Владение самоконтролем, как и определенная физическая защита от излучения психогенераторов позволяли иерархам энергистов избегать разрушительного для психики воздействия спектаклей. Но основная масса присутствующих доводилась до гипнотической истерии, надолго оставалась послушным воском в руках стратегов Ордена, использовалась ими для достижения своих целей.

Роману наскучило привычное, но всегда удручающее зрелище массового психоза, однако его уход до окончания представления мог повлечь ненужные вопросы. Глядя на доведенную до транса толпу, он спрашивал себя, подбираются ли кадры для легальной деятельности энергистов из таких вот, готовых к любому программированию толп, или же их составляют из тщательно выверенных прагматиков? Хотя сама природа энергизма и проповедуемое им конечное Воссоединение с Общим энергетическим полем Вселенной, казалось, начисто исключали трезвое отношение к действительности. Все мелкие людские потребности, чаяния, идеалы, мораль, жизнь индивидуума объявлялись ничего не значащими перед целью Великого Воссоединения, а отсюда рукой подать до любого рода преступлений против человечества. Если бы руководители энергистов сочли выгодным для поддержания своего воздействия на сторонников использование культовых жертвоприношений, покорное стадо, наблюдаемое сейчас Романом, с радостью и не задумываясь приняло бы подобное новшество. Впрочем, насколько он знал, казни отступников для устрашения прочих давно уже не были редкостью у энергистов. А с кровавыми ритуалами посвящения в Круг Избранных — нелегальной охотой на людей — он познакомился не понаслышке...

Только многолетняя тренировка помогла Роману не вздрогнуть и сохранить невозмутимый вид при неожиданном прикосновении жесткой властной руки к его правому плечу. Он обернулся. На него испытующе смотрели немигающие стальные глаза, различимые и в сумраке наблюдательской ложи. Роман всегда гадал: чем объясняется морщинистость лица руководителя службы контроля энергистов? Пренебрежением к мирской суетности, показным стремлением искупить грехи бурной молодости или же целью большего воздействия, устрашения общающихся с ним? Ведь ничего не стоило превратить теперешнюю маску печеного яблока в розоватую кожу трехмесячного младенца. Но, пожалуй, именно такой внешний вид наиболее полно отражал внутреннюю сущность Кирба, или брата Генератора, правой руки Магистра, на чьей совести, имейся она у него, лежал бы груз не одной сотни страшных преступлений. Бесполезно было искать на этом лице проблески доброты или черты одухотворенности. Любое изменение внешности, вероятно, повлекло бы за собой впечатление искусственности, несоответствия сути ее обладателя и неизбежно снизило бы даваемые этим видом возможности подавления воли собеседника. И он, этот морщинистый, как сублимированный фрукт, монстр, знал об этом и выжимал из подобного преимущества все возможное.

«Магистр доволен твоей последней акцией, брат Дизель, — телепатировал Кирб в мозг Романа. Гарвей принадлежал, как и брат Генератор, к Кругу Избранных, или Ядру, тщательно законспирированных руководителей движения и членов диверсионно-боевых групп. Каждый принятый в этот Круг тут же получал секретное кодовое обозначение, под которым и становился известен в Ордене. Для этого использовались различные термины из разделов физики энергий — от электричества до ядерной и теории силовых полей. В отличие от Гарвея, Кирб, брат Генератор, имел право пользоваться и своим настоящим именем — привилегия, данная лишь самым высшим руководителям ордена, хорошо известным и в легальном движении энер-гистов. Гарвей же всегда оставался для всех лишь братом Дизелем. Разумеется, на всех терминов не хватало, и тогда, как знал Роман, в ход шли номера. Например, члены одной боевой ячейки именовались братьями Изоляторами — Изолятор один, Изолятор два и так далее. Роман же имел имя просто Дизель, без номера, что также указывало на его значимость в иерархии энергистов. — Ты заслужил отдых, но время не ждет. Тебя решено приобщить к проблеме Перехода на планете Желтого Океана. Исход желающих нам пока на руку, так как дестабилизирует положение. Но, — внутренний голос Главного Контролера зазвучал торжественнее и доверительнее, — скоро энергисты придут к власти на Земле и в остальных Старых Мирах. Поэтому необходимо уже сейчас подумать, как остановить утечку нужных в близком будущем людских ресурсов. Ты должен немедленно войти в курс дела — это приказ». — Кирб отвернулся и посмотрел вниз на продолжавшийся спектакль, давая понять об окончании разговора.

