— Поднять сигнал, — распорядился я, добравшись до своего флагмана, — генерал-адмирал выражает новоприбывшим свое полное удовольствие!

Примерно через три четверти часа Истомин вместе с командиром «Светланы» Платоном Лисянским прибыли ко мне для личного доклада.

— Позвольте поздравить ваше императорское высочество с очередной убедительной победой, а также приращением земель государства Российского! — не без пафоса в голосе начал комбриг, после чего мы на глазах у всей команды троекратно обнялись и расцеловались.

— Ну рассказывай, Павел Иванович, каким ветром твою бригаду сюда принесло?

— Послан к вам Лихачевым. После не совсем дружественного приема на Цусиме Иван Федорович имел некоторые опасения. Хотя случившегося на Сахалине он, конечно же, предположить не мог.

— Так ты в курсе?

— Собственно говоря, там мы и рассчитывали вас встретить. Ну а когда на новом посту нам поведали о последних событий, я понял, что ваше высочество этого так не оставит, и решил наведаться в Хакодате.

— Теперь это Александровская гавань, — поправил Юшков.

— Да я уж понял, — улыбнулся Истомин и, чуть наклонившись, тихо спросил. — Любопытно, как на этот демарш отреагируют на Певческом мосту?

— Признают, никуда не денутся, — усмехнулся я. — Горчаков, чтобы там о нем не говорили, не дурак…

— Павел Иванович, Платон Юрьевич, — вышла к нам великая княгиня. — Не представляете, как я рада вас видеть. Наконец, хоть несколько свежих лиц…

— Анастасия Александровна, — галантно поклонился командир «Светланы», в недалеком прошлом мой личный адъютант и мастер светского обхождения, — ваше высочество как всегда очаровательны!

— Не смейте так бессовестно лгать! — махнула на него веером Стася. — Неужели вы думаете, что я не понимаю, будто подурнела и плохо выгляжу? А еще мне ужасно надоело находиться на корабле. Хочется прогуляться по берегу, побывать в театре, походить по магазинам…

В последнее время великая княгиня неважно себя чувствовала, отчего нередко изливала свое раздражение на окружающих, что, впрочем, было вполне понятно, принимая во внимание большой срок беременности.

— Н-да. Боюсь, Хакодате, то есть, прошу прощения, Александровская гавань не самое подходящее место для прогулок. Да и со зрелищами здесь не очень. Вам непременно надобно побывать в Шанхае и Сингапуре. Вот там действительно кипит жизнь, и климат более подходящий.

— И вы туда же? — укоризненно посмотрела на него прослушавшая добрую половину речи Стася. — Костя тоже никуда меня не пускает, говорит, что это может быть опасным. Между тем сам то и дело встревает во всякие опасные предприятия и совсем себя не бережет!

— Полно, дорогая, — стоически отозвался я. — Ничего страшного со мной пока не случилось!

— Вот именно, «пока»! Ладно, — взяла себя в руки Стася, — я, кажется, совсем замучила вас своими капризами. Господа, расскажите о вашем путешествии. Как вам понравились эти, как их… Цусимские острова? Надеюсь, вы не собираетесь их тоже захватывать?

— Боюсь, что именно это мы и собирались сделать, — немного сконфузился непривыкший возражать дамам Истомин. — Хотя теперь уже и не уверен…

— Отчего? — выразительно посмотрел я на него.

— Как я уже говорил, местный дайме встретил нас не слишком приветливо. Кажется, он немного побаивается возможной реакции бакуфу.

— И что же правительство сегуна?

— Молчат как рыбы. Тамошний князь сразу же послал гонцов в Эдо, но никакой реакции до сих пор нет.

— А что простые обыватели?

— По-разному. Некоторые не прочь заработать и с охотой предлагают нам продукты, а также нанимаются на работы. Другие ведут себя подчеркнуто недружелюбно и, кажется, готовы к насилию. Впрочем, надобно отметить, что тогда мы еще не знали о покушении на ваше высочество и потому вели себя достаточно деликатно, стараясь не возбуждать в аборигенах враждебности.

— Тогда почему ты не уверен в необходимости занятия Цусимы?

— Э… решать, конечно, не мне. Но если у нас теперь есть Эдзо.

— Остров Русский, — снова поправил его Юшков.

