На самом деле подарки Сержа были второй причиной, после слухов об обыске, по которой мужчина решил перестать появляться в городе. Вчера он продал местным торговцам несколько плиток шоколада и десяток сухих пайков. Найденные ресурсы были настолько редкими, что этого хватило, чтобы оплатить все материалы. И с этой стороны всё хорошо, пока слухи о качестве добычи Сержа не добрались до барона.

— Нужно поторопиться с ремонтом дирижабля, — сказал Артём, закатывая рукава.

Глава 17

Первой идеей было расковырять ближайший кусок провода и банально замкнуть его, только где гарантии, что это приведёт к отключению систем? Нет. Была вероятность сделать только хуже. Потому пришлось подбираться вплотную к первой ловушке и надеяться, что она не выберет меня следующей целью.

Конь стоял на месте и практически не двигался. Реально умное животное. Если бы он попытался сбежать, то несколько копий пронзили бы его на прощание. Сейчас же каким-то чудом снаряды в него не попали.

Очки вместе с анализатором позволяли мне видеть всю систему питания буквально сквозь стену. Тем не менее, чтобы подобраться к метателю, пришлось проползти непосредственно под ним и только после этого приступать к работе.

— Чёрт, — выдохнул я, понимая, что стена не планирует открываться, а ломика я с собой не взял. Да и не стоит здесь слишком сильно расслабляться. Напротив тоже метатель, и если я шагну немного в сторону от безопасного пятачка, то будет не очень приятно.

— Что-то не так? — послышался голос Брауна.

— Оказывается, блок управления здесь скрыт под камнем и нужно ковырять стену, — ответил я. — А я инструмент не взял.

— А я уж думал, что ты руками стену разбивать собрался, — усмехнулся церковник. — Сейчас всё принесу, сиди там и никуда не уходи.

Вот же жук. Он явно понимал, что без инструмента здесь делать нечего, и всё же решил не вмешиваться.

Пока Браун ходил за инструментом, я осмотрел расположение ловушек, надеясь, что можно не заморачиваться с каждой, а просто доползти до центра управления. Однако древние решили не дарить подобных подарков своим потомкам. Все восемь метателей располагались в шахматном порядке, и безопасными были лишь небольшие участки возле них. То есть если попытаться прикинуться ползучим инженером, то есть ненулевая вероятность недоползти.

Церковник подошёл вплотную к ловушке и перебросил мне молоток с зубилом. Сразу видно опытного человека, он остановился в сантиметрах двадцати от опасной границы, а ведь без очков её практически не видно. Да и зубило с молотком здесь были лучшим вариантом, пусть и медленнее ломика.

Дальше началась самая нудная работа — археологические раскопки. Стена пыталась сопротивляться и откалывалась мелкими фрагментами, однако через час она не вынесла подобного издевательства и откололась приличным куском, открыв мне вид на металлическую стенку блока. Воодушевившись успехом, я расковырял весь доступный объём и едва не выкинул молоток, выплюнув несколько нецензурных слов.

— Ты чего там ругаешься? — поинтересовался Браун. — По пальцу попал молотком?

— Нет, — ответил я, возвращая самообладание. — Блок открывается с другой стороны! Получается, я зря долбил стену!

— А ты думал, тебе там дверцу оставили, чтобы ты смог отключить ловушки? — хохотнул церковник. — Думай, как решить проблему, на то ты и инженер.

Вот же зануда. Тем не менее он был прав. Никто не обязан был мне подыгрывать, и я прекрасно помнил, что обслуживание ловушек происходит с той стороны.

Пришлось раскрывать ещё один секрет, надеюсь, подобные способности законом не преследуются. Я дал мысленную команду, и в руке сформировался резак. Пламя настроилось довольно быстро, и я почувствовал лёгкий отток энергии. Стоило поторопиться, чтобы не упасть без сил.

Браун хмыкнул, увидев, что я делаю. Сто процентов этот товарищ подозревал о моих возможностях, но не знал, как они выглядят.

