Я решила не вмешиваться в разговор, а просто сидела и слушала, о чем они говорят. Если бы Пауло узнал, что сделала Глория, он бы долго смеялся, я думаю. Он даже представить себе не мог, что мы с ней так подружились и она таким вот образом меня защитила от соперницы. А мне на самом деле было немного жаль, что Анна не поехала с нами. Сейчас девушка сидела бы тут и рассказывала про то, как она будет работать врачом-кардиологом, делилась бы своими мыслями, восхищалась бы Пауло. Ну что же, ладно, видимо, ей действительно не судьба была поехать. Хотя кто знает.

Я проснулась от стука в дверь. Меня будил Пауло.

— Ева, мы уже почти приехали. Во Владивостоке к нам в вагон придет священник, я хочу, чтобы ты присутствовала при причастии.

— Пауло, а так разве можно?

— Конечно, можно. Это ведь обычный церковный обряд. Таинство свершается в присутствии других людей в церкви. На исповедь ты идешь одна, и тебя никто не слышит. А на причастии можно присутствовать и другим.

— Спасибо, что ты разрешил мне быть рядом. Мне кажется, что это очень важно… Через тебя и я как будто причащусь. Ведь я не делала этого с самого крещения.

— Да, хоть ты и православная, а я католик, тем не менее мы оба — христиане.

В столовой с утра уже сидели журналисты, не было только Глории. Издатель по телефону договаривался со священником, объясняя, в каком мы вагоне и во сколько приезжаем.

— Пауло, он принесет с собой твои книги, — сказал издатель. — Его дочери тебя обожают. Спросил — можешь ли ты подписать их?

— Конечно, о чем речь! Конечно, я подпишу.

Через полчаса мы приехали во Владивосток. Поезд остановился. На перроне было очень много народу. Издатель попросил всех выйти, поскольку священник уже стоял на перроне и ожидал приглашения.

Я села на диванчик. Священник вошел, поздоровался. Он был веселый, улыбающийся человек лет пятидесяти.

Я немного напрягалась при таких сценах. Ведь это очень интимное действие — причастие Господу.

Пауло встал на колени, произнес молитву. Священник тоже произнес молитву, накинул Пауло на голову специальную накидку.

После этого он дал ему опресноки и запить. Все это заняло не более восьми минут.

Атмосфера была достаточно обыденная. А я себе представляла действие более торжественным, волшебным, что ли. А тут все так просто, даже банально. Это вот так причащаются самому Господу? Как-то очень по-человечески. Ладно, не буду делать выводы. Сама-то я не причащалась уже много лет.

Священник, закончив с религиозной частью, с радостью открыл чемоданчик и достал книги. Пауло принялся подписывать их, задавая вежливые вопросы священнику. Книги были подписаны, священнослужитель поблагодарил Пауло и удалился. Помню, меня поразил контраст — ведь он приехал исполнять Божье дело, а тут еще какие-то книги на подпись. Зачем ему это? Во мне это вызвало раздражение — церковь превратилась в бюро ритуальных услуг. Никакого таинства не случилось во время причастия — это был только обряд, и все. Так я видела со стороны. И я ошибалась.

Владивосток нас встретил прекрасной солнечной погодой. На перроне уже стояла толпа народу — журналисты, поклонники, читатели. За встречающими высился старый паровоз-памятник — как символ года создания вокзала. На него взобралась молодая красивая девушка с флагом Бразилии и с плакатом, на котором было что-то написано по-португальски.

Понятно, что плакат приветствовал Пауло. Царила суета, и было очень весело. Все радовались благополучному завершению путешествия. Пауло давал интервью на ступеньках вагона.

Потом он подошел к памятнику. Девушка стала что-то говорить по-португальски, Пауло очень обрадовался, что его так встречают — на родном языке.

