В зале царила неразбериха.

В центре комнаты стояла констебль Розмари Кимбл, чья черная полицейская форма выглядела как-то неубедительно.

«Должно быть, из-за веснушек», – предположила Элеонор. Они придавали ей юный, невинный вид, лишая какого-либо авторитета.

Молодая полицейская пыталась собрать всех гостей и опросить их. К сожалению, гостям, пребывающим в состоянии сильного возбуждения, гораздо сильнее хотелось обсудить драматические события вечера друг с другом.

В одном углу билась в истерике миссис Уильямс, собрав вокруг себя толпу зевак. Семейство Джеймсон пыталось покинуть отель; у мужчины лицо было мрачнее тучи, а у женщины – заплаканным. Мистер Эберман был уверен, что стрельба – всего лишь розыгрыш, и пытался пробраться на веранду, чтобы найти скрытые камеры. А Баз Эди рассказывал всем желающим о том, как в него однажды стреляли в Пальмерстон-Норт, и советовал не паниковать и продолжать выпивать.

Элеонор вздохнула. Пора действовать.

Она вскарабкалась на стул и свистнула так, что все тут же обернулись и уставились на нее.

– Минуточку внимания, пожалуйста. – Элеонор улыбнулась, окинув взглядом присутствующих. – До прибытия сержанта Хеми я буду помогать констеблю Кимбл. Пожалуйста, выстройтесь вдоль дальней стены, чтобы Рози могла записать ваши имена и контактные данные. После этого нужно будет проследовать в фойе, где будут поданы напитки и, возможно, вам зададут еще пару вопросов. Всем, кто был на веранде, просьба пройти в начало очереди. Спасибо.

Элеонор не без удовольствия наблюдала за тем, как гости выстроились в очередь, а Рози благодарно ей улыбнулась.

Итак, одна задача решена. Теперь нужно решить вопрос с выпивкой, чтобы гости не разбежались. Но сначала Элеонор хотела еще раз осмотреть балкон. Возможно, важные улики были все еще там.

На лестнице, ведущей на террасу, Элеонор столкнулась с Данте.

– Данте, – сказала она. – Где вы были?

– Искал стрелка, – ответил тот.

– И?

– Нашел небольшую кладовку с окном, которое выходит прямо на террасу, – ответил Данте. – Стекло разбито, осколки лежат снаружи. Стреляли оттуда.

– А пуля?

Мужчина пожал плечами:

– Стрелок мог разбить стекло до выстрела. Во время фейерверка никто бы этого не услышал.

Они вышли на веранду, залитую светом уличных фонарей. Тело Дженис по-прежнему оставалось на месте. Они пробрались между креслами и подошли к нему.

Элеонор сделала несколько фотографий места преступления на свой телефон. Данте мысленно провел линию от головы Дженис к разбитому окну кладовой в противоположном крыле отеля.

– Могла ли пуля, предназначенная Дженис, задеть Теда? – спросила Элеонор.

– Не исключено, – ответил Данте. – Но точный ответ дадут лишь судмедэксперты, которые определят траекторию пули.

– Возможно, целью был Тед, а в Дженис попали случайно, – размышляла вслух Элеонор. Она отступила и сфотографировала тело убитой.

Убирая телефон, она вдруг ощутила весь ужас происходящего. В одно мгновение эта женщина превратилась из живого, пусть и не слишком приятного человека в пустую оболочку.

Несмотря на случившуюся трагедию, в глубине души Элеонор призналась сама себе, что убийство Дженис ее заинтриговало. Кто в Те-Кохе мог пойти на такое? Да еще и у всех на глазах?

– Может быть, стреляли из другого места? – спросила она Данте.

Он отступил на шаг назад и оглядел место происшествия. Они, казалось, оба хорошо помнили, где сидел Тед.

– Стреляли с близкого расстояния, – заключил Данте. – Только так пуля могла задеть руку Теда и попасть в Дженис.

Их взгляды устремились на фасад отеля.

– Ни одно из окон на этой стороне здания не открывается, – пояснил Данте. – Стрелку пришлось бы разбить стекло.

– Что Тед сказал вам перед салютом? – спросила Элеонор.

