Но напрасно. Ко мне претензий у него не было.

— Настя, ну что за вопросы? Рано или поздно, но этот мужчина будет общаться с моей дочерью. Мне бы не хотелось, чтобы это был какой-то сомнительный персонаж.

Ну, надо же.

Я думала, он уже давно пробил Киреева. Да только сказать это не решилась. Смотрела на бывшего мужа, а затем отвела глаза, когда он смерил меня чуть насмешивым взглядом. Будто бы он знал, что на Косте я уже поставила точку. Будто бы каким-то образом разнюхал, что я все выходные провела в одиночестве, бездумно слоняясь по квартире и не понимая, куда себя применить.

Я словно бы падала в бесконечную кропичную нору...

И все из-за него.

— Подстрахуй, — запоздало ответила я на его предложение.

— Договорились, — подмигнул мне Панарин и уехал.

А я осталась. Жить свою новую жизнь.

И казалось, у меня это даже начало получаться.

Артем был почти классическим красавцем. Высокий, широкоплечий, темноволосый и с карими глазами. Мы познакомились с ним в моем любимом кафе уже на следующий день. Парень как-то небанально начал разговор, а я уговорила себя не искать причины, чтобы проигнорировать незнакомца.

И решила, что дам ему шанс.

И себе его дам. Снова.

Просто потому, что я задыхалась от внутренней пустоты, которую не могла вытравить уже ничем. Мне не приносило удовольствия ровным счетом ничего, кроме Киры. Ни книги, ни кино, ни музыка более не находили отклика в моем сердце. Они белым шумом гудели в эфире, не оставляя после себя никаких воспоминаний.

Вакуум. Холодный. Звенящий. Стильный.

И я нехотя, через силу, но согласно кивнула парню, когда он предложил мне выпить с ним по чашечке кофе.

Артем выглядел моложе Сергея лет на пять или семь. Когда он улыбался, на его левой щеке появлялась милая ямочка. Я узнала, что мой новый знакомый преподавал английский в частной школе, а еще увлекался волейболом и рыбалкой.

Спустя час бесконечного монолога о том, как парень пробовал выучить японский, но потерпел неудачу, я поняла, что мне пора и честь знать. У меня даже голова разболелась от непомерного количества ненужной информации, которую на меня щедро лили и не планировали останавливаться. Одно сплошное, раздужное "Я", поданное под соусом из занимательной болтовни.

Он пытался быть интересным, но по факту недалеко ушел от самовлюбленного павлина. Ноль харизмы, а потому и желания слушать его дальше у меня не наблюдалось. Ему бы взять уроки ораторского мастерства у Панарина, быть может, тогда...

Ох, ладно.

Я многозначительно посмотрела на наручные часы. А Артем в ответ на этот жест протянул руку, чтобы накрыть мою ладонь своей и чуть приобнять меня.

Но я тут же инстинктивно отстранилась, чувствуя, как стремительно оседает на языке горький привкус раздражения и брезгливости.

— Прости, я поторопился, — кивнул парень, а я лишь передернула плечами.

— Да.

— Я прошу шанс на реабилитацию, Настя. Ну, пожалуйста, — скрестил он пальцы на руках и с мольбой заглянул мне в глаза. Но я отрицательно махнула головой и решительно встала со стула.

— Мне пора.

— На номер телефона рассчитывать не стоит?

— Извини…, — дернула я подбородком, оставила деньги за кофе и покинула заведение.

На душе было так неприятно. Знаете, так бывает, когда ты держишь в руках красивое, наливное яблоко. Оно блестит и вкусно пахнет. А потом ты кусаешь его, а там червяк. И сердцевина гнилая. И я не знала, кому это сравнение подходило больше в данном случае: мне или Артему?

Потом случился Илья.

С ним меня познакомила Алиска. Он был высоким, под два метра роста. Косая сажень в плечах и снова темноволосый. С жестким, волевым подбородком. Весь в татуировках. Весь такой словно бы хрестоматийный плохой парень, сошедший со страниц групых женских романов. Он смотрел на меня хищно и исключительно на губы. Или ниже. И почти никогда в глаза.

