихи читала. Я мечтал стихи матери на этой сцене прочитать, своё творчество я тоже жаждал прочитать. Но вам давно на меня плевать, ведь правду говорила мать, что общество давно прогнило и про простой народ забыло.
Поэт должен писать стихи для души, так, чтобы от слов сердце разрывало и душа ещё и ещё желала, чтобы от каждой строчки замирали люди. А стихи о любви должны рождать желания и мечты. Прости, поэт, ты не поймёшь, ты среди этих роз лишь навоз. Ты словами моими оскорблён, так попрошу меня простить и со сцены этой отпустить. Пока честь ещё при мне и не очутился я в тюрьме, по вашей, сударь, ведь вине, лишь Бог для бедняка судья. В сей час сцену покидаю я.
Слепой мальчик
Слепой мальчик в церковь ходил,
Бога о чём-то с тоской просил.
Бог ему не отвечал, но мальчик в икону
Всё громче кричал:
«Мой милый отец! Ты маму спаси!
Душу её у себя сбереги,
И боль её ты забери! Пусть спит
Родная моя, мама болела очень
Давно. Боже, прошу, услышь ты меня!»
Маленький мальчик у церкви сидел,
Пустым взглядом он в небо глядел.
Он долгие годы в церковь ходил,
Бога всё громче о чём-то просил.
Услышав ответ, глубоко он вдохнул,
Хотел закричать, но сил больше нет.
Но Богу он тоже дал свой ответ:
«Спасибо, отец! Спасибо тебе! Я тоже
Сегодня отправлюсь к тебе». Слёзы
Пролились холодным дождём.
Умер мальчишка, его больше ведь нет.
Богу он дал свой последний ответ.
Жестокость
Мир подобен мраку, умылся кровью людской.
Парень стоял у оврага с чёрной как смоль душой.
Мир умирал.
Парень знал, что люди всему виной.
Погубят люди планету проклятой этой войной.
И крик раздался из подъезда:
«Мама, вернись домой!»
Но мать лежит у оврага с пробитой своей головой.
Парень стоял у оврага с чёрной как смоль душой.
Он мать свою убил у оврага за то, что его родила!
И парень прыгнул в овраг, чтобы смерть его забрала.
Мир подобен мраку, он парня кровь испил.
И мать лежит у оврага, парень её погубил.
В мире живёт жестокость, и люди всему виной.
Слёзы
Слёзы прольются осенним дождём,
Гром громыхает, и ставни стучат,
А я листаю в интернете чат.
Там люди о чём-то громко кричат.
И слёзы льются, обидно ведь мне,
Крики людей шли о войне.
Плачет мальчик: умер отец, дядя
И даже старший брат.
Оборону прорвали и дальше пошли,
Сёла, деревни за собой они жгли.
Враг опасен, нет жалости в нём,
К нам на границу пришёл он с огнём.
Ночью услышу я матери плач,
Громко рыдает, сжимая отцовский портрет!
Война забирает жизни людей,
Среди них много погибших детей.
Жадный кот
Чёрный кот по кличке Василий на кухне сметану из миски лакал. Хозяин Василия очень любил и ему побольше сметаны клал. Василий был ленивым котом! Сметану из миски он быстро ел, с грустью потом в миску глядел: всё ещё есть он сильно хотел.
От жадности Васька совсем растолстел. Ленивой походкой он с кухни пошёл, зашёл в беседку чуть полежать. Там солнце живот ему пригревало, и муха над ухом тихо жужжала. Ленивый Василий мух не гонял, во сне он свой обед охранял, ведь кушать Василий очень любил.
Услышал он шум, скрипнула дверь, и мчится Василий, сшибая всех с ног, и пузом цепляет дверной он порог. Мчится на кухню и к миске бежит, а в миске сметаны совсем не лежит. С печалью Василий на миску глядит, он её уже сторожит. Хозяин Василия очень любил, сметану тотчас ему положил.
