Время от времени под невинным предлогом он заманивал в аппаратную свою жертву, обещая подарить редкий импортный плакат с Ален Делоном или показать новый фильм, который выйдет в кинотеатре через месяц. Так сказать, устроить ранний закрытый показ. Ну а потом… Потом понятно, что…

Дядя Валера был не самым плодовитым представителем Орловской дюжины, но одну, иногда двух старшеклассниц в год он всё же убивал, пытаясь утолить свою страсть, заглушить одержимость ну и заодно очистить общество от ростков разврата и порока…

Так что, спрашивая меня, не хочу ли я сходить в кинотеатр, Маринка даже не подозревала, насколько сильно я этого хотел…

— Эй, Соколов! — окликнула меня Марина. — Ты чего это задумался? Это был риторический вопрос. Хочешь ты или нет, но сегодня ты ведёшь нас в кино! — строгим начальственным тоном, не терпящим возражений, произнесла она.

— Да я что, я ничего, — пожал я плечами. — Я ж не отказываюсь. Давно хотел посмотреть, как огромная обезьяна отбивается от вертолётов на крыше башен-близнецов Всемирного торгового центра.

— Погоди! А когда это ты этот фильм успел посмотреть? — подозрительно прищурилась Марина.

— А я успел? — удивился я.

— Ну ты только что сказал, о чём он! — подловила она меня на горячем.

— А! Да это мужики в отделе обсуждали, — отбрехался я.

— Вот! — укоризненно погрозила мне пальчиком блондинка. — Даже твои коллеги уже жён сводили в кино, а ты всё телишься…

— Угу… Ладно, до вечера, — бросил я, развернувшись к двери.

— Погоди, Соколов!

— Ну что ещё? — проворчал я, обернулся, успел заметить, как в мою сторону метнулась стройная женская фигурка в тонком халатике, обвила меня руками за шею, поцеловала в губы и так же неожиданно отпрянула.

— Теперь всё, — довольно хмыкнула Маринка. — До вечера, Соколов. И чтобы без задержек!

* * *

Рабочий день прошёл на удивление тихо, мирно и спокойно. Мы с Туманом оттопали положенные часы по маршруту, дважды заглянули на подконтрольный нам рынок, проверили подвалы возле старых гаражей, помогли участковому вытащить из кустов уснувшего тунеядца, злостного нарушителя советского образа жизни, и минут двадцать искали мальчишку, который якобы потерялся, а потом обнаружился у ларька с мороженым, совершенно довольный жизнью и не понимающий, зачем вокруг него собралась половина городской милиции.

Домой я вернулся без четверти семь — без задержек и опозданий, как и обещал. Девчонки крутились вокруг невзрачного зеркала на дверце шифоньера — нарядные, причёсанные, в выходных платьях и на каблучках, словно собрались не в кино, а как минимум на приём к английской королеве.

— Соколов! Где тебя носит? — кинув в мою сторону строгий взгляд, спросила Марина. — Сеанс в восемь!

— Так ещё больше часа, — отмахнулся я, скидывая на вешалку пиджак и фуражку. — Успеем.

— Ага! Ты всегда так говоришь, а потом мы никуда не успеваем, — проворчала Марина. — Давай переодевайся быстрее. Нам ещё нужно билеты купить.

— Билеты так-то заранее нужно покупать, — заметил я, поймал испепеляющий взгляд Маринки и виновато умолк. Ненадолго, правда. — Марин, а есть у нас что-нибудь поесть?

— По дороге поешь. Давай-давай! Переодевайся! Мы опаздываем, — отмахнулась она от меня и тут же сжалилась надо мной. — Ладно, сейчас пельменей отварю. Только переодевайся быстрее! Пожалуйста…

Она схватила со стола кастрюльку и скрылась за дверью в коридоре, умчавшись в сторону общей кухни. А я прихватил с полки мыло, полотенце и чистую одежду, глянул на подкрашивающую губы у зеркала Светку и отправился в душевую.

Сегодня мне не повезло — судя по шуму воды и валившему из-под двери пару, душевая была занята. Я быстро ополоснулся в раковине, освежился, пригладил волосы мокрой ладонью и вернулся в комнату. Навернул тарелку пельменей, обжигая рот и язык под укоризненным и поторапливающим Маринкиным взглядом, надел свой самый нарядный костюм, который нашёлся у отца, и с двумя симпатичными девушками, отличавшимися между собой лишь размером груди, парой сантиметров роста и выглядевшими словно сестры-двойняшки, отправился приобщаться к культурно-развлекательной программе советской молодёжи.

