Annotation

— Идем! — хватают меня ручищи. — Сейчас ты и за машину со мной рассчитаешься, и за долг пятилетней давности ответишь, — запихивает в подъезд.

— Ты с ума сошел, Гатоев! Тряси деньги со страховой!

— А кто сказал, что мне нужны деньги?

— Тогда что?

— У меня сейчас свободна вакансия любовницы.

— Чего?

— Что слышала! — рявкает. — А за то, что ты сделала, будешь молча выполнять, что я захочу.

— Не имеешь права!

— Я получил на тебя права еще пять лет назад. Ты только моя — и точка! Молчи, и рот будешь открывать, лишь чтобы сделать мне хорошо.

Я еду домой к больному ребенку и врезаюсь в дорогой джип. Его хозяином оказывается мужчина, от которого пять лет назад я бежала без оглядки.

Этот властный кавказец был моей первой больной любовью. Он обещал мне весь мир, а сам планировал свадьбу с другой.

Сбежав, я унесла с собой не только разбитое сердце, но и секрет, который буду оберегать до самой смерти. Потому что если Гатоев узнает, что я забрала у него, он превратит мою жизнь в ад

Кавказский бывший. Моя и точка!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Конец ознакомительного фрагмента.

Кавказский бывший. Моя и точка!

Глава 1

— Нет, нет, нет! — с ужасом смотрю, как моя машинка, будто в замедленной съемке, впечатывается в блестящую дверь черного внедорожника.

Раздается звук скрежета металла, мой автомобиль разворачивает, и я слетаю на обочину, затормозив бампером об огромный сугроб.

— Черт! — выдыхаю, понимая, что я влипла. — Почему именно сейчас?! — я готова расплакаться от отчаяния.

Моя машина и так ездит только на молитвах, готовая в любой момент испустить последний вздох и оставить меня без личного транспорта.

А сейчас, когда мне нужно оказаться как можно скорее дома, я впервые в жизни становлюсь участницей ДТП. За что мне это?

Слышу, как гудит клаксон, и этот звук прорывается даже сквозь бешеный стук сердца. На секунду зажмуриваюсь, надеясь открыть глаза и обнаружить, что все это происходит не со мной.

Но стоит распахнуть веки, и реальность становится еще более жуткой.

— Эй, ты! — вздрагиваю, когда по крыше машины прилетает удар. — Курица, тебя кто водить учил? Слышь ты, обезьяна! Выходи! — снова стучит по кузову, и я перевожу взгляд на окно и вижу массивную мужскую фигуру в черном, стоящую возле моей малышки.

В горле встает ком, и по спине скатывается ледяная капля пота.

Он же от меня мокрого места не оставит!

— Или мне тебя самому достать?! — рычит это чудовище, даже не удосуживаясь согнуться, чтобы заглянуть в окно.

Отсидеться в машине не получится. Именно я стала причиной аварии, и хочу я того или нет, но надо отвечать за собственную невнимательность и глупость.

Окаменевшими пальцами нащупываю ручку, тяну на себя и толкаю дверь.

Морозный воздух проникает в салон, но я будто не чувствую холода из-за страха, который сковывает мое тело.

Вылезаю из машины и выпрямляюсь, встав перед хозяином шикарного внедорожника.

Я не вижу черт его лица, но мне достаточно наткнуться взором на мощную шею с натянутыми жилами, напряженные широкие плечи, которые под короткой черной дубленкой кажутся просто необъятными, и у меня от страха леденеет в животе.

Он зол. Очень зол. Имеет полное право, конечно, но от этого не легче.

Квадратный подбородок, покрытый темной короткой бородой, двигается так, будто этот монстр сдерживается, чтобы меня не ударить.

Мужчина нависает надо мной скалой.

Он еще и кавказец! Вот это я “поймала джекпот”.

— Ты, мать твою, куда выперлась, не пропустив, а? На права насосала, раз не знаешь, как выглядит знак “уступи дорогу”? — орет на меня это чудовище.

Каждое его слово ощущается словно удар.

— Ты глухая, что ли? А ну, посмотри на меня!