– Он попросил меня проверить его хаммер, – ответил Данте. – Сказал, что кто-то околачивался около гаража и он боится, что хулиганы воспользуются моментом и поцарапают машину.

– И вы проверили?

– Да. Правда, там никого не было.

В памяти Элеонор всплыл гараж – одно из немногих частных парковочных мест, предназначенных для старшего персонала отеля. Он располагался под навесом в неосвещенной части заднего двора отеля и был обнесен решеткой со всех сторон.

Элеонор вздохнула. Тот, кто пошел проверять этот безвкусный хаммер Теда, мог легко остаться незамеченным в огромной праздничной толпе.

– Вас кто-нибудь видел в гараже? – спросила она.

– Нет, – ответил Данте.

– Это вы стреляли в Дженис или Теда?

– Нет.

Данте произнес это четко, без тени сомнений. Элеонор решила пока принять его ответ.

– Вы можете оказаться в трудном положении.

Данте молчал. Элеонор понятия не имела, о чем он думает.

– Мне бы хотелось остаться в Те-Кохе, – наконец произнес он. – Чарли Уилсон учит меня основам садоводства.

– Это прекрасное успокаивающее занятие, – сказала Элеонор.

– Мне бы не хотелось ввязываться в расследование убийства, – заявил Данте. – Мы живем в маленьком городке, где все друг друга знают. В таком месте слухи могут нанести непомерный ущерб.

– Вы совершенно правы, – сказала Элеонор. – Но волноваться раньше времени тоже не стоит.

Данте с недоумением на нее посмотрел.

– Я имею в виду, что нужно жить сегодняшним днем.

– Я всегда так и делаю, – ответил он.

На мгновение между ними повисла тишина. Алкоголь полностью выветрился, адреналин схлынул, и внезапно Элеонор волной накрыла неожиданная скорбь.

На глаза у нее навернулись слезы, из-за которых балкон стал видеться как в тумане. Она пару раз моргнула, заставив их исчезнуть, и заперла эмоции в глухую каморку, чтобы разобраться с ними позже.

– Я плохо знала Дженис, – произнесла Элеонор. – Она казалась несчастным человеком, который больше ценил роскошь, чем настоящую дружбу. И все же Дженис прожила со своим мужем Дереком двадцать шесть лет. Полагаю, эта утрата станет для него тяжелым ударом.

Данте кивнул:

– Всем нам есть чему поучиться друг у друга. Надеюсь, теперь она обрела покой. И отправилась в лучшее место.

Он подбирал слова с особой осмотрительностью, будто сверялся с внутренней инструкцией под названием «Как проявлять эмпатию и выражать почтение к усопшим».

Элеонор расправила плечи. Оставалось лишь надеяться, что Хеми скоро отыщут в дремучих холмистых лесах за Те-Кохе, где телефонная связь не ловила. А до тех пор ей стоит помочь Рози навести порядок в этом хаосе.

– Я попрошу кого-нибудь из персонала закрыть дверь на веранду.

Элеонор бросила последний взгляд на тело Дженис и направилась обратно в отель. Ночь только начиналась.

Элеонор вернулась обратно в фойе и огляделась. Рози явно не справлялась. Хотя все гости были на месте, а сама констебль что-то судорожно записывала в блокнот, ее отчаяние чувствовалось за версту. Элеонор подумала, что это связано с отсутствием начальника Рози Хеми, который так и не появился, чтобы взять ситуацию под контроль.

Элеонор подозвала официанта:

– С Хеми уже связались?

– Да… – ответил официант средних лет с выразительными чертами лица и густой черной гривой, которая обрамляла его лицо и делала похожим на росомаху. – Он сказал, что уже едет, но находится, мягко говоря, не в самом подходящем для работы состоянии.

– Перезвоните ему и скажите, что на веранде отеля «Перечное дерево» труп женщины, – сказала Элеонор. – Убита выстрелом в голову. – Увидев на лице мужчины шок, она нетерпеливо махнула руками, будто прогоняя муху. – Ну же! Займитесь этим.

Официант поспешил прочь, бросив через плечо взгляд, полный недоверия.