– То есть ее могли использовать, чтобы выстрелить в Дженис? – спросил Чарли.

– Возможно, – ответила Элеонор. – Убийство с таким количеством свидетелей обеспечило множество людей железным алиби, однако…

– Что? – поинтересовался Чарли.

– Думаю, не стоит сбрасывать со счетов людей на террасе, – заключила Элеонор. – Все преступление смахивает на постановку, а это, как правило, говорит о том, что нас хотят запутать.

– Зачем вы разыгрывали эту комедию? – спросил Чарли. – Кажется, инспектору Эйвери это пришлось не по душе.

На лице Элеонор мелькнула досада.

– Благодаря этому трюку я смогла выпутаться из неприятностей во время нашей первой встречи с инспектором. Притворяться становится все труднее, но я пока не готова сбросить маску.

– Когда вы это сделаете, он точно распсихуется, – сказал Чарли, когда они остановились у дома Элеонор.

– Будет интересно на это посмотреть, – ответила та.

Непростительных грехов в моральном кодексе Данте числилось немного, но те, что там были, оставались незыблемыми. Преднамеренное убийство ребенка было непростительным. Так же как и убийство ради удовольствия и издевательства над невинными.

В отдаленных уголках планеты, вдали от закона, Данте порой приходилось вершить собственный суд за нарушение этого кодекса.

Но он не был уверен, стоит ли применять этот кодекс к кошке.

В конце концов, в природе для кошки совершенно естественно лазить по деревьям, чтобы подкрепиться птенцами. Возможно, природа, такая прекрасная и беспощадная, обладала свойством закрывать глаза на подобные вещи. В отличие от людей, которые должны понимать, что творят.

И чтобы не пришлось больше сталкиваться с подобной дилеммой в отношении животных, Данте, вернувшись со свалки и подбросив Элеонор и Чарли до дома, решил на всякий случай купить кошке ошейник с колокольчиком.

Оставив бьюик с загадочной находкой в багажнике у дома, он направился в город. На витрине местного зоомагазина красовалась выцветшая наклейка с котенком и щенком. Когда Данте вошел в переполненный магазин, над дверью весело зазвенел колокольчик.

Зоомагазин в Те-Кохе был одновременно и ветеринарной клиникой, и магазином фермерских товаров, и лавкой для рыбаков и охотников. Поэтому аквариумы и корм для животных стояли на полках рядом с гарпунными ружьями и ножами для свежевания.

Данте такое соседство не казалось чем-то необычным. Вся его прошлая работа проходила в этой серой зоне, на границе неудобных истин, о которых большинство людей предпочитает не задумываться.

– Чем могу помочь?

За прилавком стояла женщина в зеленом медицинском халате и с медицинской маской, которая сползла на шею. На вид женщине было чуть больше тридцати, черные кудрявые волосы собраны в толстую косу, изящно уложенную на голове.

– Вы продаете колокольчики? – спросил Данте. Затем, чтобы избежать ненужных ассоциаций с народными танцами, уточнил: – Для кошек.

– Конечно, – ответила она, махнув в сторону полок справа. – Рядом с кошачьими ошейниками должно что-то найтись.

Данте быстро пробежался взглядом по полкам и достал небольшой красный ошейник с серебряным колокольчиком. Он прикинул, что, если застегнуть на третью дырочку, ошейник сядет идеально.

С чуть слышным позвякиванием он положил его на прилавок.

– Вы недавно приехали, – улыбнулась женщина. – Живете в доме миссис Дэвисон.

– Все верно, – ответил Данте. – У нее была кошка?

Женщина покачала головой.

– А что, какая-то кошка взяла вас в хозяева?

Данте расслабился. Возможно, появление кошки в новом доме было совершенно нормальным явлением.

– Мне нужно ее кормить?

Эта мысль не приходила ему в голову раньше. Теперь же она казалась жизненно важной.

Продавщица пожала плечами:

– Только если хотите, чтобы она осталась.

– Кажется, она уже все решила за меня, – ответил Данте.

Женщина улыбнулась, словно он пошутил.

