— Верно. Вы что-то скрываете, — нахмурился Нил Янг.

Повисла пауза.

Гай перевел настороженный взгляд с одного на другого. У кого-то из них сейчас был при себе волшебный камень, который безошибочно укажет на его ложь. Помогать им с Рамоной новый хозяин камня не будет, они теперь преступники. И что делать? Рейнпортский маг, своим подарком, подложил ему огромную свинью. Вот и помогай после этого старым друзьям в их хитрых планах.

Тот будто почуял его гнев и примирительно улыбнулся:

— Господа, господа, зачем же так спешить? Давайте для начала решим вашу маленькую проблему. Вы не вняли моему предупреждению и мой камень…

— Если вы сейчас же не сообщите где Рамона Ортеги, мы возьмем вас под стражу, — жестко сообщил Нил Янг, — считаю до трех. Раз. Два…

— Нил, ты в чужом доме. И ты пришел ко мне с просьбой об услуге. Не распоряжайся здесь, будто хозяин, — неожиданно холодно сказал рейнпортский маг, — Если не прекратишь так себя вести, мне придется проводить вас обоих на выход. И никогда больше не впускать сюда.

Тот вздрогнул.

— Но этот человек…

— Гай — не преступник. И он не на допросе. Идемте, разберемся для начала с камнем. Я же просил не давать его Гийому в руки. Ты забыл или нарочно проигнорировал мою просьбу?

Гийом вспыхнул, а Нил Янг помрачнел.

— Я не забывал. Никуда не уходите, у меня будут к вам еще вопросы.

— Разумеется, — согласился Гай.

Как только они ушли он рванул к Рамоне.

— Пора убираться отсюда. Нил Янг и Гийом Лассар знают, что мы здесь, — сообщил он, — они от нас не отстанут. Придется выходить в море сейчас.

Рамона похватала вещи, которые предупредительно собрала заранее.

— А мы не утонем?

— Постараемся выплыть. Но у нас мало времени: решив проблему с камнем Нил Янг поднимет на ноги всю рейнпортскую стражу и нас поймают.

— Вас поймают прямо сейчас. Рамона Ортеги, ты арестована. Гай, не усугубляй свое положение и не сопротивляйся, — в дверях стоял злой Нил Янг.

Рамона схватилась за клинки.

— Думаешь, справишься со мной, щенок? В прошлый раз у тебя это не очень-то и вышло, — угрожающе заметила она.

— В этот раз выйдет. Сдавайся. Ты убила охранника и теперь с каторги выйдешь нескоро, — Нил Янг приготовился к бою.

Он был собран и сосредоточен, но где-то в глубине его сознания мелькало беспокойство: он оставил Гийома наедине с этим человеком. Он ведь не станет ему вредить? Нет, не станет, да что за глупости? Они просто разговаривают, Гийом его отвлекает. Сейчас важнее арест преступницы. Он не займет много времени.

Гай хмыкнул. А вот и ключ к спасению.

— Зря вы оставили Гийома с ним наедине. Рейнпортский маг считает, что это он виноват в том, что вы больше не посещаете его. Боюсь, Гийома, как раз в этот момент, телепортируют куда-нибудь в лес или джунгли. Вся интрига с камнем была устроена ради этого. Чтобы вы привели его сюда.

Нил Янг содрогнулся, но тут же насторожился:

— Вы думаете я на это поведусь? Вы ведь лжете.

Гай сочувственно улыбнулся ему:

— Наш общий друг — уважаемый маг. Он просто скажет, что Гийом напал на него из-за камня и охранных чар на нем. Полагаю, Гийом взял его без спроса и они сработали. Что произошло потом?

Нил Янг сжал зубы.

— Он всем начал говорить, что о них думает, без возможности сдержаться. Поссорился с Анри, Сэмом и Томасом. И камень прилип к его ладони с надписью “вор”.

— Вот и мотив для нападения. В драке с нами вы завязнете надолго и все это время он будет проверять и провоцировать Гийома. И добьется своего: одной попытки удара хватит, чтобы рейнпортский маг под любым зельем правды сообщил, что Гийом напал первым и от него пришлось защищаться, отправив прочь. Вам точно нужно ловить рядовую преступницу именно тогда когда все это происходит?

Нил Янг застыл, а потом грязно выругался.

— Нет! Я скоро вернусь и арестую вас! Если сдадитесь сами, я это учту. Если сбежите, искать вас будет вся рейнпортская стража. Я вас предупредил!

Он бегом рванул прочь.

Рамона ухмыльнулась.

— Сопляк. А ты отлично врешь. Это ведь была ложь?

