При телепортации через незнакомый лес имеется немалый шанс материализоваться внутри древесного ствола. Чем это чревато для моего организма, я не в курсе. По идее, всё должно закончиться для меня благополучно, поскольку во время моих прыжков через заросшее густой травой поле, растения либо расступались передо мной, либо приминались моими ногами. А вот с деревьями непонятно. Решил не экспериментировать и прогуляться пешочком.

Пока брел по лесным дебрям ничего особо интересного для себя не обнаружил. Обычный лес Средней полосы. Даже некоторые породы деревьев показались мне знакомыми. Скорее всего, местные «клены», «дубы» и «осины» близко не росли рядом с земными аналогами, но уж очень похожи. Кроны густые сомкнутые. Отчего до поверхности земли доходит не так уж и много света. Отсюда минимум травы и преогромное количество мхов, грибов и еще каких-то ранее невиданных мной биологических объектов в виде бесформенной напоминающей мыльную пену бледной массы, растекающейся у подножия деревьев, а также по их стволам.

Время от времени дорогу мне перегораживали толстые стволы рухнувших лесных гигантов. В результате их падения образовывались довольно обширные поляны, пройти через которые из-за обилия конкурирующей между собой поросли не представлялось возможным. Приходилось обходить, отчего мое путешествие по лесному массиву заняло около получаса.

Наконец я вышел из леса и направился к уходящей куда-то в неведомую даль дороге. Первым делом осмотрел объект. Блоки одинакового размера примерно пятьдесят сантиметров на метр, настолько плотно пригнаны друг к другу, что место их контакта едва просматривалось невооруженным глазом. Впрочем, со мной мои помощники, обследовав участок дороги «шмели» довольно быстро установили, что толщина блоков равна их ширине. И еще один момент, на каждый такой камень наложено защитное заклинание, оберегающее его от разрушительного воздействия природных факторов.

Ситуация становилась для меня всё более и более интересной. Имеем дорогу, созданную разумными существами. Это означает, что должно быть место, где она заканчивается. Единственный тревожный для меня момент, поселение аборигенов может оказаться на другом осколке данной реальности и я не смогу туда попасть. Ладно, прогуляюсь по ней, узнаю, откуда и куда она ведет.

Двинулся в произвольно выбранном направлении. Телепортация, я люблю тебя! Спасибо Великому и Ужасному, что, тот хоть и не по собственной воле, но все-таки сподобил меня овладеть базовым умением.

Когда я примерно за минуту преодолел двадцать пять километров, моему взору открылось довольно странное зрелище. Огромная по площади территория, сплошь утыканная сотнями одинаковых параллелепипедов черного цвета, каждый высотой около десяти метров, в основании квадрат со стороной шесть метров. Располагались объекты концентрическими окружностями относительно общего геометрического центра на удалении примерно двух десятков метров друг от друга.

Три грани каждого параллелепипеда из четырех вертикальных были матовыми, на них довольно убористо нанесены тысячи барельефных символов, смысл которых был недоступен моему разумению. Однако в каждом знаке я ощущал биение магических токов. А вот четвертая сторона оказалась отполированной до зеркального состояния и абсолютно пустой в плане магии. Если бы лучи висящего в зените дневного светила падали на её поверхность, в этом месте было бы очень и очень ярко.

Всё это, конечно интересно, даже грандиозно, сделал вывод я, но пока абсолютно неинформативно. Вне всяких сомнений, эта комбинация простейших геометрических фигур имеет либо практическое, либо сакральное значение.

Люди на Земле частенько строили что-нибудь бессмысленное с точки зрения практической полезности. Как яркие примеры: моаи (идолы) острова Пасха, дольмены, да хотя бы те же египетские пирамиды и еще много всякого разного. Так что сакральный элемент исключать не стоит.

И все-таки я отчего-то уверен в том, что эта уставленная параллелепипедами огромная территория когда-то выполняла, вполне возможно, до сих пор выполняет какую-то важную практическую функцию.