И тут сердце окончательно падает в пятки, потому что… потому что я знаю этот голос. Но, может, у меня галлюцинации от пережитого стресса?

— Ты хоть знаешь, сколько моя тачка стоит?

Поддаваясь какому-то секундному порыву, я поднимаю лицо вверх, встречаясь с темными, при этом освещении абсолютно черными, дикими глазами, что мечут молнии, и ощущаю, будто бы меня ударили под дых.

Лицо, искаженное гневом, застывает. Я вижу во взгляде мужчины узнавание. Гнев в его взоре сменяется недоверием, и теперь у меня не остается сомнений в том, что он меня узнал.

— Аня? — спрашивает неуверенно.

А я прихожу в еще больший ужас от этой встречи.

Он застывает, будто до конца не веря, что это действительно я, блуждая взором по моему лицу.

Щеки вспыхивают от его пристального взгляда. Хотя я сама с жадностью отыскиваю изменения в его внешности, что произошли за те пять лет, что мы не виделись.

В моих фантазиях я всегда представляла, как он подурнел, постарел или разжирел. Но в реальности все совсем наоборот.

С возрастом Арслан возмужал, заматерел и стал выглядеть еще лучше.

Вот и сейчас я смотрю на те же широкие брови над карими цепкими глазами, высокие скулы, нос с небольшой горбинкой, будто высеченные из камня губы и квадратный подбородок, который теперь покрывает густая, пусть и аккуратно подстриженная борода.

И взор у Гатоева больше не как у дерзкого и наглого парня, а как у настоящего хищника. Острый, въедливый, такой, что, кажется, видит тебя насквозь.

Мы смотрим друг на друга, и, по ощущениям, мир вокруг остановился.

Я не знаю, что он видит во мне, но даже задаваться этим вопросом не хочу. Потому что мы давно друг другу чужие люди.

Я прихожу в себя, когда сквозь гул в уши вонзается шум дороги и чьи-то голоса, и вспоминаю причину, по которой мы снова встретились, и прихожу в панику.

Нет. Этого не может быть. Не здесь, не сейчас, не после пяти лет, в течение которых я пыталась спрятаться от него так, чтобы никогда в жизни этот человек не нашел меня.

— Вы ошиблись, — выдыхаю я, пятясь назад. Подошва скользит по льду.

— Нет, не ошибся, — шок от встречи слетает с него, и черты лица снова заостряются, а взор становится колючим.

Он делает шаг ко мне, хватает за локоть, не давая упасть, впиваясь пальцами.

— Ты что думаешь, у меня за пять лет внезапно амнезия случилась и я тебя не узнаю? — произносит так низко, что у меня волоски на теле приподнимаются от его тембра.

Сердце пропускает удар, а потом пускается в галоп. Тот, от кого я бежала через полстраны, меняя имена и заметая следы, сейчас стоит передо мной только потому, что я оказалась такой идиоткой, что врезалась в его машину.

— Отпусти, — выдыхаю я, дергаясь. — Мне надо ехать.

— Куда? — он не разжимает пальцы, только впивается в меня сильнее. — Прятаться дальше?

— Домой! — голос срывается. — И тебе тоже надо, Арслан. Тебя там жена заждалась.

По его лицу пробегает тень.

— Значит, все-таки вспомнила, как меня зовут? — усмехается.

— Забудешь… такое, — цежу сквозь зубы.

— Но зато решила, что я тебя забыл.

— А разве не должен был? Столько лет прошло. Уверена, что ты так и продолжаешь пудрить головы наивным дурочкам.

В его глазах что-то вспыхивает.

— Вряд ли существуют большие дуры, чем ты, Аня, — произносит со злостью.

— Тем более, Арслан! Отпусти! Пусть страховая решает, что я тебе должна.

— Страховая? — он усмехается, но усмешка выходит злой, хищной. — Ты думаешь, я буду с тобой через страховую разбираться?

— А через что? Иначе я не планирую с тобой контактировать.

— Ты правда думаешь, что после того, как ты поступила со мной пять лет назад, я позволю страховой решать наши вопросы? — он наклоняет голову, и в его глазах вспыхивает что-то опасное. — Похоже, ты, когда врезалась в меня, последние мозги отшибла.