Как уже упоминалось выше, из-за избытка свободного времени я частенько занимаюсь бессовестным подглядыванием и подслушиванием, что происходит в генеральском кабинете. С началом разработки богатств разломов Егор Александрович покидает свой кабинет лишь на отдых и, пардон, в туалет. Ему даже еду туда приносят.
Слушаю отчеты командиров рейдерских групп, и сердце кровью обливается, от осознания фатальной несправедливости. К примеру, зайди я внутрь разлома, отмеченного на генеральской карте номером шестьдесят один, я бы вынес оттуда столько золотых самородков, что мне бы на покупку десятка баронств хватило. А из сто восемьдесят восьмого добытчики тащат драгоценные камни в преогромных количествах. Этого добра там видимо-невидимо. Изумруды, рубины высочайшего качества валяются там буквально под ногами, только не ленись нагибаться и подбирать самоцветы, весьма востребованные артефакторами и ювелирами. Вот бы мне туда. Однако, подумав хорошенько, все-таки решил, что в таком случае я не стал бы обладателем воистину бесценного браслета, в который можно запихнуть вне зависимости от веса более десяти кубов разного добра и протащить его куда угодно, не привлекая внимания магически одаренных коллег.
Это ведь очень хорошо, что мне не придется изобретать, каким образом утаить добычу от бдительного ока гильдейских досмотрщиков и пронести на торжище. Оно, конечно, торговля с монгольскими купцами декларируется как неподведомственная контролю с чьей-либо стороны, однако, из информации, полученной в наследство от реципиента, мне известно, что подходы к каравану контролируются неофициально магами гильдии охотников. И если какой удачливый добытчик из вольных ходоков попытается пронести на продажу что-нибудь особо ценное, его непременно остановят под надуманным благовидным предлогом и «промурыжат» до отбытия каравана.
Вообще-то указом Великого Князя подобные действия считаются незаконными, но, как говорится, до Бога высоко, до Царя далеко. К тому же, у гильдейских чиновников всегда имеется отмазка, мол, тот или иной гражданин задержан при попытке сбыта иностранным купцам краденой вещи. Для выяснения обстоятельств создадут специальную комиссию, по результатам работы которой выяснится, что обвинение в краже оказалось ложным. Вот только торговый караван к тому времени уйдет из города по известному лишь караванщикам маршруту.
Разумеется, гильдейские принесут пострадавшему свои «искренние» извинения, заодно предложат выкупить предмет по значительно заниженной цене. У человека останется выбор: либо получить на руки хотя бы часть от предполагаемой суммы выручки, либо ждать еще год следующего приезда каравана. При этом не факт, что не найдется еще одного наветчика, который обвинит владельца во всех смертных грехах скопом. Поэтому, если кто-то из вольных ходоков притащит что-нибудь ценное из пустошей, он это всячески скрывает даже от своих родных и самых близких друзей. Достаточно одного ненароком оброненного слова, да не в те уши, тут же за ним начнут слежку профессиональные гильдейские филёры, со всеми вытекающими для него последствиями.
Мне же с моим браслетом значительно проще сбывать добычу. Поэтому лишний раз благодарю Судьбу за то, что отвратила меня от опрометчивого поступка, и не позволила при изучении браслета воспользоваться разрушительной «шмелиной» магией. Сам по себе внепространственный артефакт представляет вполне реализуемый мной набор метафизических структур, воплощенных в магические заклинания. Однако без контроля управляющего модуля в виде искусственной квазиразумной сущности (каковой в моем случае является Ярина) объекты, помещенные во внепространственную складку, будут периодически выпадать в Астрал, где их потом будет уже не найти.
А вот с созданием искусственного интеллекта у меня полный затык. Еще не дорос мой магический гений до таких вершин, чтобы создавать магические ИИ. Натрави я на артефакт своих «шмелей», в результате остался бы ни с чем, поскольку, повторяюсь, полный функционал внепространственного хранилища воссоздать выше моих чародейских возможностей. И еще стоит упомянуть парочку важных свойств моего браслета. Во-первых, на вид он неприметен, в магическом спектре не отсвечивает, то есть, выглядит как обыкновенная копеечная побрякушка, и это меня вполне устраивает. Во-вторых, по заверениям Ярины, снять его с моей руки без моего на то разрешения невозможно. Если кто-то попытается это сделать тайно или явно, артефакт попросту провалится во внепространственную складку, откуда извлечь его способен лишь официальный оператор. Вот такая загогулина.
