— Ну как-то может ты почувствовала, что с мужчиной жить, это иначе, чем одной. Многим совместный быт, например, мешает построению романтических отношений.

— Ой, ну Ральф выполняет мои любые пожелания, поэтому с ним жить не в тягость, а наоборот легче. Я чувствую себя словно богачка с прислугой, хи-хи…

— И как часто при совместной жизни ты пользуешься его заклинаниями для сна?

— Каждый день. Нет смысла не пользоваться, потому что от них самочувствие только лучше.

— Ага. И как часто при этом ты просишь его показать, ну… приятные, а не обычные сны.

— Ну чем чаще, тем лучше, естественно…

— То есть, каждую ночь?

— После того, как я попросила его возобновить эти сны, я смотрела их каждую ночь…

Во время этого обсуждения глаза у обеих зверолюдок заговорщицки заискрились. Каждая чувствовала особый пошлый подтекст в произносимых фразах.

Сид невольно подумал: «Неужели Ксана завидует Мяорин? А остальные девушки и женщины, которые смотрели интервью? Они тоже испытали желание попробовать так жить? Если каждую ночь тебя ждёт волшебный сон, полный чудесных ощущений, и каждое утро ты в приподнятом духе и полон сил, то не важно кто именно трахает тебя в бессознательном состоянии?».

А ещё Сид думал, что после этого интервью он определённо подсядет на тяжёлые наркотики. Про мармелад и молоко под рукой он уже попросту забыл.

— Получается вся ваша интимная жизнь она как бы сосредоточена во сне. А во время бодрствования между вами есть какая-то близость? Объятия там, поцелуи?..

— О, это уже пройденный этап.

— Да?

— Просто, когда мы стали жить вместе и стали каждый день просыпаться в одной постели… я почувствовала, что хочу узнать, какого это переспать с ним… ну, оставаясь в сознании…

— М-м. И у вас это случилось?

— Да. Мы попробовали, и я поняла, что… ну…

Кривя губки, красавица не могла подобрать слов.

— Ты окончательно увидела в нём человека, с которым хотела бы связать свою жизнь? — пришла на выручку Ксана.

— Да… — покивала Мяорин, сведя брови домиком.

— А после того, как вы перешли на настоящий осознанный секс, у тебя не было мыслей, что лучше бы прекратить и снова вернуться только ко снам?

— М-м-нет…

— Получается, Ральф, как любовник, устраивал тебя с самого начала.

— Ну с самого начала я не видела в нём того человека, которым он предстал передо мной в итоге. Сперва он был хорошим сомнологом, потом оказался преданным компаньоном, и только потом я раскрыла его для себя, как мужчину. И в роли мужчины он меня вполне удовлетворяет…

Девушкка обрела вид самодовольной, горделивой принцессы, которая ни в чём не нуждалась.

Сид до сих пор не верил своим ушам. Не верил в то, что такая, как Мяорин могла достаться такому, как Ральф. Он не заслуживал её. Он был её недостоин. Он изнасиловал её, а она расписалась на весь интернет, как он хорош в постели. Слишком большое везение выпало на долю этого ублюдка. И даже сейчас, после всего услышанного, глядя на неимоверно привлекательные черты лица котолюдки, Сид не мог отделаться от мысли, что больше всего на свете он желает овладеть ею. Владеть ею было высшей целью и высшим наслаждением. И как же мучительно было при этом знать, что она отдалась другому. И этот другой ведь ничем не лучше Сида, а даже хуже. Он чёртов извращенец, который воспользовался телом девушки, словно куклой, словно бездушным куском мяса, словно насадкой на член. Сид ведь мог подарить ей гораздо больше — больше любви, больше заботы, больше искренних, здоровых чувств. Он определённо больше заслуживал быть с Мяорин, чем этот жирный мерзкий тип!

Ксана, тем временем, продолжала методично отрабатывать свой хлеб. Журналистка плескалась в родной стихии, и, оседлав эту волну, уже не могла упасть. С техничностью матёрого профессионала она собиралась проделать все коронные приёмы на потеху публике.

— Что же, хорошо. Это крайне не рядовая история становления семьи, ты понимаешь?

— Угу.

— И понимаешь, как будут реагировать общество и окружающие на ваши отношения?

