Можно было бы и дальше перечислять, где мы были первыми и «самыми-самыми», но и из того, что выше сказано о наших достижениях 20-30-летней давности, можно уверенно делать вывод: за 10-15 лет до нового, XXI века мы стояли на пороге создания никем в мире не виданных и никому в мире не доступных военно-морских систем, сравнимых по сложности и важности с космическими системами.

Не только в военно-морских технологиях, но и в самых различных других областях развития науки и техники мы имели прорывные достижения: наш отечественный русский космос, наша авиация, ядерные технологии, лазерная техника, электроника для ВПК, наши скоростные торпеды, глубоководное противолодочное оружие, сверхскоростные крылатые ракеты, комплексы ПРО и ПВО, гидросамолеты, экранопланы, экранолеты, корабли на воздушной подушке - все у нас было на уровне самых современных мировых достижений НТП. Принято считать, что мы сильно отставали от США в области компьютеров. Но мы ведь еще в 1978 г. создали первый в мире компьютер с открытой «RISC-структурой». Мы опережали США на 15 лет. А к 1999 г. наши ученые и конструкторы создали лучший в мире процессор - основу любого компьютера. Еще в 80-х годах у нас была создана серия отечественных суперкомпьютеров типа «Эльбрус», которые использовались при проектировании воздушно-космического корабля «Буран».

Мало кто знает, что еще в 1955 г. у нас должны были появиться отечественные персональные компьютеры, но смерть Сталина во многом оборвала этот взлет нашей компьютерной мысли и компьютерных технологий. Новым «вождям» не очень-то было нужно это направление в развитии НТП.

Наши ученые из Новосибирска разработали технологию получения монокристаллического алюминия, металла такого же, как алюминий, веса, но прочного, как сталь. При этом был разработан дешевый способ его получения. Применение этого металла в авиастроении, кораблестроении, космонавтике обещало произвести технологическую революцию. Громадный эффект сулило применение этого металла при производстве компьютерных дисков. К сожалению, «вожди-реформаторы» наплевали на все это. Пермский завод, способный производить такой металл, был загублен с помощью «приватизации».

Подводные лодки с баллистическими ракетами

Подводные лодки с крылатыми ракетами

Подводные лодки атомные торпедные

Громадный экономический и боевой эффект (в случае применения при создании военной техники) сулила разработка нашими учеными технологии безвакуумного напыления металлов. Здесь мы тоже опережали всех.

Ни в чем и нигде не уступали мы этим, самым «цивилизованным». Во многих областях мы опережали всех, в том числе и США, на 10-15-20 лет.

Мы были на пороге нашего триумфа; первое десятилетие XXI века, а следовательно, и весь XXI век мог быть нашим. А теперь, когда мы уже 15 лет топчемся на месте и никаких перспектив движения вперед не предвидится, к концу реализации американских планов по «Единой перспективе - 2010» мы отстанем от них лет на 20-30 и, возможно, навсегда.

Все эти реализованные и нереализованные проекты, о которых говорилось выше, начали уничтожаться еще при «перестройщике» Горбачеве, а окончательно загублены его последователями.

Ни в качественном, ни в количественном отношениях по ядерным вооружениям мы не отставали от США. К концу застойных 80-х годов в составе отечественного ВМФ был 61 РПКСН (в США - 38 ПЛАРБ). Общее количество баллистических ракет на атомных подводных ракетоносцах было у нас и США 922 и 672 соответственно. Правда, у нас количество ядерных боеприпасов на РПКСН из общего их числа составляет 26% (в ракетных войсках стратегического назначения - 61 % и в дальней авиации 13%). У американцев на ПЛАРБ имелось 55% всех ядерных боеприпасов, в авиации - 28% и на сухопутных баллистических ракетах - 17%. Но это не имело существенного значения, так как общее число боезарядов СССР и США было примерно равным (10872 и 11602 - соответственно).

