Он пил. Много, часто и дорого. На столике рядом с его креслом всегда стоял наполовину опустошенный графин, и бокал с остатками тёмно-янтарной жидкости. Его пальцы сжимали сосуд с такой же жадностью, с какой он старался получить всё что ему нравилось в своей жизни.

Голос у Флориана был неожиданно звонким для такого одутловатого тела — высоким, немного гнусавым, с выработанными долгой практикой повелительными нотами. Он не говорил, он приказывал. Даже когда этот аристократ задавал вопросы, они звучали как требования. Он никогда не извинялся, не благодарил и старался не произносить пустых слов, потому как искренне считал, что всё, что он говорит, имеет цену или цель. Всё в нём кричало о деньгах, статусе и полном отсутствии вкуса, хотя наверняка у него имелся не один десяток, а то сотен специалистов, которые могли бы исправить ситуацию.

Периодически он, разумеется, устраивал медикаментозное избавление своего тела от лишнего жира, но вскоре этот беспощадный враг вновь отвоёвывал свои позиции, поэтому смотрелся этот влиятельный человек, занимавший далеко не последнее место в Империи Аратан слегка грузным и одутловатым.

К моменту, когда, запросив разрешение, к нему в каюту вошёл Люций Хван — куратор мероприятия, за которое аристократ, в очередной раз решивший пощекотать себе нервы, отвалил просто немыслимую по меркам обычного обывателя Содружества сумму, тот, ради которого и затевалось всё это баснословно дорогое мероприятие, успел влить в свою бездонную утробу уже четвёртый бокал коллинарского бренди, славящегося своим коварным характером. Употреблять этот напиток было уделом узкого числа высших представителей элиты. Он пился легко, немного затуманивал сознание, но в то же время позволял не терять рассудок. К тому же биологическая нейросеть, установленная мужчине, вкупе с полным комплектом имплантов могла с лёгкостью в течение пяти-семи минут ( в зависимости от тяжести интоксикации) полностью расщепить напиток на составляющие и сделать своего носителя практически трезвым.

— Лорд Ар-Хейм, — угодливо улыбнулся вошедший, — безмерно рад видеть вас на борту корабля. Всем ли вы довольны?

— Я жду уже пять часов, — буркнул мужчина, вливая в себя остатки алкоголя из стеклянного бокала, украшенного тончайшей резьбой.

— Как всегда, у нас приготовлены любые развлечения для вас. Помня о ваших особых «запросах», мы специально подобрали несколько очаровательных спутниц, которые, как только вы пожелаете, скрасят ваш досуг.

— Это, конечно, хорошо, но я заплатил не за это. Когда мы уже наконец-то начнём движение?

Люций улыбнулся ещё шире и продолжил:

— Я как раз и прибыл, чтобы лично сообщить вам о том, что ваш рейнджер уже на борту, разместился, и мы готовы стартовать.

После этих слов аристократ чуть подобрался и заинтересованно подался вперёд.

— Даже так? Прекрасно. Покажи мне его. И постарайся убедить в наличии нужных навыков. Очень уж мне не хочется, чтобы повторилась история пятилетней давности.

— Уверяю вас, тогда произошла досадная ошибка, и нанятый нами сотрудник оказался плохо подготовлен. На этот раз подобного не случится, — куратор несколько картинно взмахнул рукой, и рядом с ним прямо в воздухе образовался голографический экран, на который спроецировалось изображение каюты, которую в данный момент задумчиво обследовал странный серокожий ксенос.

— Что за урод? — несколько грубовато поинтересовался Ар-Хейм. — Эта раса мне незнакома, хотя мало ли ксеносов на периферии.

— Сибурианец, ваше сиятельство. Представитель дикой планеты, население которой ещё не успело развиться и выйти в космос.

— Тогда как он тут оказался? — недоверчиво поинтересовался аристократ.

— Исходя из того, что нам удалось узнать, данный индивид — зовут его, кстати, Лакин Стакс — каким-то образом умудрился договориться с нелегальными посетителями планеты. По предыдущему роду деятельности он охотник, а зная, насколько опасна биосфера на Сибуре, он должен быть хорош. Вы будете довольны. Мы постарались подобрать идеальный вариант, к тому же вы ведь любите экзотику.

— Увеличь лицо и выведи на другой экран информационную справку, — потребовал заказчик, и куратор тут же выполнил его просьбу.

— Не нравится мне его глаза, — пробурчал граф. — Да и возраст — он же ещё совсем ребёнок. Не могли подобрать кого-нибудь получше?