Он старался казаться опытным и напористым. Говорил словно бы заученные красивые слова и постоянно пытался нарушить мою зону комфорта. А мне было неприятно за его эту фальшивую мужественность. Она фоинала жженой пластмассой и прошлым веком.

Словно бы Илья был дешевой подделкой статусного оригинала.

Ни о каком сексуальном доминировании здесь и речи не шло. В мужчинах это либо есть, либо нет. В Илье не было. А вот у Сергея, к примеру, было хоть отбавляй. Несправедливо? Ну а что поделать?

В этот раз все закончилось еще быстрее, чем с Артемом. Тот хотя бы разговаривал, этот же только сально вылизывал меня глазами и чего-то невразумительно мычал между делом.

М-да уж.

Попыткой номер три стал Дима. Мы учились с ним на одном потоке, и я отлично знала его еще с первого курса. Он какое-то время даже пытался ухаживать за мной, но, не имея, в силу своей явно привлекательной внешности, проблем с женским полом, быстро переключился на более покладистых девушек.

Что ж, он мог бы сойти за младшего брата Панарина. Такой же типаж: рост, стать, уверенная походка, харизма и бархатистый, вкрадчивый голос.

С ним было весело.

Но не заискрило. А затем и вовсе случилось короткое замыкание, когда воодушевленный парень попытался распустить руки и поцеловать меня просто потому, что он сподобился угостить меня чашкой чая и чизкеком.

Это было ужасно.

— Ты куда-то торопишься, Дима? — с улыбкой уточнила я, мягко отстраняя от себя ухажера.

А меня почти сразу же наградили «почетным титулом» тарелочницы и кидалы. Мол, нам бы девчонкам, только парней на еду развести, а как отблагодарить их за щедрость (щедрость, Карл!), так мы сразу в кусты.

— Вау, — покачала я головой, — столько претензий из-за куска торта. Боюсь себе представить, что было бы из-за салата «Цезарь», к примеру. Так что, наверное, ты прав, Дим. Если я тебе на первом свидании что-то должна за чашку чая, то лучше давай сразу пока.

— Все с тобой понятно. Думал, ты нормальная. Но только зря время потерял, — психанул парень, швырнул на стол смятую купюру и стремительно покинул заведение, оставляя меня благополучно наслаждаться вожделенным одиночеством.

После каждой такой провальной попытки найти хоть кого-то стоящего, я возвращалась домой с резонирующим ощущением опустошенности и тихого раздражения просто от того, что вновь понапрасну потратила время на шелуху. На паль.

Я убила на эти важные, но бессмысленные поиски «того самого» целый месяц. А окончательно поставила крест на этом гиблом деле, когда встретила Мишу.

О! Он был красив. Он был обеспечен — владел сетью пекарен. Он был умен и харизматичен. Говорил только по делу и при этом смотрел мне в глаза, а не в декольте. И я даже сходила с ним на пару свиданий, надеясь на то, что вот-вот между нами да заискрит.

Напрасно.

Миша был хорошим. Мягким. Осторожным. Безопасным.

И пресным.

Он со всеми своими неоспоримыми плюсами не подходил мне совершенно. Чего-то не хватало. Быть может, давящей, тяжелой ауры, от которой у меня бы подкосились ноги. Или животной, почти пугающей мужской силы, которая бы чувствовалась даже тогда, когда человек просто молчал, полируя меня влажным, откровенным взглядом.

Не знаю...

Мне нужно было больше. Мне хотелось гореть, а я даже не тлела.

Я потухла.

И винила в этом только одного человека — монстра, что перекрутил меня в мясорубке. А теперь как? Как мне что-то начинать заново, когда я каждого претендента на свое сердце сравниваю с ним?

Панарин в моей голове был абсолютным злом. Но в то же время я не могла себе больше врать — именно его черты я зачем-то так отчаянно пыталась отыскать в каждом мужчине, которому давала возможность достучаться до моего сердца. Они же все, словно манекены в магазине, были как на подбор — высокие, кареглазые и темноволосые. Я не хотела признаваться самой себе, что это что-то да значит. Не хотела копать глубже.

А дальше я неосознанно прогоняла каждого мужчину по заданным параметрам: статус, харизма, сила воли, сексуальная привлекательность, материальные возможности.