– Ну, с кормом мы вам поможем. Кстати, я Андреа. Местный ветеринар и владелица магазина. Хотя по будням здесь обычно работает Агнес.

– Здравствуйте, я Данте.

Он деловито пожал ее руку.

– Интересный у вас кулон, – сказала Андреа. – Вы служили в армии?

Данте замер, а затем опустил взгляд. Его рубашка была расстегнута на одну лишнюю пуговицу. Должно быть, одеваясь, он отвлекся на кошку, нападавшую на его ботинок. Андреа смогла увидеть единственное украшение, которое было у Данте.

На кожаном шнурке висел маленький осколок снаряда. Данте специально выбрал тонкий шнурок, который мог бы легко порваться при первом же рывке. Он знал, какую опасность могут представлять любые украшения или повязки на шее в ближнем бою, и позаботился о том, чтобы его собственные нельзя было использовать в качестве удавки.

– Я работал бухгалтером, – сказал Данте, аккуратно застегивая рубашку и убирая кулон из вида.

– Чувствую, у этой вещицы есть своя история, – сказала Андреа, тепло улыбаясь.

– Чем же мне кормить кошку? – спросил Данте.

Его психолог советовал менять тему, если он не хотел отвечать на вопросы. «Молчаливый пристальный взгляд, Данте, может показаться враждебным».

Улыбка Андреа слегка дрогнула.

– Разные варианты кошачьего корма можно найти вон там, – сказала она, указывая на дальнюю стену. – Рядом с чучелами уток.

– Спасибо, – сказал Данте, и улыбка женщины снова потеплела.

Он взял наугад несколько банок с рыбами на этикетке.

– Вам нужен пакет? – спросила Андреа. – Держите. – Она протянула бумажный пакет с веревочными ручками. На нем было розовое сердце. – Это мой ранний подарок ко Дню святого Валентина. От моей сестры, – объяснила Андреа со смущенным смешком. – Я уже три года не получала валентинок, поэтому она решила прислать мне небольшой презент.

Данте почувствовал, что в этих словах скрывалось некое послание. Он просто не мог его расшифровать. Валентинки… означали свидания. Романтику. Брак. Он вспомнил о задании, где его целью был человек, похищавший девочек из приюта для переправки их в Сомали и продажи будущим мужьям. Не совсем подходящая тема для разговора в данной ситуации.

– Э-э, вы бы хотели цветы на День святого Валентина? – спросил он.

Андреа, кажется, смутилась еще сильнее.

– Нет! То есть… простите, это очень мило с вашей стороны, но я не пыталась напроситься… – Она беспомощно пожала плечами. – Извините. У меня это плохо получается.

– Что? – спросил Данте.

– Флиртовать.

Так вот чем они занимались. Данте почувствовал облегчение – теперь все встало на свои места.

– Ничего страшного, – сказал он. – Я и сам никогда не пробовал это делать.

– Я не это имела в виду… – Андреа вздохнула. – Давайте просто сделаем вид, что этого разговора не было, ладно?

– Ладно.

Данте никогда ничего не забывал, но был настоящим виртуозом, когда нужно было притворяться, что ничего не случилось. Поскольку они разговорились, он решил прощупать почву.

– Вам на глаза, случайно, не попадался здоровяк? Примерно такого роста. – Он показал рукой рост Виктора. – С черной бородкой. Не местный.

На лице Андреа появилось легкое недоумение, которое, как Данте замечал, неизменно возникало при его общении с людьми вне работы.

– Э-э, да, попадался. Он околачивался возле магазина «Бин Инн». Я как раз открывала магазин и увидела его в окно.

– «Бин Инн»?

– Это рядом с автомастерской Теда. – Андреа нахмурилась. – Может быть, он ждал, когда откроется мастерская. Не знаю.

– О.

Данте удивился, насколько легко ему удалось получить нужную информацию. Он убрал консервы в розовый праздничный пакет, а сверху положил ошейник с колокольчиком. Затем отсчитал несколько зеленых новозеландских двадцатидолларовых купюр.

– Спасибо за помощь.