И еще один момент, с высоты птичьего полета я смог разглядеть еще одиннадцать точно таких же, как моя дорог, разбегающихся равномерно в разные стороны. В самом центре этой загадочной композиции обнаружилось куполообразное сооружение высотой немногим более двадцати метров, в проекции правильный многоугольник с двенадцатью сторонами, если не ошибаюсь, научное название такой фигуры додекагон. Именно туда я и направился.

Пока шел, не переставал удивляться гению неведомых мастеров, построивших этот циклопический комплекс. Даже если во всем этом нет никакого практического смысла, готов снять перед ними шляпу.

Я бодро шел по широкой дороге, и с каждым шагом купол в центре вырастал, будто тянулся ко мне. Параллелепипеды выстроились вокруг него, так словно кто-то расчертил пространство гигантским циркулем. Из-за увеличивающегося с каждым шагом ментального давления, воздух здесь казался все более и более густым.

Когда до центрального сооружения оставалось шагов пятьдесят, я вдруг заметил, что каменные блоки начали приобретать прозрачную объемность, в глубине их отчетливо просматривались какие-то замысловато переплетенные между собой линии. Не трещины, а как будто тончайшая паутина, уходящая куда-то вглубь камня. Я наклонился, провёл пальцем по одной из них. Холод был не каменный, а какой-то специфический, будто металл под тончайшим слоем камня.

Обойдя додекагон по кругу, я сделал вывод, что это не просто многоугольник. Каждая его грань имела свой узор. Не повторяющийся, не случайный, а как будто часть огромной головоломки, которую можно разгадать, лишь обойдя всё здание.

Впрочем, мои домыслы оказались ошибочными. Уж очень долго искать ответа мне не пришлось. На одной из сторон здания я обнаружил выпуклый диск диаметром сантиметров тридцать. И что-то внутри меня настоятельно подсказывало дальнейший алгоритм моих действий. Откуда во мне это знание я не понимаю, но я был более чем уверен, в том, что поступаю в полном соответствии с планом создателей этого места.

Я подошёл к стене здания и коснулся центра диска. Он дрогнул, как мембрана, и по его поверхности пробежала едва заметная рябь. И тут до моего слуха донесся воспринимаемый не ушами, а всем моим организмом едва ли не на клеточном уровне низкий гул. У меня аж зубы начало сводить от этого звука. Сделал зарубку себе на будущее, усовершенствовать защитный полог, чтобы ни инфра, ни ультразвук не могли нанести мне никакого ущерба.

Я все-таки терпел и, наконец, дождался.

Спустя недолгий срок, именно эта грань бесшумно скользнула вниз, открывая проход.

Внутри сооружения было довольно мрачно из-за отсутствия освещения. Лишь где-то в центральной его части отмечалось неяркое свечение непонятного происхождения. Я замер на пороге, ощутив, что ветер, вырвавшийся из распахнувшегося проёма, пахнет не пылью и не сыростью, а чем-то холодным, металлическим.

«Вряд ли это ловушка, — подумал я, делая шаг вперёд. — А если ключ к разгадке всех местных странностей, тем более нельзя останавливаться».

Шагнув внутрь, я оказался в круглом зале, где стены не были вовсе стенами в привычном понимании. Они состояли из множества висящих в воздухе мелких зеркальных пластин, слегка наклонённых относительно друг друга под разными углами. В сочетании с попадающим внутрь здания из распахнутого дверного проема светом такая конфигурация зеркал создавала впечатляющую картину бархатной ночной черноты, усыпанной бесчисленным количеством искрящихся звезд. По мере моего продвижения к центру конфигурации созвездий приобретали самые неожиданные формы. Такое ощущение, будто меня поместили в гигантский калейдоскоп.

В центре зала на невысоком каменном пьедестале покоился ограненный кристалл диаметром около двадцати сантиметров. Своими очертаниями он повторял форму здания. Внутри кристалла, пульсировали тончайшие световые нити сине-зеленого оттенка.