Морские баллистические ракеты

Мы не проигрывали «холодную войну». Не мы, а американцы должны были рухнуть в гонке вооружений, разрабатывая свои дорогостоящие проекты, так как наши талантливые ученые, конструкторы, инженеры, рабочие всегда находили свой «лом» против их «приемов» - более эффективное и значительно менее затратное решение. Мы не проигрывали эту войну. Нас сдала (предала) зажравшаяся и разложившаяся партийно-номенклатурная «элита». Ее беспрецедентное по подлости и невиданное в мире по масштабам предательство погубило Советский Союз, похоронило многие величайшие достижения в мировом научно-техническом прогрессе, угробило (в том числе и в буквальном смысле слова) многих выдающихся авторов прорывных открытий и технологий: ученых, конструкторов, инженеров.

Последний Главком ВМФ Советского Союза и первый главком ВМФ России адмирал флота В.Н. Чернавин в своих мемуарах «Атомный подводный...» (М., 1997) пишет, что после операции «Атрина» ордена подводникам «вручал М.С. Горбачев, в голове которого уже тогда, надо полагать, роились тезисы новой «оборонной доктрины». Но кто из стоявших на палубах подводных кораблей мог подумать в ту торжественную минуту, что все нечеловеческие усилия по поддержанию стратегического паритета с Западным миром будут сведены к нулю усилиями сначала рьяных перестройщиков, а потом и просто предателей нашего народа». Сказано правильно. Но так сказать мог я и такие, как я, - офицеры ВМФ, бывшие далеко от «верхов», стоявшие на палубах подводных кораблей или находящиеся уже в отставке. Ну а Вы-то, уважаемый адмирал, ведь не пятым колесом в колеснице были, а Главнокомандующим ВМФ.

Весь бардак творился на Ваших глазах. Почему Вы, за которым стоял весь могучий ВМФ, оказались в стороне от «политики»?

МЫ МОГЛИ ИХ СМЕСТИ С ЛИЦА ЗЕМЛИ

Начало 60-х годов. Ведущие державы мира приняли на вооружение своих армий ядерное оружие. И хотя в 1963 г. было заключено международное соглашение о запрещении ядерных испытаний в космосе, над водой и в воздухе, подземные испытания его продолжаются. Гонка вооружений наращивает темпы. Впереди всех идут США. В 1953 г. мы первыми в мире испытали водородную бомбу, совершив прорыв в сложнейших внешнеполитических условиях. Однако по общей мощи ядерного потенциала, включая в него средства доставки ядерного оружия, США опережают нас. Через год, в 1954 г., они принимают на вооружение ядерную бомбу, которую имеют возможность доставить к цели такие стратегические бомбардировщики, как «В-36», «Б-47», а несколько позже «Б-52».

У нас в это время с доставкой до цели ядерного боеприпаса - большая проблема. На вооружении нет ни дальних бомбардировщиков, ни стратегических ракет, хотя работы над тем и другим интенсивно ведутся. В 1951 г. конструкторские бюро В. Мясищева и А.Туполева приступили к разработке стратегических бомбардировщиков «М-4» и «Ту-95». В 1953 г. началось проектирование оперативно-стратегического беспилотного самолета-снаряда «Ту-121». В 1954 г. начались работы в конструкторском бюро С. Королева над созданием межконтинентальной баллистической ракеты «Р-7». Одновременно начались работы над крылатыми стратегическими ракетами «Буря» и «Буран» в конструкторском бюро С. Лавочкина и В. Мясищева. В 1964 г. конструкторское бюро В. Макеева приступило к созданию межконтинентальной баллистической ракеты «РСМ-40» для подводных лодок. Но результаты всех этих работ обозначатся позднее; к 1973 г. станет очевидно, что в Советском Союзе создана так называемая стратегическая ядерная триада. Но все это будет потом, а пока, в самом начале 60-х годов, о каком-то стратегическом паритете с США и речи не могло быть.