— На данный момент это самый подходящий вариант. Да и я думаю, что вам будет интересно поработать с дикарём. Никогда не знаешь, чему у них можно научиться.

— Хорошо, убедил, — расплылся в улыбке Ар-Хейм. — Доверяюсь вашему опыту. Но учти: если я не получу желаемое и останусь недоволен, я больше никогда не воспользуюсь услугами вашей конторы.

— Этого не случится, — заверил его Люций.

— Позови его сюда. Хочу с ним познакомиться лично.

— Как прикажете, — кивнул Хван, связался с искином, и прямо на экране увидел, как недавно нанятый рейнджер получил приглашение.

Парень спокойно вышел из каюты и направился по маршруту, проложенному на виртуальной карте корабля, переданной ему сразу после того, как он вступил на борт.

Буквально через пять минут двери в апартаменты клиента открылись, и новоиспечённый рейнджер-протектор вошёл внутрь. Он уже знал, что ему предстоит лично познакомиться с заказчиком, и честно говоря, немного волновался, хотя старался не подавать виду. И хоть во время собеседования его предупреждали о том, что клиенты могут быть с причудами, увидев того, кого ему предстоит охранять, Лакин почему-то стал очень сильно сомневаться в том, что этот человек вообще способен хоть на что-то. И тем не менее он подписался на эту работёнку, поэтому постарался сохранить невозмутимость.

— Так ты и есть мой новый рейнджер? — слегка нетрезвым тоном поинтересовался заказчик.

— Да. Я заключил контракт на вашу охрану во время охоты, — подтвердил сибурианец.

— А сам-то хоть раз на охоте бывал? Ты ведь ещё так молод.

Манера речи заказчика Лакину не понравилась, но он предпочёл вести себя максимально корректно, поэтому ответил:

— Бывал.

— А он немногословный, — хохотнул аристократ, обращаясь к представителю «Apex Quest».

— Расскажи про свой самый достойный трофей, — уже чуть более миролюбивее попросил Флориан.

— Я добыл заглота, — сообщил Лакин.

— Заглота? — покатал это название на языке Ар-Хейм. — Никогда не слышал. Хотя, в принципе, я и о твоей родной планете не знал до последнего времени. Ну что ж, выглядишь ты достаточно уверенно. Думаю, мы сработаемся. Тебя уже ввели в курс дела?

— Ваше сиятельство, рейнджер ещё не прошёл инструктаж, но в самое ближайшее время он будет произведён, — вставил Люций.

— Мне обещали дать всю необходимую информацию о том, с чем мы там можем столкнуться. Это необходимо для того, чтобы я был к этому готов, — решил напомнить Стакс.

Однако это действие явно сразу же вызвало недовольство начальства, потому что его взгляд буквально кричал: «Заткнись и не раскрывай лишний раз рот».

— А про моих зверушек он в курсе? — хитро посмотрев на парня, решил уточнить аристократ.

И, видимо задумав проверить на прочность характер и выдержку того, кого ему наняли, коротко свистнул. Пронзительный, резкий звук, прорезал воздух каюты, и почти сразу же в помещение, словно две стремительные молнии, ворвались два крупных зверя. Они появились из теней за дверным проёмом в соседнюю комнату, где до этого, судя по всему, стояли неподвижно, сливаясь с полумраком. Лакин заметил их лишь в самый последний момент — настолько бесшумными и ловкими были эти создания. Серая, покрытая мелкой ромбовидной чешуёй кожа делала их почти невидимыми в слегка приглушённом свете каюты. Чешуя казалась влажной, маслянистой и отливала сталью при каждом движении. Высотой около метра в холке, с мощными, мускулистыми лапами, заканчивающимися длинными, чуть загнутыми когтями. Они были созданы не для бега, хоть и с ним справлялись без труда, а для мгновенного, сокрушительного броска.

Головы «зверушек» были продолговатыми, с плоскими черепами и вытянутыми челюстями. В пасти, когда они слегка приоткрывали её, виднелись два ряда мелких, но острых зубов, похожих на иглы. Глаза — вертикальные, с горячим янтарным отливом — смотрели на посетителей жилища графа без страха, в них читалось только любопытство и готовность подчиниться любому приказу хозяина. Где-то глубоко в груди каждого существа раздавалось ровное, низкое урчание — почти вибрация, которая ощущалась не столько на слух, сколько на уровне инстинктов охотника. Лакин буквально почувствовал её своей кожей.