– Местный начальник полиции, Хеми, ездит на «Холдене», – сказал Чарли и нахмурился. – Элеонор говорила, что ее машина сегодня в сервисе. Может, Хеми ее подбросил.

Данте размышлял о том, какой полицейский станет тратить свое время, чтобы приехать посмотреть на машину с порезанными шинами. Там, откуда он родом, полицию интересовали лишь наркопритоны, поножовщина и трупы. А вдруг Хеми везет им новые колеса?

Полицейская машина Хеми не спеша вынырнула из-за поворота. Он припарковался рядом с «Бьюиком Ривьера» Данте, и с пассажирского сиденья показалась Элеонор. Со стороны водителя появился мужчина, с которым Данте был незнаком. У него был аристократический профиль и умные карие глаза, не упускавшие ни одной детали.

Элеонор тепло им улыбнулась. Она широко распахнула глаза, ее жесты стали нарочито театральными.

– Данте, дорогой! Какой кошмар! Я даже представить не могу, что нашелся человек, способный на такую подлость. Я в подобных ситуациях совершенно беспомощна, но инспектор Эйвери любезно согласился меня подбросить. Какой же он душка, не правда ли? Я так рада, что с вами обоими все в порядке. Шины в багажнике.

Данте моргнул. Он и не подозревал, что Элеонор способна на такое представление. Судя по озадаченному выражению лица Чарли, он тоже об этом не догадывался.

– Инспектор Маркус Эйвери, отдел убийств, – представился мужчина, деловито протягивая руку.

Данте осторожно ее пожал:

– Данте Рид.

– А это Чарли Уилсон. – Взгляд инспектора остановился на разорванной одежде Чарли. – На этой неделе мы собираемся побеседовать с вами насчет убийства.

Парень неловко кивнул.

Данте обрадовался, что они спрятали находку в багажник. Судя по спектаклю Элеонор, она, возможно, не хотела бы, что инспектор ее увидел.

Данте направился к багажнику полицейской машины и открыл его, вытащил четыре шины и аккуратно сложил их у бьюика.

– Спасибо за шины, – поблагодарил Данте и повернулся к своей машине.

– Постойте-ка, – остановил его Эйвери. – Чем вы двое здесь занимались?

– А еще важнее, – вмешалась Элеонор, нервно взмахивая руками, – что за злодей спустил колеса? – Она устремила тревожный взгляд на Эйвери. – Может, вам что-нибудь бросилось в глаза?

– Хм-м… – Тот взглянул на изрезанные шины бьюика. – Я бы сказал, что преступник – высокий мужчина, примерно метр девяносто пять, крепкого телосложения, с черной бородкой и лицом в шрамах.

Элеонор ахнула:

– Поразительно! И вы все это выяснили, просто взглянув на место преступления?

Эйвери ответил ей холодной улыбкой.

– Мужчину, подходящего под это описание, видели сегодня у дома Данте. – Он окинул Данте оценивающим взглядом. – Сомневаюсь, что в этом городке найдутся люди, которые хотели бы нажить себе такого врага, как вы.

– Вы многое знаете о местных нравах, – сказал Данте.

Его слова прозвучали как обвинение.

Эйвери равнодушно пожал плечами.

– Сержант Хенаре поделился со мной необходимой информацией. – Он медленно обошел машину, осматривая ее со всех сторон. – И я по-прежнему хочу знать, что вы двое нашли на свалке.

– Мы ничего не нашли, – сказал Данте.

– Я спрашивал не вас, – ответил Эйвери, – а Чарли.

Парень тут же залился краской. Он бросил полный отчаяния взгляд на Элеонор, а затем на Данте.

– Э-э…

– Отказ от ответа приравнивается к препятствованию следствию, – сказал Эйвери.

– На самом деле, – сказал Данте, – если человек не находится под арестом, он обязан назвать лишь свое имя и адрес.

– Арест можно организовать, – сказал Эйвери, поджав губы.

– Неужели вы не видите, что бедный мальчик в шоке? – воскликнула Элеонор. – Сначала этот кошмар с Дженис, а теперь кто-то спустил колеса! Разве мы можем чувствовать себя в безопасности, пока убийцы и вандалы гуляют на свободе?

– Чарли, что ты нашел на свалке?

Эйвери произнес эти слова с леденящей настойчивостью человека, у которого впереди целая вечность на допрос.

– Э-э…

Лицо Чарли стало свекольного цвета. Данте подумал, что еще двадцать секунд – и парень сломается.