А я тут же все поняла. Вот это точно — Она. Мне не надо было объяснять, рассказывать или что-то говорить. Я сразу сердцем почувствовала, что эта девушка и есть та самая, которую мы искали все путешествие. Почему же она появилась в самом конце нашего Пути? И тут же я осознала, что моя роль закончилась. Как интересно! Когда я искала эту девушку, у меня были вопросы: как я узнаю, она это или не она? Что я буду делать с ней? Как я ей объясню, что нам нужно? Сейчас же, когда я увидела ее, у меня не было никаких вопросов. Все само будет выстраиваться. Мне не нужно ей ничего объяснять, ничего говорить. Мне не нужно помогать Пауло. Они сами все знают и обойдутся без меня. Острая боль кольнула в сердце. Несмотря на то что я ждала ее и готовилась к встрече, все же я оказалась не готова. Мне было больно. А Пауло уже увлеченно беседовал с ней и сразу же сказал издателю, что Нина (так звали девушку) едет с нами в ресторан. Конечно, едет. Она теперь будет с нами везде во Владивостоке. Не оглядываясь, тут я или нет, Пауло пошел к машине. Я, как обычно, села рядом. Надо сказать, что ехали мы на депутатских машинах с мигалками. Нас встречали представители мэра города, и наш кортеж за десять минут преодолел большое расстояние. Во Владивостоке перед машинами мэра все расступались, а гаишники отдавали честь. Забавно было почувствовать себя на месте наших депутатов — так они ездят каждый день. Конечно, при таком раскладе со временем только у очень сильного человека не появится чувство безнаказанности. Это я о множественных случаях нарушений правил дорожного движения депутатами.

— Пауло, какая милая девушка встречала тебя на вокзале, — сказала я как можно более равнодушно.

— Нина? Да, она такая интересная! Мне она очень понравилась. Умница… И красивая.

— Да, действительно.

Мне нужно было сделать вид, что ее появление не задело меня, и я поддерживала разговор с веселым видом. Да, честно говоря, во мне, как всегда, работали две силы. Одна разрушала меня, делала меня слабой. А вторая — моя реальная сила, с которой я ничего не боялась и с которой я была всеведущей, всезнающей и обладающей всеми возможностями для реализации себя и своих намерений. В таком состоянии я не боялась вообще ничего, меня не беспокоили ни девушки вокруг Пауло, ни его состояние или настроение. Я была безупречна. И я надеялась, что это состояние скоро активируется во мне с помощью молитвы и я снова войду в поле своей силы. Пока же можно было делать вид, что все в порядке.

Мы приехали на виллу, где губернатор принимал своих гостей. Особняк был в советском стиле, холодный, неуютный, огромный. На его крыше расположился ботанический сад, номера были старыми, но ухоженными и чистыми. Пауло изъявил желание, чтобы мы с ним поселились вместе, в одном номере. Там была одна большая кровать. Я уже не волновалась, потому что привыкла к Пауло.

Охранники проверили номер — осмотрели все уголки и даже заглянули в шкафы и тумбочки. После этого я стала распаковывать свою сумку и раскладывать вещи. Пауло сел за компьютер.

— Какая у нас сегодня программа, Пауло? Я могу немного поспать? Не выспалась ночью в поезде.

— Как обычно, Ева. Сейчас мы два часа отдыхаем, потом придут журналисты, я дам пару интервью. А вечером мы едем в ресторан. Завтра утром пресс-конференция, днем автограф-сессия, а вечером ужин на яхте. Издатель уже заказал яхту, мы будем праздновать завершение путешествия. Ты устала, да? Как ты себя чувствуешь?

— Да, немного устала. Скажи, эта девушка Нина… Тебе не показалось, что ты уже знаком с ней?

Мой вопрос немного насторожил Пауло, потому что он задумался.

— Хороший вопрос, Ева… Не знаю. В любом случае, она мне очень понравилась, поэтому я пригласил ее на ужин. В ней много света и радости.

— Да, мне она тоже понравилась… Жаль, что мы встретили ее в конце путешествия, а не в начале.

— Почему ты так говоришь? Что тебе жаль?

— Ну… так… Путешествие уже завершается, и ты не успеешь с ней нормально пообщаться. А кстати, ты еще едешь к мэру города, да? Эти ужасные официальные мероприятия — что может быть скучнее, чем визит к мэру?

— Может быть, он интересный человек. Не все они скучные. С некоторыми очень интересно поговорить.