— Да-да. Так вот, имея этот остров, так ли нужна нам Цусима?

— А сам как думаешь?

— Хм. Прошу не счесть это дерзостью, но… у России не так много средств. Возможно, стоило бы сосредоточиться на чем-нибудь одном? Тем паче, что данный остров, сколько я могу судить, почти не заселен и обладает значительно большими ресурсами. При том, что стратегически ничуть не уступает Цусиме.

— В этом нет и тени сомнений. Да и прикрывать Цусиму сложнее. Прав ты и в том, что растрачивать ресурс на несколько баз не всегда целесообразно. Но если мы собираемся стать главной силой в этих морях, нам нужна не одна, а несколько опорных баз. Пока сколько-то значительно вкладываться в Цусимскую станцию мы не станем. Просто обоснуемся и будем поддерживать в исправном состоянии. Зато исключим ее занятие теми же британцами и обеспечим себе промежуточный пункт сообщения с Желтым и Восточно-Китайским морями. Впрочем, об этом мы еще подумаем. Сейчас нам следует брать инициативу в свои руки. Господа, прошу учесть, что мы отныне с сегунатом в состоянии войны. Какие будут предложения?

— Ваше высочество, достоверно известно, что месяц назад в Японию прибыл винтовой корвет «Канрин-Мару» голландской постройки. Это первый настоящий боевой корабль зарождающегося японского флота. Там же, в Нагасаки, голландцы построили в порту школу для моряков сегуната и судоремонтный завод со станками и паровыми машинами. Думаю, лишив противника пароходов, мы свяжем им руки и скорее заставим принять наши требования.

— Согласен. Без пароходов они будут бессильны. А еще нам как раз крайне необходим судоремонтный завод здесь, в Александровской гавани. Вот, пожалуй, что, Павел Иванович. Отправляйся вдоль западного побережья Японских островов на Кюсю, в Нагасаки. Не один, возьми с собой один из корветов. Школу мореходную сожги, оборудование завода забери и вывези сюда, на Русский. Здесь уже и смонтируем обратно. Корабли захвати как трофеи и включи в состав своей бригады.

— Мне не хватит людей, ваше императорское высочество.

— Лихачев сейчас где?

— Он с фрегатами «Высокомерный» и «Полкан» пошел на разведку к Ляодуну.

— Все верно, однако как не вовремя. Вот что. Ты ведь Цусиму никак не минуешь. Забери часть людей для призовых команд… кто там остался на станции?

— Князь Вадбольский с фрегатом «Бесстрашный».

— В его экипаже две сотни матросов. Вот у него и возьми человек тридцать-пятьдесят. Тут ничем помочь не могу, у самого людей в обрез. В крайнем случае задействуй морпехов. Я на тебя рассчитываю. Действуй быстро и решительно. Как завершишь операцию, иди к Эдо на соединение с нашим отрядом. Но если сумеешь связаться с Лихачевым, передай ему мой приказ отложить пока дела на Ляодуне и принять участие в нашей Японской компании. Если повезет, встретишь Ивана Федоровича, пусть он лично возглавит эскадру и отправляется к Нагасаки со всеми силами, можете в этом случае в Цусиме никого не оставлять, даже если местные и сожгут постройки, после мы с них во сто крат взыщем и все заново возведем еще лучше.

— Может, мне тогда «Бесстрашного» с собой забрать?

— Вполне вариант. Оставляй «Громобоя» стационером для связи с Лихачевым, а сами с Вадбольским идите дальше на юг.

— Будет исполнено, Константин Николаевич.

— Успехов тебе, Павел Иванович. Мы ждать не станем. Сегодня же отправимся в море.

Для обеспечения порядка и безопасности я оставил сотню казаков Тацыны на Русском, приказав заодно выделить им и жилье и землю для будущей станицы рядом с городом между речками Оно и Кунебетсу. Еще сотню передал в качестве десанта Истомину. Роты морпехов ему могло и не хватить для надежной высадки в порту Нагасаки. А последняя сотня во главе с самим атаманом поехала с нами.

Здесь, в Александровской гавани, для защиты новых владений мы оставляли сравнительно тихоходного «Стрельца» и колесный фрегат «Чародейка». Назначенный командовать временным соединением капитан второго ранга Баженов, получил от меня напутствие.