– Вижу, что багажник автомобиля недавно открывали испачканными смазкой руками, – заметил Эйвери, не отрывая взгляд от почерневших пальцев Чарли. – И что же я увижу внутри?

– Ничего, – вмешался Данте. – Машина моя, а значит, багажник никто открывать не будет.

– О боже! – Элеонор выглядела обеспокоенно. – Да поймите же, инспектор, вы не найдете здесь ничего интересного. Единственный вопрос – куда подевался тот, кто спустил шины? И не нанесет ли он новый удар?

– Открой багажник, Чарли, – спокойно сказал Эйвери.

Парень бросил на Элеонор беспомощный взгляд.

– Прошу в последний раз, – предупредил Эйвери.

Он достал из кармана небольшой блокнот и, устремив на Чарли тяжелый взгляд, замер с ручкой наготове.

– Давайте уже просто покажем ему, – прошептал вполголоса парень.

Данте скрестил руки на груди. Ткань рубашки натянулась на мышцах.

– Чарли, багажник, – сказал Эйвери.

– Ох, какой же вы настырный! – воскликнула Элеонор, всплеснув руками от бессилия. – Давай, Чарли, открывай багажник. Он все равно от тебя не отстанет.

Парень с тревожным выражением лица подчинился. Звенящую тишину прорезал громкий щелчок открывающегося замка.

– Как интересно, – сказал Эйвери, нависая над открытым багажником.

Достав из кармана телефон стального цвета, он сделал пару снимков.

Затем медленно перевел неодобрительный взгляд с Чарли на Данте и остановил его на Элеонор, которая крутилась вокруг, пытаясь заглянуть через его плечо в багажник.

– Благодарю за оказанное полиции содействие в расследовании. Полагаю, этот предмет был найден в мусоре из отеля «Перечное дерево»?

Данте ответил сдавленным ворчанием.

– Что ж, весьма познавательный визит, – заключил Эйвери. – Удачи с шинами.

Он хлопнул ладонью по капоту бьюика, затем запрыгнул в машину Хеми и уехал.

После его отъезда в раскаленном воздухе еще долго кружилась пыль.

– Простите, – сказал Чарли. – Мне пришлось это сделать. – Он вздохнул. – Это наследственное. Мой дядя был офицером полиции, и я с детства звал его «сэр».

– Что-что? – Элеонор пришла в себя, сбросив маску светской глупышки. – Напротив, все прошло даже лучше, чем я предполагала. – Она улыбнулась в ответ на озадаченное лицо Чарли. – Инспектор Эйвери не поверил бы нам, если бы мы просто передали ему эту находку. Это лишь разожгло бы его подозрения, а так он сам, без чьей-либо помощи, вышел на нужный след.

Чарли от удивления разинул рот.

– А это… весьма умно, – выдавил он.

– Да, но нам предстоит изрядно попотеть, чтобы доказать твою невиновность, – сказала Элеонор. – Похоже, кто-то действительно ведет свою игру. А этот тип, что порезал шины, – как его зовут?

– Виктор, – ответил Данте.

– Кажется, он из России, – сказал Чарли.

– Из Беларуси, – поправил его Данте.

– Что ж, – бодро сказала Элеонор. – Придется и за ним присмотреть. А это лето обещает быть весьма интересным.

Она расплылась в довольной улыбке, и Данте сразу понял: такое лето ей нравилось гораздо больше обычного в Те-Кохе.

– Пойду посмотрю, нет ли у Иэна лимонада, – сказала она. – А вы пока поменяете шины.

Спустя полчаса Чарли и Элеонор потягивали лимонад, наблюдая за тем, как Данте обыскивает свой бьюик на предмет других ловушек: перерезанных тормозных тросов, утечек топлива и взрывных устройств.

После этого они отправились обратно в город.

– Это устройство, – сказал Чарли. – Для чего оно?

Он сидел на заднем сиденье, куда постелили полотенце, чтобы не запачкать обивку, и потягивал уже третий стакан лимонада.

– Понятия не имею, – ответила Элеонор. – Данте?

– Возможно, с помощью нее держали пистолет, – сказал Данте.

Он наслаждался ревом двигателя «ягуара». Может, ему все же стоило сразиться с Виктором? Интересно, кто же его нанял?

– Кто-то на прошлой неделе выбросил эту штуковину в мусорный контейнер «Перечного дерева», – задумчиво произнесла Элеонор. – Значит, в ночь праздника она находилась на территории отеля.