— Да мне плевать. Это моя жизнь. Я не лезу к другим, указывая, что им делать.

— У вас не только большая разница в возрасте, но и такие… нестандартные условия формирования отношений. Это в любом случае вызовет резкую реакцию у многих…

— Ну и пускай. Что они сделают? Запретят мне жить, с кем я хочу?

— А как твои родители отреагировали на эту историю и твой выбор?

— Никак. Я с ними почти не общаюсь, тем более на эту тему. Они рады будущему внуку или внучке, и этого мне достаточно.

Ведущая немного покопалась в смартфоне, на дисплее которого у нее явно был открыт список вопросов.

— Вы как-то проговаривали с Ральфом тот момент, с которого у вас всё началось?

Спесь гостьи тотчас немного поумерилась. Опустив взгляд, она тихо вздохнула.

— Мы живём в полном взаимопонимании, и у нас нет недомолвок. А то что было между нами… Плохое прошло, а хорошее осталось. Мы оба это понимаем и не чувствуем по этому поводу неловкости.

Ведущая посмотрела на молодую, беременную зверолюдку с жалостью. Возможно она читала самообман, незрелость или неопытность в этих словах.

«Они скоро расстанутся, и она будет несчастна, с разбитым сердцем, мать одиночка, ну конечно!» — тут же подумал Сид. — «А вот если бы она точно также доверилась мне, этого никогда бы не произошло!»

— Вы планируете обручиться?

— Да, со временем. На самом деле Ральф согласен в любое время, это я всё торможу… — девушка цокнула и закатила глазки. — Не хочу быть с животом на свадебных фото.

— Я так поняла, ты ещё не знаешь, кто будет девочка или мальчик?

— Узнать точно можно будет скоро. Процедуру проведут буквально через несколько недель.

— Имена уже выбирали? — поинтересовалась Ксана с добродушной улыбкой.

— Ой, да-а. — в этот момент Мяорин прямо таки засияла от счастья. — Мы это обсуждали уже несколько раз…

— Ты готова публично заявить, что любишь Ральфа несмотря на то, как он изначально поступил?

— А что тут заявлять? Это мой человек, от которого я собираюсь родить… Конечно. Конечно, да. Да, я лю…

Сид судорожно клацнул по кнопке паузы, не в силах это слышать и видеть. Интервью он так и не досмотрел, хотя там уже немного оставалось… Закрыв вкладку Зап-Туба, мужчина прилёг спиной на матрас и вытер липкие от сахара пальцы о футболку. Затем Сид помастурбировал. Хотя вставал у него неохотно, мысли толкали руку действовать, и кончил он в итоге очень бойко. Старый, приевшийся сюжет, который получил новую подпитку… Фантазия, которая оказалась реальностью и потому была вдвойне приятней… Приятней, в смысле возбуждающей. Так-то ничего приятного, кроме ощущений в стояке, внутри Сида не было. И даже наоборот — всё его тело, будто разъедала чёрная тоска и скверна. Угнетённый он не мог думать ни о чём, кроме своего горя.

После эякуляции находиться в пустом доме оказазлось просто невыносимо. Кое-как напялив шмотки, Сид выбрался на улицу и побрёл к магазину. Шагая, он смотрел лишь себе под ноги, полностью игнорируя проходящих мимо существ. Их лица, голоса были такими же неживыми, как дуновения ветра, светящиеся уличные фонари и проезжающие мимо, рычащие моторами автомобили.

В магазине, на свои последние деньги Сид приобрёл чекушку. Возвращаясь назад в берлогу, он смотрел уже не на сырой асфальт, а на мерцающие звёзды над головой. Хотел он того или нет, Мяорин отобрала его душу и порвала её в клочья. И ей для этого не потребовалось никакой запретной магии. Она просто жила свою личную, отдельную от него жизнь и даже не подозревала насколько сильно он её любил…

Дома мужчина напился и всё равно не почувствовал облегчения. Тогда наружу полезли слёзы… Они лезли против его воли, и Сид ничего не мог с собой поделать. Он рыдал и пил, пил и рыдал, часы напролёт. В какой-то момент решил всё же поиграть в ноутбук, но пьяным получилось совсем скверно. И всё также тошно… Слёзы, в свою очередь, не облегчали горе, а лишь делали боль насыщеннее…