— Конечно. Но времени у нас очень мало. Бежим. Придется выйти в море прямо сейчас.

Шторм так и не утих и они с трудом поплыли к башне, едва виднеющейся вдали. Волны окатывали их ледяной водой и подбрасывали, едва не переворачивая лодку, но Рамона упорно гребла вперед. Ливень мигом вымочил их обоих, но она настроилась плыть до конца, который явно был близок. Гай мрачно подумал что они сейчас просто утонут и все их проблемы на этом закончатся. Зачем он в это все влез? И как они будут выбираться?

Ради Рамоны. Как-нибудь выберутся. Хоть раз в жизни он перестанет быть неудачником и сделает то, что должен. Он сможет это сделать!

— Гай, смотри! — в ужасе крикнула Рамона, указывая на исполинскую волну, несущуюся прямо на них.

— Держись крепче! — крикнул он и вцепился в борт лодки.

Тонна воды обрушилась на них, топя и крутя, как жалких букашек. Гай задержал дыхание, но не знал насколько этого хватит. Им конец!

Чудо! Умоляю, чудо! Добраться до башни живыми! Пожалуйста! Он что угодно сделает! Что нужно высшим силам? Просмотреть очередные неприятные осколки? Спасти кому-то жизнь? Влипнуть в неприятности? Спеть песню? Что угодно, только бы выжить!

Волна схлынула и каким-то чудом оба они остались в лодке. Рамона затряслась. Они покойники! Сдохнут прямо сейчас! Да почему опять одно дерьмо в ее жизни?!

— Давай поворачивать, Гай! Мы не доплывем до башни! — взвыла она.

Соленые слезы на ее щеках мешались с дождем и морской водой. Рамона не хотела умирать, но отступление в шаге от заветной цели резало ее наживую.

Гай сжал ее холодные, мокрые пальцы.

— Да дай ты нам уже одно чертово чудо! — заорал он во все горло. — Я все сделаю, только помоги мне в последний раз!

Пойте. Оба.

Гай услышал это удивительно четко, несмотря на рев волн.

Голос был женским.

— Хорошо! Рамона, повторяй за мной! Будем петь, чтобы спастись!

— Что? Ты свихнулся?! Гай, нам нужно… проклятье, весла сорвало! Мы не сможем никуда доплыть! — Рамону затопило черное отчаяние.

— Сможем! Пой, кому говорю! Так, а что спеть-то?!

Итак, стою у жизни на краю,

Но лик её и в этот миг прекрасен.

И если ты со мной, мой друг, согласен

Бессмертью жизни, жизнь отдай свою.*

— Итак, стою у жизни на краю, но лик её и в этот миг прекрасен… И если ты со мной, мой друг, согласен, бессмертью жизни, жизнь отдай свою, — запел Гай, — Рамона, пой, или мы утонем!

— Ты ебаный идиот! — она нервно всхлипнула.

— Я — ебаный колдун! Сделай хоть раз, как я говорю! — заорал он и продолжил петь. — Как жили мы борясь и смерти не боясь, так и отныне жить тебе и мне! В небесной вышине и в горной тишине, в морской волне, и в яростном огне! И в яростном, и в яростном огне!*

— И в яростном, и в яростном огне! Блядь! Я не знаю этой песни!

— Я тоже! Повторяй за мной!

Они повторили припев и лодка вдруг помчалась вперед с огромной скоростью, будто по-волшебству. Волны накрывали ее пенным валом, но разбивались об идеально круглый магический щит, накрывший их. Но стоило Гаю и Рамоне замолкнуть дольше, чем на пять секунд и щит исчезал, а лодка замедляла свой ход.

Чтобы выжить, нужно было петь.

— А если ждут нас годы впереди и в час беды не смолкнет песня эта, пусть будет много в ней тепла и света, до края жизни с песнею дойди! Как жили мы борясь и смерти не боясь, так и отныне жить тебе и мне! В небесной вышине и в горной тишине, в морской волне, и в яростном огне! И в яростном, и в яростном огне! — Гай постарался вложить в песню побольше чувств и, надо сказать, ему не приходилось лукавить: страх и жгучее желание выжить наполняли ее нужными эмоциями.

Им нужно было это чудо и оно случилось! Ему ответили и велели петь! Кто? Кто это был-то? Неважно, плевать, пусть только магия продержится до башни Эскалиоса!

Рамона уже не пела, а орала песню во все горло, но орала громко и старательно. Она вцепилась в борт лодки и в голове ее билась лишь одна матерная мысль, намертво связанная с лицом Гая.