– Эй, да брось. Здесь же вечеринка, все веселятся, а ты такой грустный. И злой. Меня, кстати, Дина зовут. ― Я молча переводил взгляд с нее на входные двери в дом ― и обратно. ― А тебя как? Эй, ты тут? За Кевом следишь? Не обломится, он натурал. Самый что ни на есть стопроцентный.
Я приподнял вопросительно бровь, а она засмеялась.
– А, так тебя телочка привлекла, которую он в дом потащил? Ну, могу тебя, красавчик, расстроить. После Кевина тебе от нее вряд ли что-то достанется.
– Личный опыт?
– Ага, ― просто ответила она, всасывая через соломинку голубого цвета коктейль.
– И что же после него от нее останется?
– Тряпочка на трясущихся ногах. Этот парень умеет трахаться, поверь мне. После него еще дня три ничего не хочется. Даже пописать ― это целая проблема. Как-то я ездила с ними в Коннектикут…
Я резко выставил ладонь, прерывая поток этого бреда.
– Избавь меня от подробностей. Прости, мне нужно идти.
– А у тебя красивый акцент, ― не отлипала она. ― Ты англичанин, что ли?
Я не удостоил ее ответом, молча развернулся и продолжил свой путь к дому. Если все будет так, как она сказала, я, боюсь, могу стать убийцей. Внутри меня забурлило чувство собственничества. И мне стоило бы себя тормознуть в тот момент, напомнить, что я не имею права на это чувство. Но оно, черт возьми, не спрашивало. Просто растекалось по венам горячей лавой, подстегиваемое моим бурным воображением.
– Ник! ― Блядь! Да что ж такое-то? я внезапно стал популярным? Передо мной возник Итан Янг, мой старый клиент и ловелас в каком-то там поколении. Он развязно хлопнул меня по плечу и продемонстрировал свои виниры. ― Привет, дружище. Не ожидал тебе здесь встретить.
– Да, я тоже, Итан. Как поживаешь?
Эту беседу мне пришлось поддерживать. Не так просто бортануть одного из самых влиятельных людей в штате и по совместительству моего частого клиента.
– Да в порядке. Только вернулся из Альп. Мы там неплохо покатались с друзьями. Правда, один из нас загремел в больницу с переломом ноги. Но мы ему так расписали гипс, что он теперь боится идти к врачу.
Я вежливо улыбнулся, делая вид, что мне интересно слушать о развлечениях мажоров.
– Планируешь запускать новые проекты?
– Как раз собирался к тебе заехать на следующей неделе. Мой помощник даже согласовал встречу с твоей. В общем, так…
Он не собирался меня отпускать ни на минуту. Итан положил руку мне на плечо и ненавязчиво повел к бару. Я пару раз открывал рот, чтобы извиниться и продолжить свой путь, но он не давал мне и слова вставить. Ему пришла дурацкая идея в голову, пока он заливал свой организм алкоголем в Альпах, и теперь она срочно требовала реализации. Вообще у меня складывалось впечатление, что Итан пытался воплотить все идеи в жизнь как можно скорее, пока сам не понял, что затея идиотская, которая не приведет к ощутимым результатам. Мне казалось, что он больше тратил на свои проекты, чем зарабатывал на них.
– О, Лиана! ― крикнул Итан, едва не оглушив меня, и помахал рукой кому-то за моей спиной. Я обрадовался, что кто-то другой привлек его внимание, и у меня появился шанс по-тихому свалить, но не тут-то было. ―Там моя подруга, это была ее идея. Она расскажет лучше.
К нам подошла высокая брюнетка из категории «золотая молодежь». Те, которые празднуют восемнадцатилетие в самых дорогих клубах города, с именитыми ди-джеями, а в подарок от родителей получают элитные автомобили мировых брендов.
Я тоже из богатой семьи и у меня тоже есть трастовый фонд. И такими же будут мои дети. Но, глядя на этих людей, я понимаю, что буду воспитывать своих детей так, как воспитывал нас отец. Мы со Скоттом работаем с пятнадцати лет. Мне даже довелось поработать в автомастерской, владельцем которой был брат папиного водителя. Потому что, когда нам исполнялось пятнадцать, отец резко переставал финансировать все наши прихоти. Каждый из нас поначалу бунтовал и из принципа мы делали так, чтобы отцу приходилось тратить на нас деньги. Я, например, разбивал свой телефон и воровал в магазине колу так, чтобы меня поймали. Потом я разбил планшет и папа спросил:
― Хочешь отремонтировать?