К кинотеатру мы подошли ровно в половине восьмого. Я же говорил, что успеем.

Возле кассы, видимо, в ожидании чуда, суетилось человек двадцать, над окошком кассы висел нарисованный от руки плакат с огромной обезьяной, сжимающей в лапе испуганную блондинку, а рядом кто-то из сотрудников приклеил лист бумаги с жирной трафаретной надписью:

«На сеанс в 20:00 билетов нет»

— Блин! — выругалась Маринка. — Как так-то?

Она растерянно остановилась на месте, тут же упрямо нахмурилась и уверенным шагом двинулась к кассе, оставив меня со Светкой в конце очереди. Протолкнулась сквозь толпу, помогая себе локтями, и самоуверенно протянула полтора рубля в окошко.

— Девушка, нам на восемь три билета, пожалуйста… Пожалуйста, нам очень нужно, — состроила она умильную мордашку.

— Билетов нет, граждане! — устало объявила кассирша, возвращая деньги. — На сегодня всё распродано.

— Совсем нет? — расстроилась Марина.

— Есть на завтра.

— Нам нужно на сегодня.

— Билетов нет, граждане, — произнесла кассирша заученную до автоматизма фразу. — На сегодня всё продано!

— Понятно… — вздохнула Маринка, отошла от кассы, протиснулась сквозь толпу в обратном направлении и растерянно посмотрела на меня. — И что теперь делать, Андрюш?

— Сейчас что-нибудь придумаем, — пообещал я и покрутил головой по сторонам в поисках перекупов. О! А вот, кажется, и один из них…

Заметив мой заинтересованный взгляд, худой патлатый парень в спортивной куртке и широко расклешённых до безобразия штанах, стоящий в тени высокой ели, воровато огляделся и двинулся к нашей дружной компании.

— На вечерний сеанс билетики нужны? — поинтересовался он, приблизившись к нам ленивой, вальяжной походкой. — Хорошие места, в центре. Всего по рублю.

— В кассе по пятьдесят копеек, — возмутилась Маринка.

— Так в кассе и берите, — пожал парень плечами. — На завтра, небось, — хмыкнул он.

— Нам на сегодня нужно, — насупилась Марина.

— На сегодня по рублю. Есть ещё билеты на места для поцелуев, — оценивающе посмотрев на моих спутниц, предложил парень. — По два рубля с носа.

— Для поцелуев? — заметно оживилась Марина, косо глянув на меня.

— Последний ряд, — пояснил перекупщик и многозначительно усмехнулся. — Подальше от посторонних глаз.

— Нам три! — торопливо выпалила Маринка и полезла в сумочку за деньгами.

— Марин! — насторожился я. — Зачем переплачивать? Давай возьмём обычные.

— Я хочу места для поцелуев! — капризным тоном заявила блондинка и сердито зыркнула на меня, заставив проглотить все вертящиеся на языке аргументы и мысленно смириться со своей незавидной участью…

Мы отдали шесть рублей, получили взамен три слегка помятых билета и двинулись ко входу в кинотеатр. До начала сеанса оставалось ещё почти полчаса…

Мы успели пройтись по просторному фойе, поразглядывали афиши будущих фильмов, купили по молочному коктейлю в кафетерии и прошлись вдоль небольшого зоопарка за стеклом, устроенного прямо внутри кинотеатра.

Светку абсолютно не впечатлили кролики и толстые мыши, которыми она обозвала морских свинок — по её словам, этого добра она и в своём селе повидала немало, а вот у террариума они с Маринкой застряли надолго, прилипнув к стеклу и совершенно забыв о времени.

— Глянь, Андрюш, какие здоровенные! — восторженно прошептала Светка, тыкая указательным пальцем в двух больших пятнистых удавов. — А они человека могут проглотить?

— Если человек будет очень маленький, очень медленный и очень мёртвый, то, всё возможно, — согласился я.

Девчонки прыснули от смеха, правда, скорее всего, из вежливости, а не из-за моего врождённого и искромётного чувства юмора, и снова уткнулись в стекло, с интересом наблюдая за жизнью ползучих тварей в террариуме. А я ненадолго оставил их одних и какое-то время потолкался среди скучающих в ожидании сеанса людей.