Так как свободного времени в моем распоряжении оказалось предостаточно, я решил вплотную заняться приусадебным участком, поскольку одной Татьяне с немыслимым обилием садово-огороднической продукции было не управиться. Одних только яблок с трех яблонь я снял более тонны. Груш примерно столько же, но уже с двух больших деревьев. Удивляюсь, как только ветви выдержали столь феноменальный вес. Помимо яблок и груш я еще раньше собрал двести кило абрикосов, сто вишни, всякой смородины и крыжовника приличное количество, клубника уже в горло не лезет. Еще и дыни с арбузами в избыточных количествах поспели. Чтобы всё это не испортилось, пришлось большую часть урожая запихнуть в браслет и отнести в домик подруги. Пусть раздаст соседям, мне не жалко.
Также хочу отметить, что все плодовые деревья и кустарники в моем саду зацвели недавно во второй раз за сезон дружно и обильно. Чего, по моему разумению, вообще быть не должно. Оно, конечно, приятно вдыхать аромат цветущих растений, но здесь все-таки не тропики. Придется поработать с защитным куполом. Кстати, неплохая идея превратить принадлежащий мне кусок земли в одну сплошную теплицу. Вполне возможно со временем буду здесь манго выращивать. Люблю манго. Вот только где бы саженцы раздобыть?
По окончании черного прилива мне придется снять светомаскировку со своего участка. Вот тогда на фоне оголившихся деревьев и кустарников, пожухлой травы и увядших цветов в палисадниках взглядам горожан явится мой сад. То-то шороху будет, даже представить страшно. Но деваться некуда, шило в мешке не утаить. Хотя, насчет отбрехаться, так я завсегда готов выдать что-нибудь завлекательно-занимательное, в то же время познавательно-завиральное посредством трансцендентной софистики, иными словами, банальной болтологии. Тем более, если подойти к случившемуся с умом, зеленый сад может стать неплохой рекламой моего удобрения. Короче, как-нибудь отбоярюсь.
После сбора урожая овощных культур и корнеплодов мои магические помощники тщательно переворошили землю, удалив из нее все сорные растения, включая их семена. Поскольку картошки, капусты и прочей репы с зеленью нам с Татьяной хватит надолго, дела огородные я решил отложить на отдаленной будущее. А чтобы земля не пустовала, засеял её овсом. Моя покойная супруга именно так и поступала каждую осень.
Вообще-то лично я засеял бы всю территорию участка газонной травкой, чтобы не забивать башку сельскохозяйственными проблемами. Об этой своей задумке опрометчиво поведал домоправительнице. Думал, подруга с радостью воспримет идею больше не горбатиться на грядках. Но не тут-то было. От практичной пейзанки мне прилетел знатный такой нагоняй и куча совершенно незаслуженных мной обвинений в склонности к сибаритству и лени, что мне стало очень стыдно. Ну не привыкли местные жители к тому, чтобы земля без толку простаивала и не приносила пользы.
— Чай не баре, — возмущенно вещала подруга, — и не купцы первой гильдии, чтобы иметь поместье с парком и лебедями в пруду. Мы люди небогатые. Если, Дим, тебе лень заниматься садом-огородом, оставь всё на мое попечение. Если что, я и свой участок обработаю и твой буду в порядке содержать.
На что я пожал плечами и сделал огорченную мину, мол, каюсь, смолол ерунду. И вообще, кто я такой, чтобы восставать супротив крестьянских «корней», культивируемых в душах небогатых местных жителей с самого раннего их возраста.
Тут я вспомнил свою покойную супругу. Лида была плоть от плоти, кровь от крови горожанкой. Но на десяти своих сотках — сущий агроном. Вот только на роль «гужевого» транспорта и универсального сельскохозяйственного агрегата всегда назначала меня.