Резак, конечно, штука удобная. Особенно когда ты лежишь рядом с древним метателем и вокруг тебя не так уж много безопасных мест. Я аккуратно провёл пламенем по краю металлической стенки. Та сначала только потемнела, но потом пошла красным и нехотя начала поддаваться. Металл оказался довольно толстым. Не броня Хищника, конечно, но древние явно не экономили на защите блоков управления.

— Как успехи? — спросил Браун.

— Замечательно, — ответил я, не отрывая взгляда от разреза. — Не хватает только сварочных перчаток и таблички «работай быстрее».

— Сварочных чего?

— Перчаток, — буркнул я. — Чтобы не обжечься, когда раскалённый металл решит добраться до твоих пальцев.

Браун ничего не ответил. То ли не понял, что я ворчу не ради спора, то ли решил не отвлекать человека, который занят крайне важным делом. Второй вариант был почти разумным, так что я даже немного удивился.

Я провёл резаком ещё раз, увеличивая щель. От металла потянуло жаром, и пришлось отвернуть лицо. Несколько капель расплава сорвались вниз. Одна упала рядом с рукой и прожгла ткань на рукаве.

— Да чтоб тебя, — прошипел я и быстро отдёрнул руку.

— Тебя ранило? — сразу спросил Браун.

— Нет, но было близко.

Я подождал пару секунд, пока край перестанет светиться совсем уж угрожающе, потом поддел вырезанный кусок зубилом. Металл не хотел выходить, цепляясь неровными краями. Пришлось осторожно расшатать его, стараясь не задеть ничего внутри. Последнее, чего мне не хватало, — случайно ткнуть в управляющую пластину и получить копьё в бок. Наконец кусок поддался. Я поймал его, едва не выронив, и положил рядом на камень.

— Есть, — выдохнул я, отряхивая тряпку от искр.

За металлической стенкой располагался силовой узел из нескольких тонких пластин, вставленных в пазы, и целого пучка кабельных линий. Часть уходила вниз, к плитам под полом, другие тянулись вверх и в сторону, к самому метателю. Ещё несколько тонких жил проходили через маленький кристалл, закреплённый в центре блока. Я пару секунд просто смотрел на это хозяйство, пытаясь понять, зачем было настолько всё усложнять.

— Ну разумеется, — сказал я. — Простых решений древние не признавали из принципа.

— Что там? — спросил Браун.

— Узел управления. И не самый примитивный. От нажимных плит идут линии к блоку, отсюда команда уходит на метатель. Нажал не туда, и система проснулась, получила разрешение и выплюнула железку в нарушителя.

— Можешь отключить? — уточнил церковник.

— Могу сломать, — ответил я. — А вот с отключением пока не уверен.

Разница была огромной: сломать можно почти всё, особенно если не думать о последствиях. Но в данном случае рядом стоял конь, из-за которого началась вся эта история, а за моей спиной Браун наверняка уже мысленно писал доклад о молодом инженере, который героически погиб, потому что решил проверить, что будет, если выдернуть непонятную пластину.

Я включил анализатор и заставил себя не торопиться. Сначала перед глазами появилась каша из тонких светящихся нитей, и только спустя несколько секунд я начал отделять одно от другого. Толстая жила снизу, скорее всего, питала привод. Две тонкие шли от нажимных плит. Ещё одна возвращалась обратно, наверное, проверяла положение механизма или готовность метателя. Кристалл в центре светился слабо, но равномерно. Вот это мне уже не понравилось.

В прошлой башне всё было проще. Там принцип напоминал грубую механическую связку. Здесь же кто-то сделал систему умнее. Плиты не просто замыкали цепь, а передавали её состояние в управляющий блок, тот проверял сигнал, активировал метатель и, судя по тонким линиям, ещё следил, чтобы механизм не сработал случайно от каждого камешка. То есть если я сейчас просто выдерну первую попавшуюся пластину, блок может решить, что его вскрывают. А если древние заложили защиту от вандализма, то ближайший метатель с радостью объяснит мне, где именно я ошибся.