Под сводами огромной пещеры прокатился голос Великого магистра, многократно усиленный и сопровождаемый бурей световых эффектов, возвещая скорое всеобщее воссоединение с мировым энергетическим полем. Толпа ответила нескончаемым приветственным ревом, вскинув море рук в общем порыве. Еще неистовее затрепетали огни Святого Эльма на фигуре вождя перед тем, как он исчез с пьедестала. Аккорды гимна энергистов внезапно ударили по ушам, перекрывая все. Толпа нестройно запела в кульминации представления.

Кирба уже не было рядом, и Роман позволил себе недовольно поморщиться: кто-то из техников явно переборщил с децибелами, но, даже не различая лиц внизу, он точно знал, что звуки этой незатейливой и торжественной мелодии исторгли из глаз многих присутствующих искренние слезы восторга.

Мой мозг совершенно опустошен, подумал Роман, отключая биокомп и с облегчением откидываясь на спинку кресла. Он только что скачал все извлеченное из секретных файлов энергистов в общую инфосеть. Операция потребовала использования всех навыков, приобретенных годами упорных занятий, полного привлечения его пси-способностей. Применив свой мозг как временное хранилище массы закодированных данных, он ощутил чувство свободы и облегчения лишь после того, как запустил последние символы туда, откуда их должны были извлечь ждавшие этой информации. Те, кто его послал, останутся довольны.

После такого нечеловеческого напряжения следует неизбежная расплата, и тут уже мало помогут способности и самообладание. Хотелось спать. Кресло предупредительно распахнулось, придавая телу горизонтальное положение, и начало ненавязчиво наигрывать медитативные аккорды, передавая усыпляющую мелодию непосредственно в мозг. Рэ провалился в беспамятство, в долгий сон без сновидений; лишь под конец, спустя несколько часов пребывания в небытии, перед ним проявились, вышедшие из подсознания образы гротескных монстров.

Огненные глаза, когти рвущие куски из его тела, огонь из ноздрей и зловонный смрад зубастой пасти — нечто драконообразное, жуткое и нелепое одновременно, склонилось над ним, терзая плоть в маниакальном стремлении добраться до внутренностей. Странно, но боли не ощущалось ни малейшего намека... «Ах да, я же сплю, я всего лишь сплю и вижу сон», — догадался он вполне здраво, мгновенно успокоился и проснулся на самом деле, испытав кратковременное облегчение.

Но что-то было не так, он ощутил новую, теперь уже совершенно реальную пронзительную тревогу. Словно его мозг опутывали невидимые нити, и хотя руки внешне были свободны, он чувствовал, что не в состоянии пошевелить и пальцем. Более того, попытка использовать свои пси-способности и определить угрозу, не открывая глаз, не получилась. Чуткий сторожок в его сознании почему-то своевременно не сработал на приближение опасности, хотя, вероятно, его просто предварительно убрали. И только теперь ясно ощущался неприятный холодок у виска — прикосновение металлической части неведомого оружия. По-прежнему не открывая глаз и ровно дыша, он сосредоточился, преодолевая вязкость непонятного внутреннего сопротивления, и понял, что некто неизвестный действительно держит какой-то ствол, едва касаясь его кожи. Варварское оружие древних, делающее дырки в теле, попутно сминая и вырывая куски окровавленного мяса? Нечто заимствованное из уходящих в глубь веков кровожадных Ритуалов Охоты? Грозящий полным распылением дезинтегратор или способное сжечь в долю секунды энергетическое оружие? И вдруг его осенило — на него наброшена фиксирующая клетки мозга нейросеть. А ствол в руке неизвестного — пульт регулирования силы блокировки.