― Хочу новый, ― ответил я.
― Тогда заработай на него.
Мы как раз ехали в машине, и папа спросил у водителя:
― В мастерской твоего брата есть вакансия?
― Найдется, сэр. Там всегда не хватает рук.
Папа кивнул и посмотрел на меня.
― Вот туда ты и пойдешь отрабатывать свой планшет. Хватит денег на покупку ― покупай. Не хватит ― ремонтируй. Но если в течении полугода у тебя не будет нового планшета, можешь попрощаться и с ноутбуком.
Я не мог себе такого позволить. Я много рисовал и ноутбук с графическим планшетом были для меня на вес золота. Тогда я мог бы ногу отдать на отсечение, если бы встал выбор: часть тела или ноутбук. Что ж, в пятнадцать папа научил меня ценить деньги и достаток. А немного позже, когда поостыл, он сказал мне:
― Если бы я расходовал деньги так, как ты, то мы бы уже были нищими. Я тоже люблю дорогие игрушки, люблю тратить деньги и даже пускать их по ветру. Но не делаю этого, потому что осознаю их ценность. Деньги нужны, чтобы их тратить, а не транжирить, Николас. Поэтому научись не только просаживать, но и сохранять, и приумножать. Когда научишься этому, познаешь истинную свободу, которую дают большие деньги, тогда и начинай тратить.
― Но до этого момента ты обеспечивал все наши траты.
― Потому что вы бы все равно не оценили деньги иначе, чем лишившись их. Но ваши умы были еще слишком молоды, чтобы мудро переоценить изменившиеся возможности, и правильно воспользоваться шансом. Теперь тебе достаточно мозгов, чтобы все сделать, как надо. Дерзай, а я помогу, если в этом будет такая необходимость.
Из задумчивости меня вырвал возглас Лианы.
– О, это же Кевин! Солист! ― она верещала, как свинья на убой, даже в ухе зазвенело. ― Я так хочу с ним познакомиться. Итан, ты его знаешь?
– Да, мы неплохо знакомы, ― снисходительно ухмыльнулся он.
– Пойдем к нему! Пойдем!
Я повернул голову и посмотрел в сторону дома. Анна. Такая же красивая и лощеная, какой была, заходя в дом. Ничто не указывало на то, что Кевин ее потрепал. И внезапно ко мне вернулось чувство раздражения на то, что она в принципе пошла с ним туда одна. А вдруг бы что-то было? Может, он пытался, а она не согласилась? Или договорились встретиться позже? От этой мысли мне окончательно снесло голову. Я резко поставил стакан с недопитым виски на стол, извинился перед Итаном и Лианой, и рванул через толпу.
В этот раз, кто бы меня ни дергал, я вежливо извинялся и пробивался дальше, ни на секунду не спуская взгляда с Анны. Я слышал позади голоса Итана и Лианы, которые, вероятно, вообразили себе, что я бегу к Кевину, но нет. Моя цель стояла рядом с ним и вежливо улыбалась. На ее щеках играл румянец. Румянец, который я видел у нее только один раз… после гребаного оргазма!
Я слетел с катушек, поэтому, даже не перекинувшись словом с Кевином и стоящей рядом с ним Линдой, схватил Анну за локоть и повел назад в дом.
– Ты что делаешь?! ― прошипела она. ― Пусти немедленно. Все смотрят.
– Начхать, пусть смотрят.
– Да что с тобой, Донован?! Пусти!
Я заволок ее в дом под удивленными взглядами множества людей и недоумевающего персонала, выносящего закуски. Быстро осмотрелся по сторонам и, заметив справа по коридору двери, поволок туда.
– Куда ты меня ведешь? Ник, пусти! ― Анна несколько раз попыталась выдернуть локоть, но я вцепился в него мертвой хваткой.
Толкнул дверь. Гардеробная. Хер с ней, пойдет. Заволок Анну внутрь, прижал к двери и впился ей в губы, пытаясь почувствовать чужой вкус. Отстранился. Она замахнулась и влепила мне пощечину. Я завис буквально на секунду, а потом схватил ее за затылок и, резко притянув к себе укусил за губу. Я должен был ее трахнуть, иначе сгорю на месте.
